Прогноз гадостей на завтра - Дарья Донцова

– Ну, во-первых, когда ты находилась у нее дома, Соня тихоумирала в спальне, конец должен был наступить с минуты на минуту, а во-вторых,ну не могла же Гема на твоих глазах разыгрывать самоубийство? Ей нужно былоудалить тебя на время, а потом вернуть, чтобы свидетельница нашла тело изаписку… Сообразила?

– Алика тоже она убила?

– Радзинский жив, – преспокойно заявил Вовка.

– Как?! – подскочила я.

– Он слетал в Светлогорск и пошел на сеанс. Ему, отличнознавшему Гему, вначале показалось, что это не она. Алик не подозревал осуществовании Сони и думал, что под именем Даутовой скрывается мошенница. Нокогда понял, что на сцене сама Гема, вернулся в Москву и пришел к нам. Мы жерешили подстраховаться, к тому времени о Даутовой было уже многое известно…

– Но зачем объявлять его убитым?

– Понимаешь, Алик подстерег Гему возле актерского выхода,чтобы посмотреть на нее поближе. Она-то его не заметила, но мы все равноиспугались и решили исключить любую возможность несчастья.

– Как вы могли! Настя чуть от горя не умерла.

– Представь зато ее нынешнюю радость, – глупо ответилВовка.

– Как только Гема не побоялась выступать!

Костин пожал плечами:

– Жадность, думала последний раз под этим именем поработать.Посчитала, что Светлогорск от Москвы далеко, а смерть Даутовой не такая ужпервополосная новость.

– Она что, прекращала бизнес? Нелогично как-то, убила Соню,чтобы продолжать работу…

– Теперь признает, что сглупила, отравила сообщницу побизнесу и только потом сообразила, что практика накрылась. Все-таки она неавтомат, а женщина, вот и совершила просчет. Но внакладе не собираласьоставаться. Предполагала выступать под именем Сони.

– Как же ее режиссер, Семен Жадов? Он что, не понял, ктоперед ним?

– Говорит сейчас, что нет. Только я не верю ему. Я пока тамработал, такие махинации нашел. И с налоговой инспекцией, и с билетами, и синдивидуальными сеансами…

– Да уж, ну и испугалась я, когда тебя увидела!

Володя улыбнулся:

– Теперь представь мой ужас, когда я понял, что Гемасобралась тебя отравить. Пошел лимон мыть, вдруг в голову как стукнет: зачемона меня из комнаты услала? И бегом назад, хорошо успел.

– Зачем же она меня убить хотела? Да еще при свидетеле? Ведьты же, не будь даже ментом, мог сообразить, что дело нечисто.

– Лампа, ты совсем плохая? Она ведь поняла, что ты началарасследование. А яд начинал действовать минут через двадцать пять, ты жесобиралась уйти. И что бы с тобой было дальше, неизвестно, могли подумать, чтоэто сердце. Гема совсем не хотела, чтобы ты копала дальше, ясно теперь все?

– Нет.

– Чего еще?

– Кто была эта тетка, «Останкинская башня», на голубых«Жигулях» номер двести шестьдесят семь?

– Гема.

– Но она с меня ростом!

– Надела сапоги на пятнадцатисантиметровой платформе, купилав магазине молодежной моды, кстати, автомобиль серый, знак у него не двестишестьдесят семь, а двести восемьдесят семь, ты ошиблась, перепутала «шесть» и«восемь». Это старая машина Ниночки Арбени, благополучно простоявшая в гараже девятьлет. У меня нет никаких доказательств, но думаю, что именно этим автомобилемвоспользовалась Гема, сталкивая с эстакады «Жигули» Ани Яхниной. В тот годДаутова еще была скромной сотрудницей Института тропической медицины, и нанятькиллера было ей не по карману. Гема, занавесив лицо вуалью и прибавив себерост, явилась на собственные похороны…

– Зачем? – удивилась я.

Володя пожал плечами:

– А почему некоторых убийц тянет либо на место преступления,либо туда, где погребают жертву?

– Но она же была в Светлогорске?

– Прикинулась больной и отменила на один день сеанс.

– Ой, – вздрогнула я.

– Что?

– Да так, – пробормотала я, вспоминая задор-ногодедушку, посоветовавшего злобной аптекарше съездить в Светлогорск на сеансГемы, – просто один «кисик» говорил, что летал специально за тридевятьземель на «подзаводку» к Геме, а та отменила сеанс.

– Гема явилась на похороны, потом в тот же день отправиласьс киллером к Лене и с чувством выполненного долга улетела в Светлогорск. Ейповезло, никто из помощников ничего не заподозрил, да и билет она покупала наимя девчонки-администраторши из гостиницы. Предложила той за услугу стодолларов, соврала, что хочет пройти в городскую библиотеку, взять книги дляработы, а записать могут только по паспорту со светлогорской пропиской. Дурочкаи поверила. Гема же считала, что создала себе идеальное алиби. Убийство Леныбыло назначено на час дня, вот Даутова и решила, что успеет на кладбище…

– Глупо как-то самой вести киллера к жертве…

– Видишь ли, Гема очень хотела получить фотографию, где онизапечатлены вместе с Соней. Снимок делал Эдик, он же и прихватил его с собой,когда съехал к Лене. Маленькое фото можно спрятать где угодно. Гема боялась,что ей придется долго обыскивать квартиру, а ведь, вспомни, самолет вылетает вшестнадцать ноль-ноль назад, в Светлогорск. Задержаться нельзя, в двадцатьноль-ноль сеанс. Если она не явится, все алиби лопнет. Значит, надо, чтобы Ленасама отдала снимок… Ясно?

Я замолчала. Может, Вовка прав? Может, и впрямь мне лучшепреподавать музыку?

– Ладно, не грусти, – засмеялся Костин, – давайоформим твои показания официально. Кстати, деньги, как я велел, принесла?

– Вот, – сказала я и вывалила пачки на стол.