Ночь опасна - Анна Малышева

– Послушайте, вы всерьез полагаете, что я знаюсь с ворами? – резко спросил он. – Мне кажется, что вы пытаетесь со мной торговаться!

Тот перепугался:

– Да что вы, и в мыслях не было! Это я так, размышляю вслух! Просто удивительно, что вы прежде слышали об этой книге… Такое совпадение.

– Скажите, а когда обворовали того старичка? – неожиданно вступила в разговор Тамара. До этого она что-то напряженно обдумывала.

Семен Федорович сообщил, что порча книги произошла совсем недавно, в октябре. Олег похолодел. Он боялся даже взглянуть на Тамару. Ведь ее свекровь принесла таинственный сверток в самом начале ноября. Все совпадало. «Нина купила краденые карты, Мария их укрывала. Больше нечего строить домыслы. Факты говорят сами за себя».

Тамара больше ни о чем не спрашивала. Она кивнула и неуверенной походкой двинулась в сторону подворотни. Олег догнал ее, придержал за локоть – казалось, она вот-вот упадет. На улице, под фонарем, он взглянул ей в лицо и отшатнулся – так страшно оно было искажено.

– Скажи ему, что мы доберемся сами, – прошептала Тамара.

Олег с трудом избавился от навязчивой любезности букиниста. Тот непременно хотел подвезти парочку домой. В конце концов они распрощались, и Семен Федорович уехал. Тамара все это время молчала и только старалась отвернуться, чтобы на ее лицо не падал свет. Олег обнял ее за плечи:

– Успокойся! Может, все еще и не так…

– Замолчи, – простонала женщина. – Все именно так! Твоя подруга передала Маше краденое… Та не знала, не могла знать! Иначе никогда бы не взяла!

– Конечно, не знала, – Олег гладил ее плечи и оглядывался. Нужно срочно найти кафе. Стакан воды, рюмка коньяку – и Тамара придет в себя. А сейчас ее трясет, женщина вот-вот разрыдается, забьется в истерике. «Ужасно, когда рушатся идеалы, – подумал он. – Хотя ее свекровь, может, и не виновата».

Вряд ли женщина сознавала, куда он ее ведет. Тамара шагала рядом, как заведенный автомат, глядя себе под ноги и не вступая в разговор. Олег довел ее до угла, выходящего на бульвар. Прямо перед ними прогрохотал освещенный изнутри, набитый вечерними пассажирами трамвай. И только тут Тамара очнулась и подняла взгляд.

– Поехали домой, – предложил Олег. – Я сейчас возьму такси, здесь совсем недалеко.

Но она не ответила. Женщина вглядывалась в черную, покрытую пятнами наледи гладь пруда. Потом подняла руку, указывая на противоположный берег:

– Ты нашел ее там?

– Да. Вторая скамейка от конца. Видишь?

Она видела. Некоторое время они стояли на ветру, не двигаясь, не разговаривая. Олег начал замерзать. Наконец женщина повернулась к нему:

– Давай где-нибудь посидим. Кажется, здесь есть недорогой ресторанчик, я в нем была.

Ресторан, который специализировался на разнообразно приготовленной курятине, был полон. Олег с трудом отыскал столик, купил Тамаре пива – от коньяка она решительно отказалась, как, впрочем, и от другого угощения. Себе он взял целый обед – его одолевал волчий голод.

– Не ешь острого, – машинально заметила женщина, когда он вылил на румяную куриную тушку порцию мексиканского соуса. – Недавно мучился с желудком.

– Ты говоришь, как жена, – пошутил он. И в самом деле, у нее был такой тон, будто они прожили вместе не менее десяти лет.

– Будет тебе, – отмахнулась Тамара. – Просто я за тебя боюсь. Олег, что будем делать?

Он с сожалением оторвался от курицы:

– А что мы можем сделать?

– Нужно вернуть этому несчастному старику его карты. Конечно, не за деньги, это просто… – И после запинки закончила фразу: – Грабеж.

– Сперва нужно выяснить, каким образом эти карты попали к Нине. Не забывай, что она погибла!

– Ее могли убить те, кто украл карты, – тихо сказала Тамара. Она вертела в пальцах запотевший бокал, но пока не сделала ни одного глотка. – Скажем, предложили ей их приобрести, она согласилась… А потом что-то заподозрила и решила выяснить их происхождение. А это было опасно.

У Олега постепенно пропадал аппетит, и вовсе не потому, что он уже наелся. Возражать Тамаре смысла не имело – все это время она как будто говорила сама с собой. Нервный шок еще не прошел, и она едва замечала своего спутника.

– Но зачем она встретилась с Машей? – продолжала женщина, поднимая глаза к потолку, будто ища там ответ, написанный огненными буквами. – Почему они ходили в хранилище? Ведь это было как раз в начале октября.

– Я все-таки думаю, что Нине потребовалась консультация насчет этих карт, – сказал Олег. – Скажем, насчет их ценности, старины, действительной редкости… Нина в этом не разбиралась – поверь мне на слово. А твоя свекровь?

Тамара пожала плечами:

– Маша с первого взгляда определила бы, что эти карты подлинные, могла бы приблизительно назвать их возраст, происхождение. Но рыночной цены она знать не могла. Что именно интересовало твою подругу? Зачем ей вообще понадобилось покупать карты?

Олег этого не понимал. Он просто не мог допустить мысли, что Нина тайком от всех стала собирательницей старинных пергаментов. Можно тайно спиваться, заводить романы, но впасть в подобную коллекционерскую страсть…

– А может быть… – Тамара перевела на него неожиданно прояснившийся взгляд, – может, она хотела сделать тебе подарок?! Ты же этим увлекаешься!

Он отодвинул тарелку. Курица потеряла свою привлекательность, а от острого соуса во рту заполыхал пожар. Олег сказал, что они никогда не делали друг другу подарков. Да еще таких дорогих! Нет, он такой мысли не допускает. Нина купила карты для каких-то личных целей. Возможно, хотела украсить интерьер своей квартиры – она слыла большой оригиналкой, и вкус у нее был отменный.

Тамара наконец сделала глоток. У нее на губах вздулись пенные пузырьки, женщина быстро слизнула их языком.

– Выхода нет, придется идти в хранилище, – неожиданно сказала она. – Во всяком случае, теперь мы точно знаем, что карты были похищены не оттуда. Только почему-то на душе от этого не легче.

– Какой смысл туда идти?

– Леночке придется вспомнить, о чем шла речь, когда к ней приходили Маша и Нина. Не могли же они просто завернуть туда попить чайку. Дай-ка мне телефон, я ей позвоню.

* * *

Леночка была дома – у нее болел ребенок и ей пришлось взять отгул. На этот раз она узнала Тамару моментально и в тот же миг начала делиться драматическими подробностями своей семейной жизни. Женщина выслушивала ее, машинально кивая головой и в отчаянии поглядывая на Олега.

– Лена, милая, у меня ведь к тебе просьба. – Тамаре с трудом удалось остановить несущуюся на нее лавину слов. – Помнишь, мы вспоминали, как к вам заходила моя свекровь? С твоей подружкой, Ниной?

Та отлично помнила.

– Ты говорила, они просидели у вас очень долго, до позднего вечера. А о чем вы говорили?