Император деревни Гадюкино - Дарья Донцова

– Прошу, чертоги жратвы готовы принятьпрожорливую, но прекрасную принцессу, обладающую даром ясновидения. Моя юностьпротекала именно так, как ты рассказала. Вау! В шкафах полно хавки!Устроим пикник здесь или унесем добычу в пещеру?

– Лучше побыстрей убраться вномер, – предложила я.

– Мудро. Хватай вон тот поднос, –распорядился Максим.

– Тише, – шикнула я, – слышишьголос?

– Не-а, – прошептал Макс.

Я подкралась к зарешеченному открытомуокну. Так и есть, во внутреннем дворике ресторана находится официанткаСветлана. Вместо того чтобы мирно спать в своей каморке, девица болтает посотовому.

– Хорошо, – говорила Света,абсолютно уверенная, что ее не слышит ни одно живое существо, – уже иду!На площадку, где летний бассейн. Поняла, прибегу через минуту, серьги и кулонсо мной. А что я получу в награду? Вадим Никитович, вы меня не обманете?

Зашуршал гравий, уличные фонари были погашены,но полная луна хорошо освещала официантку, быстро шагавшую по дорожке.

– Вадим Никитович? – напрягсяМаксим. – Она говорила с мужем Лидии, господином Краснопольским? Крутойповорот событий.

– Пошли скорей к бассейну, –предложила я, – попробуем незаметно подсмотреть. Только лучше не идти заСветой – вдруг она нас заметит! Воспользуемся другой дорогой, выйдем черезгрязелечебницу.

Мы оставили поднос с продуктами, забылизапереть дверь в ресторан и на цыпочках побежали по коридору, ведущему впроцедурную. Естественно, створка оказалось заперта. Максим не сразу справилсяс замком, а потом провозился с дверью, ведущей к бассейну.

Пока он, чертыхаясь сквозь зубы, орудовалотмычкой, я пыталась сквозь стекло рассмотреть территорию вокруг водоема. Но наулице по-прежнему не работало освещение, а луна, как нарочно, зашла за тучу.

– Готово, – прошептал Максим.

Мы выскользнули на улицу и, согнувшись в трипогибели, стали красться к бассейну. Пошел дождь, сначала мелкий, потом каплистали тяжелыми.

– Видишь кого-нибудь? – еле слышноспросил Макс.

Я помотала головой.

– Жаль, я фонарь не прихватил, – неуспокаивался Максим, – но, похоже, там никого нет! Черт, мы опоздали!

– Надо изучить местность, – безособого восторга сказала я.

– Пока я шуровал отмычкой, сладкаяпарочка ушла. Сейчас они могут быть где угодно, – возразил Максим. –Мы их не отыщем, мокнуть никто не будет.

Дождь превратился в непрерывный ливень.

Макс дернул меня за руку:

– Бежим в дом, завтра прижмем Светлану иустроим ей допрос с применением пыток. Я служил в тюрьме на базе Гуантанамо,научился там всяким штучкам.

– Ты невыносимый врун, –констатировала я и понеслась назад.

Когда мы очутились в лечебнице и снова нацыпочках пошли в жилую часть, Макс неожиданно сказал:

– Я не лгу, у меня синдром Питера Пэна,мальчика, который отчаянно не хотел стареть. Но признайся, тебя пересталораздражать мое поведение?

По счастью, как раз в этот момент мы очутилисьоколо двери в мою спальню, и я, удачно избежав необходимости отвечать навопрос, юркнула в номер. Макс не стал стучать, а ушел спать, я села на кроватьи, стаскивая с себя до нитки промокшую футболку, поняла: Макс абсолютно прав.Меня больше не бесит его идиотская манера вести беседу вкупе с привычкойподсовывать людям засахаренных мух и жвачку с зубами. Более того, прикол сконфетой, склеивающей челюсти, неожиданно показался мне по-настоящему смешным!Наверное, пословица «с кем поведешься, от того и наберешься» справедлива на стопроцентов. Возле Макса я невольно стала превращаться в восьмиклассницу.