Люби меня мертвым - Питер Джеймс

За эту ночь, которая одновременно показалась Грейсу и очень длинной, и очень короткой, в голове у него сформировался четкий план действий. В крепкий, глубокий сон он погрузился, только когда за окном начали петь птицы. Будильник зазвонил почти сразу. Грейс открыл глаза и поглядел на часы. Пять тридцать. Будильник он выключил, но снова заснуть не смог. Впрочем, после короткого отдыха Грейс ощущал удивительный прилив энергии.

Перевернувшись на другой бок, он поцеловал в щеку Клио. Жена не шевельнулась. Очень медленно и осторожно, стараясь не разбудить ее, Грейс встал с кровати. Воздух в комнате был прохладный. Выпив стоявший на тумбочке стакан воды, он направился в ванную, закрыл за собой дверь, включил свет и поглядел в зеркало. Видок тот еще, зато настроение оптимистичное, и не без оснований.

План, который придумал Рой Грейс, был рискованным. Возможно, Кэссиан Пью сразу его отвергнет. Однако Грейсу он нравился все больше и больше. Ему не терпелось с кем-нибудь поделиться своей идеей.

Выдавив пасту на электрическую зубную щетку, Грейс включил ее и следующие две минуты провел, одновременно чистя зубы и обдумывая детали плана. Потом в халате и тапках заглянул в комнату Ноя и осторожно дотронулся до спинки мальчика, убеждаясь, что тот дышит нормально. Потом тихо, стараясь не разбудить сына, спустился на первый этаж. Там его радостно встретил бодро прыгающий Хамфри.

Опустившись на корточки, Грейс погладил пса.

– Сейчас пойдем погуляем, Хамф, только сегодня обойдемся без пробежки. Бегать будем завтра. Договорились?

Выйдя через черный ход, Грейс остановился на крыльце, любуясь рассветом. Пахло мокрой травой. Царившая вокруг тишина действовала умиротворяюще. До чего же все-таки Грейсу здесь нравилось! Настоящий оазис покоя. Глядя на бледнеющую луну, Рой уже в который раз восхитился красотой и величием природы.

Пока хозяин предавался поэтическим мыслям, Хамфри присел и навалил большую кучу, после чего с довольным видом подбежал к Рою.

– Молодец!

Грейс потрепал собаку по голове, и вместе они направились в сторону курятника. Все пять наседок опять сладко спали на крыше.

– Привет, девчонки! Ну, какие планы на сегодня? Отложить пару яиц? Ограбить банк? Развернуть мошенническую схему в Интернете? Помочь хозяину арестовать страшных и опасных преступников?

Вернувшись в дом, Грейс поставил в микроволновку миску с кашей, а пока завтрак разогревался, полез в холодильник и отщипнул от грозди шесть красных виноградин. Клио где-то вычитала, что именно такое количество нужно съедать каждый день, чтобы замедлить старение и предотвратить целый список заболеваний. Клио вообще очень интересовалась советами по здоровому образу жизни.

Затем Грейс сделал несколько звонков, всякий раз бурно извиняясь за то, что беспокоит собеседников в такой ранний час. Но удержаться не мог – до того ему не терпелось осуществить свой план. Конечно, эта затея успеха не гарантировала, но все же попробовать стоило.

Поев успевшей остыть каши, ничуть не смущенный этим обстоятельством Грейс стал поспешно собираться в офис. Когда поднялся наверх, Клио сидела на постели и проверяла электронную почту на своем айфоне.

– Большие планы на сегодня? – спросил он.

– Не то слово! Пять вскрытий, – отозвалась Клио. – А у тебя?

Рой вкратце изложил жене свой план.

– А что, мне нравится! – ответила Клио. – Но… разве так можно?

Он пожал плечами:

– Постараюсь все устроить.

Приняв душ и побрившись, он поспешно оделся и вышел из дому в половине седьмого. В семь утра Грейс уже парковался возле Суссекс-Хаус. И тут зазвонил телефон. Грейс взглянул на дисплей и увидел имя Гленна Брэнсона. Путем несложных подсчетов Грейс определил, что во Франции сейчас восемь утра.

– Bonjour, да va?^[11] – бодро поздоровался он.

– Полное merde^[12], – мрачно отозвался Брэнсон. – По-другому не скажешь.

– Давай, выкладывай.

Новость Грейс встретил ошеломленным молчанием. Наконец переспросил:

– Исчез?.. Сбежал?..

– Помнишь Теда Банди – маньяка, орудовавшего в Америке в семидесятых? Он еще заманивал своих жертв, притворяясь, будто у него сломана рука. Так вот, наш Эдвард Крисп проделал похожую штуку. Вечером перед отбоем зазвал в камеру надзирателя. Сказал, что не может сам снять футболку, и попросил помочь. А сам оглушил бедолагу, связал и заткнул рот. Уложил надзирателя на свою койку, развернул лицом к стене и накрыл с головой одеялом. А две половинки от гипса так и остались лежать на койке.

– Значит, рука у Криспа была не сломана? Неужели его после ареста не осматривали?

– Похоже, что нет. Просто определили в камеру в тюремной больнице, и все.

– Ну хорошо, допустим, рука у Криспа была целехонька. И все-таки как он, черт возьми, мог смыться из здания тюрьмы?

– Пока никто не знает.

Покачав головой, Грейс несколько раз выругался.

– Может, опять через канализацию просочился, – предположил Гленн Брэнсон. – По трубам.

– Для Криспа это дело привычное, – согласился Грейс. – Французы его недооценили. Крисп – тип хитроумный. Слышал, преступники, которых разыскивает полиция, для маскировки надевают накладной гипс, чтобы отвлечь внимание от лица. Потом, когда будут опрашивать людей, кроме гипса, никто ничего не вспомнит. И все-таки не понимаю, как французы могли столь глупо его упустить! Крисп уже два раза сбегает от полиции. Должно быть, сейчас сидит где-нибудь и смеется над нами.

Грейс вздохнул – конечно, его вины тут не было, но попробуй объяснить это Кэссиану Пью.

– Будем надеяться, что Криспу во время побега пришлось как следует изваляться в дерьме, – произнес Брэнсон.

– Да уж. Слушай, не знаешь, как по-французски сказать «мы в глубокой жопе»?