Император деревни Гадюкино - Дарья Донцова

Петр взял Костю под свою опеку. Парнипопытались выяснить, не имеют ли они общих родственников, но затея не удалась.Ни Малышев, ни Пронь не знали своих отцов и имели мам-алкоголичек, которые нерассказывали детям о семейных корнях.

Петр умел не только бойко болтать, но иобладал талантом слушателя, Костя стал считать Малышева братом и постепеннораскрылся перед ним полностью. Вот только Пронь не знал, что Петр стукач,регулярно доносивший на товарищей по заключению.

Малышев освобождался раньше, за пару дней довыхода на свободу он сказал Косте:

– Тебе без меня будет трудно.

– Справлюсь, – оптимистично ответилПронь.

Петр протянул ему клочок бумаги:

– Запомни номерок, если начнутпрессовать, позвони, скажи, что от меня. Телефон есть у доктора.

Воспользоваться телефоном Косте пришлось черезпару месяцев после ухода Малышева. Как только Петр покинул колонию, Константинастали пинать и заключенные, и охрана. После очередного избиения Пронь пошел в медкабинети сказал:

– Малышев велел попросить у вас телефон.

– Звони, – сказала врач, нарушив темсамым все инструкции.

На том конце провода Костю выслушали ипроизнесли в ответ одно слово:

– Хорошо.

Вечером Константина вызвали на кухню,потребовалось почистить котлы. Заключенный вошел в посудомойню и увидел самогогрубого и злобного из сотрудников зоны, замначальника колонии Георгия Варина.Но сейчас Жора не скалил зубы, а вполне мирно улыбался.

– Садись, – сказал он, указывая на табуретку, –Петька думал, что ты недели две выдержишь, я ставил на месяц.

Жора сделал Константину предложение, откоторого у того не было шансов отказаться.

Костя будет работать на Варина, сообщать емуинформацию, дружить с нужными заключенными, устраивать, если понадобится,драки. В награду Пронь получит авторитет на зоне и шанс выйти на волюраньше.

– Предлагаешь мне ссучиться? –уточнил Костя.

Жора рассмеялся:

– Понабрался выражений. Кто научил?Петька? Да он сам первая сука. Никакой Малышев не вор, он аферист, бабам головызаморачивает, тем и живет. Знаешь, как на зоне с такими поступают? Но Петяхеповезло, его мой дружок приметил, следак, через которого Малышев шел, поправилему биографию и сюда подселил. Короче, или ты на меня работаешь, или я тебе радостине гарантирую. Много чего плохого случиться может, кое-кто в бараке о Петькенеладное думает, а ты с ним дружил. А еще могут вопросы возникнуть позолотишку. О жене подумай, похоже, она тебя крепко любит, часто приезжает,ждет. Каково ей вдовой стать?

Костя принял предложение Жоры, честно служилхозяину, полагал, что, выйдя на свободу, сможет навсегда вычеркнуть из памятинеприятный эпизод в биографии. Вот только Костя забыл поговорку: «Коготокувяз – всей птичке пропасть». Перед его освобождением Жора сказал:

– Вернешься в Москву, пойдешь по этомуадресу и не вздумай сбежать, худо будет. Все твои доклады в папку подшиты, унас ничего никогда не пропадает. И что будет, если паханы узнают, кто наних стучал?

Пронь живо сообразил, что его хотят принудить работатьинформатором и на воле. Поэтому он не рискнул вернуться в столицу, а придумалсобственный план. Приписав к фамилии окончание «кин», Костя осел вНовосибирске, вызвал к себе Нину, и они стали зарабатывать пением в кабаках ина свадьбах.

То ли сотрудники МВД не искали Константина, толи видоизмененная фамилия вкупе с кочевой жизнью (а Пронькины больше трехмесяцев ни в одном городе не задерживались) помогли запутать следы, нонесколько лет муж с женой благополучно мотались по СССР, не вызывая ни у когоподозрений.

– Эй, постой, – не выдержалая, – а эти сведения откуда?

Максим стал делать руками круговые движения:

– Эне, бене, раба, квинтер, финтер, жаба.Я волшебник, исполняющий желания. Узнал подробности, не спрашивай как.Впрочем, хочешь поговорить с человеком, который может рассказать всю правду?Это...

– Петр Малышев, – испортила яМаксиму эффектное завершение фразы. Должна была сама догадаться.

– Как ты додумалась? – фыркнул Макс.

– Читала справку на Факира, –сказала я. – Леонид многократно менял фамилии с именами, одно из них былоПетр Малышев. Если учесть, что рок-певец Малыш в миру звался ПетромАркадьевичем Малышевым, то нужно было, по крайней мере, насторожиться.А теперь вспомним, что когда Малышев, носивший уже другую фамилию, все-такипопался на брачной афере, кто-то оплатил ему адвоката, отмазавшего мужика, накоторого точил зубы фээсбэшник Иван Родченко. После благополучного освобожденияаферист устроился на работу, забыл про игры с Уголовным кодексом, получилкредит на квартиру. Думаю, если поднять информацию об учреждении, которое стольопрометчиво выдало сомнительному гражданину большую сумму, мы увидим, что этобанк Пронькина.

Вот только не понимаю, почему в справке наЛеонида Факира не указано, что он в юности отсидел по документам ПетраМалышева!

– Петенька-Ленечка хитрый жук, –пропел Максим, – запутал свою судьбу так, что не разобраться. В справке наМалышева указано, что он впервые сел малолетним, а затем загремел по-взросломуза кражу. Вполне достойная биография для урк[7]такому окажут почет и уважение в бараке. Вот только наш фигурант никогда непринадлежал к элите уголовного сообщества, он всегда был брачным аферистом.Биографию ловкому юноше поправили в МВД, чтобы иметь отличнозаконспирированного осведомителя. Подобные операции проводят очень аккуратно,правду знает минимальное количество людей. Малышев докладывал обстановку. Всеего сообщения есть в архиве, там масса интересного про заключенного Проня, Костяничего не скрывал от двойника, но знаешь, что интересно? В бумагах нет нисловечка о торговле золотом. Малышев скрыл эти сведенья от своих хозяев, понял,что лучше прикрыть Проня, а потом получить выгоду. Выйдя на свободу, Петрушаснова начал озорничать, он менял фамилии и один раз воспользовался паспортом наимя Малышева. Но с бывшей женой Ивана Родченко наш мальчик жил как ЛеонидФакир. В процессе следствия всплыло множество имен «Ромео», в том числе и ПетрМалышев. Вот только следователь проявил беспечность, он не проверил все личинынашего героя, тот пошел на зону как Факир, под этим же именем вышел, а потомстал Петром Малышевым и зажил счастливо.

– Значит… – начала я и осеклась.