Муха в самолете - Дарья Донцова

– Посторонний мужчина, да к тому жечитающий кулинарную книгу, как увлекательный роман, ожидая счастливого конца,не имеет права делать тебе замечания! Не обращай внимания, иди своим путем, несворачивая, к цели! – закричала я, отбрасывая церемонное «вы».

Ролик помял пальцы правой руки.

– Да уж, я пытался, но, когда тебе каждыйдень твердят: идиот, дурак, лентяй, балбес, объедала… невольно начинаешьнервничать. Вот я и пристроился в трактир, играю по заказу «Мурку» и прочийподобный репертуар.

– Ужасно!

– Почему? Честная работа не оскорбление,деньги я матери отдаю. Я еще поднимусь, и все увидят, на что я способен.Педагоги считают меня талантливым, проталкивают в концерты. Жаль, дома непонимают. Так послушаете пьесу?

– Извини, – осторожно ответилая, – право слово, твоя игра завораживающе прекрасна, но я пришла завещами.

– Уезжаете?

– Да, нашла работу в богатой семье, спроживанием, меня взяли нянькой к ребенку. Увидишь Линду?

– Конечно.

– Можешь ей от меня записку передать? Тамслова благодарности за приют.

– Она вас бесплатно пригрела? –удивился Ролик.

– Не совсем.

– Тогда за что ее благодарить?

– Ну… так принято, нельзя же простосхватить сумку и смыться.

– Василий с Линдой переживать нестанут, – улыбнулся парень, – их только деньги волнуют, по остальнымповодам они эмоций не испытывают.

– Все же передай записку.

– Не беспокойтесь, обязательно.

Я пошла в чуланчик, сложила сумку и позвала:

– Бакс, Бакс…

Но кот не появился, то ли не слышал, то лирешил не суетиться. Взяв саквояж, я дошла до кухни и заглянула внутрь, Роликстоял у окна, слегка сгорбившись. Мне стало жаль парня, действительно, тяжеложить вегетарианцу среди людоедов, Ролик никогда не найдет общего языка с Василиеми Линдой.

– Не грусти, – вырвалось уменя, – ты еще утрешь всем нос!

Скрипач обернулся:

– Спасибо, и вам удачи, очень жаль, чтоуезжаете, хоть вы и плохо разбираетесь в музыке, но… знаете, мне кажется, вытоже, как и я, из племени изгоев.

– Ты о чем? – отступила я в коридор.

– Думается, вы тоже отмечены поцелуемангела, – продолжал Ролик, – имеете талант, попытайтесь обнаружитьего, вдруг в вас таится художник или… писатель. Мне отчего-то кажется, что вамдано сочинять романы.

Меня бросило в жар, да уж, интуиция у Ролика,как у тигра.

– Что ты, – делано засмеяласья, – меня при виде чистого листа бумаги плющит! Удачи тебе и счастья!Пусть исполнятся все твои мечты и заветные желания.

– И вам того же, – кивнулРолик, – не зарывайте талант в землю, был такой поэт Данте, он написалкнигу об аде. Знаете, кто там оказался среди всяких преступников?

– Нет, – ответила я, прижимая к себесумку.

– Поэт, который никогда не писалстихов, – отчеканил Ролик, – человек, наделенный талантом, несумевший реализовать свой потенциал, проведший жизнь, как все, а не так, какждал от него господь. Кому много дано, с того много и спросится.