Пять поросят - Агата Кристи

– Возможно, потому что я уже стар, но я, мсье Пуаро, нахожув беззащитности молодости кое-что такое, что доводит меня до слез. Молодостьтак уязвима… Она жестока, но в то же время не уверена в себе, великодушна иодновременно требовательна.

Он поднялся, подошел к книжному шкафу, взял с полки книгу,полистал ее и громко прочел:

«Еще два слова. Если ты, Ромео,

Решил на мне жениться не шутя,

Дай завтра знать, когда и где венчанье.

С утра к тебе придет мой человек

Узнать на этот счет твое решенье.

Я все добро сложу к твоим ногам

И за тобой последую повсюду».[2]

Устами Джульетты говорят любовь и молодость. Безудержнооткровенно, без так называемого девичьего целомудрия. Это – смелость,настойчивость, безжалостная сила молодости. Шекспир хорошо знал ее, этумолодость. Джульетта избрала Ромео, Дездемона жаждет Отелло. У молодых нетсомнений, нет страха, нет ложной гордости.

Пуаро проговорил задумчиво:

– Выходит, по-вашему, Эльза Гриер говорила словамиДжульетты?

– Да, она была ребенком. Избалована судьбой, молода,красива, богата. Она нашла себе друга и жаждала его. Это был не юный Ромео, ахудожник средних лет, женатый. Для Эльзы не существовало какого бы то ни былокодекса, который мог бы остановить ее. Ее кредо было созвучно современномудевизу: «Берите все, что хотите! Мы живем только раз!»

Джонатан вздохнул, откинулся на спинку кресла и снова началпостукивать пальцами по подлокотнику.

– Хищная Джульетта! Молодая, безжалостная, но страшноуязвимая, она поставила под удар все. Видно, она надеялась выиграть, но впоследний миг на сцену вышла смерть. И тогда живая, несдержанная Эльза умерла,оставив вместо себя мстительную, холодную, жестокую женщину, которая всей душойненавидела ту, рука которой перечеркнула все ее надежды…

Он сменил тон.

– Да, да! Извините меня за такой переход к мелодраме.Молодая женщина с жестокими и примитивными взглядами на жизнь. Вообще персонажнеинтересный: посредственная девушка, которая ищет героя, чтобы поставить егона незанятый пьедестал.

Пуаро сказал:

– Если бы Эмиас Крейл не был знаменитым художником…

Джонатан поспешил подтвердить:

– Именно так, именно так! Вы прекрасно уловили суть.Девушки, подобные Эльзе, обожествляют знаменитостей. Мужчина должен чего-тодостигнуть… Кэролайн могла бы полюбить и страхового агента, и банковскогоклерка. Она любила в Эмиасе мужчину, а не художника. И при этом не шланапролом, как Эльза… Но Эльза была молодой, красивой и, по-моему, ранимой.

Эркюль Пуаро попрощался и в задумчивости отправился спать.Проблема личности всегда его волновала. Для Эдмундса Эльза была игривой, нибольше ни меньше; для старого Джонатана – извечной Джульеттой. А КэролайнКрейл? Все видели ее по-разному. Деплич относился к ней с презрением, потомучто она с самого начала отказалась от борьбы. Для молодого Фогга Кэролайнолицетворяла романтизм. Эдмундс видел в ней лишь леди. Джонатан описал ее какпылкую, но скрытную женщину. А какой бы представил ее он, Эркюль Пуаро?

«От ответа на этот вопрос, – подумал он, – зависит успехрасследования. До сего времени никто из тех, с кем я имел беседу, не сомневалсяв том, что, кем бы ни была Кэролайн Крейл, она все же убийца».