Бонус для монсеньора - Дарья Калинина

Передохнув и поплескав уставшие и покрывшиеся волдырями ручки в прохладной озерной воде, подруги скрипнули зубами. И снова сжали в саднящих ладонях свои лопаты. Может быть, силенок и сноровки у них было маловато, но зато упорства и выдержки не занимать.

Они отгребали землю уже полтора часа. Солнце взошло. И сразу же неожиданно потянуло ветерком. Впрочем, последнее обстоятельство разгоряченных работой подруг даже радовало. Взмахивая без остановки лопатами, они выбивались из сил – еще минута, еще две, и они точно умрут, если не от усталости, то от нетерпения. И вдруг раздался долгожданный возглас:

– Тут какая-то фиговина! Тяжелая!

Подруги радостно взвизгнули. И не веря своему счастью, дружно попрыгали обратно в яму, которая теперь была уже весьма порядочного размера. Оказавшись на дне, они поспешили туда, где стоял сияющий Апогей. И принялись рассматривать его находку.

На вид это было нечто странное, обмотанное чем-то клеенчатым и перепачканное землей. Но Апогей стукнул по кулю, и тот издал гулкий звук.

– Там внутри дерево, – пояснил Апогей. – Деревянный ящик.

– Вытаскиваем!

Трое мужчин оттеснили девушек. Быстро обкопали находку. И выставили ее наружу.

– Тяжелый, – заметил Иван Алексеевич, с вожделением поглядывая на сундук. – Даже очень. Как думаете, что в нем?

– Давайте откроем и узнаем.

– Давайте!

Но осуществить это намерение друзьям не удалось. Позади них кто-то негромко, деликатно кашлянул. И высокий мужской голос произнес:

– Боюсь, я вынужден вас попросить отдать мне мое наследство.

Все дружно вздрогнули от такой наглости. И возмущенно обернулись, собираясь дать нахалу достойный отпор. Но гневные слова замерли у них на языках, когда они узнали в незнакомце, появившемся без приглашения так некстати, их знакомого господина Попугая – Алешина Петра Сигизмундовича.

Впрочем, для него одного у друзей еще нашлись бы подходящие аргументы. Но вся проблема была в том, что явился он не один, а с группой поддержки из четырех здоровенных охранников. И пришли они все отнюдь не с пустыми руками. А оружие, которое имел сам Попугай, было направлено прямехонько на друзей и откровенно говорило о серьезности намерений хозяина.

– Отойдите, – попросил Попугай.

И друзья послушались. Правда, Заливного пришлось оттащить силой. Старый авантюрист не мог смириться с мыслью, что их сейчас ограбят. И вознамерился своим телом защищать найденное сокровище.

– Сопротивляться бессмысленно, – прошептал ему Апогей. – Их больше. И они вооружены.

– Нас предали.

– Но кто?

И стоило Лесе произнести эти слова, как все дружно повернули головы в сторону Очкастого.

– Я? – забормотал тот. – Но я ничего… Я бы и хотел, но не мог!

– В самом деле, – заступился за Очкастого Иван Алексеевич. – Ночевать я его взял к себе. И глаз с парня не спускал. Он все время был с нами. А трубку мы у него изъяли.

Попугай, который в этот момент молча наблюдал, как двое его людей сдирают с сундучка обертку, хмыкнул и перевел взгляд на друзей.

– Вы можете винить только самих себя, – пояснил он. – За ротозейство. Мы следили за вами от самой больницы, откуда вы вчера вечером зачем-то выкрали моего милого школьного друга.

– О, черт! – простонала Кира, чувствуя, что готова избить себя за легкомыслие. – Как глупо!

– Глупо, – подтвердил Попугай. – Не могу сказать, что меня не поразила ваша выходка. Зачем вам понадобился мой друг? Вы и так подобрались к разгадке тайны куда ближе, чем я сам.

– Не сказала бы, – проворчала Кира.

Но в этот момент его люди окончательно содрали клеенку. И все замолчали, с любопытством глядя на находку. Ящик оказался крепко сбит из досок. И закрывался на простую щеколду. Видимо, тот, кто его спрятал, вполне справедливо полагал, что даже самый крепкий замок не защитит его сокровище.

Попугай шагнул вперед к ящику. И помедлив секунду, решительно выдернул деревянный клинышек. И резко откинул верхнюю крышку. Все друзья и Очкастый вытянули головы, чтобы тоже заглянуть в ящик. Увы, им ничего не было видно. А подойти ближе им мешали охранники Попугая, которые сгруппировались возле хозяина и кидали вокруг себя злобные, настороженные взгляды.

Тем не менее сам Попугай, которому прекрасно было видно содержимое сундучка, отреагировал на него весьма странно. Во всяком случае, ликовать он не спешил. Сначала просто сдавленно ахнул. А потом, издав приглушенное проклятие, упал на колени прямо в жирную влажную землю и принялся ворошить содержимое ящика.

Он шуровал там так активно, что из сундука во все стороны полетели какие-то разноцветные бумажки. Ветерок подхватил их и разнес по округе. Одна из них упала возле Кириной ноги. Недолго думая, девушка нагнулась и подняла бумажку.

Некоторое время она молча таращилась на нее не в силах поверить тому, что видела. Несмотря на то что та была сильно перепачкана, Кира узнала ее. Это была отлично сработанная десятирублевая бумажка стандарта 1961 года. Именно такие червончики курсировали по карманам советских граждан вплоть до эпохи перестройки.

Узнав знакомую денежку, Кира весело, от души расхохоталась.

– Что с тобой? – спросила у нее Леся, не сводя глаз с Попугая, который теперь уже от души матерился.

– Она же теперь ничего не стоит, – веселилась Кира. – Это просто бумага. Мусор!

– Что? – рассеянно посмотрела на нее Леся.

Но смех буквально душил Киру. Она молча сунула свою находку в руку Лесе. А когда Леся поняла, что дала ей подруга, она тоже затряслась от хохота. И через минуту хохотали уже все. Вся компания, начиная от Заливного и кончая Очкастым.