Убийство в Миддл-Темпл. Тайны Райчестера - Джозеф С. Флетчер

Если бы в тот момент в гостиной Харкера присутствовал сторонний наблюдатель и не сводил бы взгляда с хозяина и гостя, то, несомненно, поразился бы тем, что случилось, когда старик задал молодому человеку вопрос. Харкер задал его с очень доверительной и даже дружеской интонацией. А Брайс не показал, как воспринял на самом деле вопрос, ставший, наверное, самым неожиданным в его жизни. Он лишь спокойно посмотрел на хозяина и произнес:

– Кто вы такой, мистер Харкер?

Тот рассмеялся:

– Разумеется, вы имеете право поинтересоваться этим. Правильная реакция!

– Тогда изменим формулировку. И я спрошу, не кто вы такой, а что вы такое?

Харкер указал сигарой в сторону полок, напротив которых сидел Брайс.

– Взгляните на подборку моих книг, доктор, – сказал он. – Она вам ничего не подсказывает?

– По-моему, здесь в основном материалы об уголовных делах и учебники по криминалистике. Теперь вы попали под подозрение, мистер Харкер. В Райчестере вас все считают ушедшим на покой торговцем. Но, как я понимаю, вы скорее отставной полицейский, причем из уголовного розыска.

– Ни один житель Райчестера не переступал порог моего дома с тех пор, как я тут поселился, – сказал он. – Вы – первый, кого я пригласил. Ко мне ни разу не заглядывал даже наш славный библиотекарь Кампани. Говорю же, я – отшельник.

– Но были когда-то детективом? – настаивал Брайс.

– Да, двадцать пять лет, – кивнул Харкер. – И хорошо известным в определенных кругах, сэр. Но вернемся к моему вопросу, доктор. Строго между нами!

– А откуда вы вообще знаете, что я извлек листок бумаги из кошелька Брэйдена?

– Такой листок лежал у него в кошельке, когда он прибыл в «Митру», – ответил Харкер, – а значит, Брэйден должен был иметь его при себе на следующее утро. И еще мне известно, как вас оставили одного с трупом на несколько минут, а при осмотре Митчингтоном одежды и личных вещей Брэйдена листка не обнаружили. Следовательно, только вы могли взять его. Как я понял, вы пытаетесь вести игру, схожую с моей, и потому ездили в Лестер.

– Вы знали Брэйдена? – спросил Брайс.

– Да.

– Встречались и разговаривали с ним уже здесь, в Райчестере?

– Он находился в этой комнате и сидел в том же кресле, что и вы сейчас, с пяти минут десятого почти до десяти часов вечера накануне своей смерти, – ответил Харкер.

Брайс неспешно наслаждался вкусом табака гаванской сигары, которой его угостил старик, взяв свой стакан, отхлебнул виски и поудобнее устроился в кресле.

– Думаю, нам надо поговорить конфиденциально, мистер Харкер, – произнес он.

– Этим мы с вами сейчас и занимаемся.

– Кажется, мы понимаем друг друга. Итак, вам известно, кем был Джон Брэйден в действительности?

– Его звали Джон Брэйк. Бывший банковский управляющий, а потом – заключенный.

– Вы знаете, имеет ли он родственников в Райчестере?

– Девушка и молодой человек, которые живут у Рэнсфорда, дочь и сын Брэйка.

– А сам он был осведомлен об этом, приехав сюда?

– Нет.

– А вы?

– Тоже узнал об этом позднее.

– Вы все выяснили в Барторпе? – предположил Брайс.

– Нет. Я понял это еще здесь. После смерти Брэйка. В Барторп я отправился по другому делу – по делу самого Брэйка.

– Вот как! – воскликнул Брайс, глядя старому сыщику в лицо. – В таком случае вам лучше сообщить обо всем мне.

– При том условии, что мы оба все расскажем друг другу, – поставил условие Харкер.

– Договорились, – кивнул Брайс.

Харкер ненадолго задумался, покуривая сигару.

– Вернемся к самому началу, – произнес он. – Но прежде всего, что вы сами знаете о Брэйке? Я понял – вы отправились в Барторп, чтобы выяснить как можно больше. Вам многое удалось установить?

– Я узнал, что Брэйк женился на девушке из Брэйден-Медуорта, увез ее с собой в Лондон, где управлял отделением крупного банка. Вскоре у него возникли большие неприятности, и его приговорили в десяти годам каторжных работ. И еще несколько мелких подробностей, вдаваться в которые сейчас нет необходимости.