Муха в самолете - Дарья Донцова

В небольшом подмосковном местечке Веревкиножили две девушки: Рая и Луиза. Первая была красавицей, певуньей и танцоркой.Местные парни сохли по Раечке, но она хорошо знала себе цену и всем женихамдавала от ворот поворот. Замуж за конюха или тракториста Раечка не собиралась,она вообще не хотела жить в колхозе, мечтала вырваться в город и ходить там поасфальтированным улицам в чистеньких туфельках, а не месить грязьстрахолюдскими сапогами.

Господь наградил Раю замечательной внешностью,но обделил трудолюбием, поэтому девушка, с грехом пополам закончив пятьклассов, осела дома. Мать и отец пытались приставить ее хоть к какому-то труду,но у Раечки в голове были одни танцульки и никакой ответственности, все болееили менее хорошие деревенские занятия ее не привлекали. Впрочем, в конце концовРая все-таки оказалась при правлении колхоза, но она не стала ни бухгалтером,ни зоотехником, ни агрономом, красавица шлялась со шваброй и тряпкой. А если ужсовсем честно, то председатель не выгонял лентяйку лишь по одной причине: мамаРаечки была уважаемым человеком – директором школы, выучила грамоте почти всехверевкинцев. Только из-за родительницы Рае прощали редкостное нежеланиеработать.

Вот Луиза была иной, ее с младшей сестрой повозрасту разделяла чистая ерунда, да и мама у них была одна, но, несмотря народство, старшая девочка разительно отличалась от младшей. Окончив школу, Луизауехала в Москву и ухитрилась поступить в вуз. Оказавшись в столице, она незабыла родню и приезжала в колхоз на праздники, привозя подарки. Первый разЛуиза появилась в отчем доме на 8 Марта, и Рая чуть не умерла, разглядывая, какона говорила, уродину. Луизу теперь было трудно узнать, конечно, она не сталакрасавицей, у нее не появились шикарные волосы и огромные глаза, несформировалась осиная, как у Раи, талия, зато девушка была одета в красивоеплатье и элегантные ботиночки. Хороши оказались и привезенные ею подарки.

– Где же ты деньги взяла! – ахнулимать и отчим.

Луиза улыбнулась и выложила на стол конверт.

– В Москве, мамочка, – тихо сказалаона, – заработать легко, кругом возможности, надо лишь меньше спать. Яутром учусь, а вечером уборщицей в метро работаю, знаешь, как там хорошоплатят? Да еще всякие льготы дают, вроде бесплатного проезда.

Рая испытала острый приступ зависти, она тожесостояла при ведре и тряпке, только ей доставались гнутые копейки, на которыеновые платья не купить!

– Теперь замуж надо выйти, –вздохнула мама, – за москвича, и считай, жизнь удалась!

Луиза улыбнулась:

– Маловероятно, мамочка, сама понимаешь,я не красавица. Вот Раечка точно принца найдет!

Младшая сестра гордо вскинула голову, чтоверно, то верно, ей не остаться вековухой, вон сколько кавалеров двор топчет!Конечно, повезло Луизке, сейчас в столице живет, но надолго ли счастье? Получитдиплом, и выпрут ее назад, в колхоз, сидеть в конторе.

Но вышло не так, как надеялась Раечка.Одновременно с документом, подтверждающим высшее образование, Луиза получила иобручальное колечко. На свадьбу была приглашена вся родня, естественно, в городприехала и Раечка. Хоть и недалеко Веревкино от Москвы, но до того дня Раиса встолице не бывала. Город ошеломил ее шумом и количеством машин, люди тут былииными, чем на селе. Девушки почти все коротко стриженные, в ярких платьях,напудренные, с накрашенными губами. Впервые в жизни Раечка, наряженная в сшитыйсельской портнихой костюмчик, ощутила себя тумбой. Ее длинная коса и румянец вовсю щеку мигом выдавали лапотную провинциалку. Но еще больше негативных эмоцийРаиса испытала, оказавшись в квартире, в которой играли свадьбу и гдепредстояло теперь жить сестре.

Нескончаемые апартаменты были набиты дубовоймебелью и картинами. Раскрыв рот, девушка бродила по комнатам. Особо поразилаее ванная, белая, отделанная кафелем. В Веревкине имелся летний душ, деревяннаябудка с бочкой на крыше, а зимой приходилось ходить в баню.

Шокировал и накрытый стол, застланныйнакрахмаленной белоснежной скатертью и уставленный хрусталем. О еде и говоритьне приходилось, названий половины продуктов Раиса не знала, отец с матерью тожесидели притихшие.

– Жених-то не молод, – выдавилнаконец из себя папа, – не мальчик!

Мама скривилась:

– И хорошо, зачем ей со студентомцацкаться! У Марка Матвеевича дом полная чаша, станет за Луизочкой ухаживать.Да и не старый он, просто лысый, от этого дедом смотрится.

Раечка попыталась возбудить в себе злорадство,потешиться мыслями о том, что сестричка получила в мужья противного старикашку,но зародившаяся зависть росла и ширилась. Конечно, муженек сестры внешнестрашнее атомной войны, но зато он при чинах и возможностях! Потом,присмотревшись повнимательней к зятю, Рая испытала новый удар: вовсе не так ужи отвратителен мужик, моментами даже симпатичен.

Через год после свадьбы Луизы Раечка заявиласьк сестре в гости и взмолилась:

– Помоги, бога ради! В колхозе сил нетубольше сидеть, мать меня сгрызла, велит с шеи слезать, замуж выходить, толькоза кого? Наши все пьют, приличных нет! Поговори с супругом, он у тебя большойчеловек, может, пристроит меня куда!

Луиза испуганно ответила:

– Марк Матвеевич живет работой, ничего иникого вокруг не видит, но я попытаюсь тебе помочь.

Старшая сестра любила младшую, поэтому приложилавсе усилия, чтобы устроить ее судьбу. Примерно через месяц после разговорасестер Марк Матвеевич вызвал Раису в Москву. Нестеренко хорошо запомнила тувстречу.

Конструктор сидел за большим письменнымстолом, услыхав тихое: «Здравствуйте», он не улыбнулся, не встал, не протянулРаечке руку, а весьма холодно заявил:

– Есть место кладовщицы, оплата согласнорабочей сетке, проживание в общежитии, согласна?

Ошарашенная совершенно неродственным приемом,Рая прошептала:

– Ага.

Марк Матвеевич черкнул пару слов на бумажке,протянул ее Раисе и сообщил:

– Завтра будь в восемь утра в отделекадров, найдешь Владимира Сергеевича и отдашь ему.

Сжимая в руке пропуск в счастливую столичнуюжизнь, Рая вышла в коридор, где маялась Луиза.

– Ну! – воскликнула она. – Всехорошо?

– Кладовщицей берет.

– Отлично!

– Вообще-то…