Люби меня мертвым - Питер Джеймс

Воскресенье, 1 марта

– Запомните, на борту вертолета в кадре лучше всего смотрится пилот! – еще днем объяснял Джонни Спелт режиссеру съемочной группы канала «Лэйтерс ТВ». Телевизионщики уже почти неделю всюду следовали за ними, снимая документальный фильм о воздушной скорой помощи Кента, Суррея и Суссекса.

В комнате отдыха в задней части ангара на аэродроме Рэдхилл, где команда проводила время между вызовами, одетые в зеленое пилоты и медики в красных комбинезонах ехидно посмеивались над Спелтом из-за его высказывания.

– Хочешь сказать, что из нашей команды ты смотришься лучше всех? – усмехнулась Ди Спрингер, миниатюрная рыжеволосая женщина-врач из Австралии, приехавшая в Великобританию учиться азам профессии «летающего врача». – Как же, размечтался!

– Раз место пилота из любого делает красавца, – подхватил Деклан Макартур, высокий молодой доктор с бритой головой и веселой улыбкой, – давай на сегодня поменяемся!

– Очень смешно! – притворно надувшись, проворчал Джонни и откусил кусок сэндвича с сыром и соленым огурцом.

День был длинный и тяжелый, и все порядком устали. Обычно за сутки воздушную скорую помощь вызывали около пяти раз. Но сегодня они успели слетать на пять вызовов только за свою смену – и это вдобавок к съемкам и интервью для телевидения! В последний раз пришлось отправиться в Истборн – мотоциклист, столкнувшийся с фургоном, получил тяжелые травмы головы. Его доставили в больницу, где работали лучшие специалисты по черепно-мозговым травмам на юго-востоке Англии – Сэйнт-Джордж в Тутинге. Команда только что вернулась. До конца смены оставалось полчаса. Усталые врачи и пилоты надеялись, что за это время новых вызовов поступить не успеет.

У пациентов с черепно-мозговыми травмами, помощь которым была оказана в течение первых четырех часов, больше всего шансов на полное восстановление. Если бы мотоциклиста везли в машине скорой помощи, в больницу он попал бы гораздо позже этого времени. А благодаря команде вертолета парень очутился на операционном столе всего через полтора часа после аварии.

– Значит, хочешь порулить, Деклан? – добродушно осведомился бывший военный летчик Джонни. – Да пожалуйста! На здоровье! Но только уговор – я с тобой в один вертолет не сяду.

– Что, испугался?

– Уж больно ты осторожный, Джонни. Неужели совсем не хочется экстрима? – поинтересовалась Ди Спрингер.

– Это ты мне говоришь об экстриме? – фыркнул Джонни. – Я, между прочим, служил военным летчиком в Афганистане.

– Вот именно – прояви уважение к военному герою! – с преувеличенным пафосом произнес Деклан Макартур.

– Разве после зоны боевых действий эта работа не кажется тебе немножко скучной, однообразной? – не успокаивалась австралийка.

– Знаете, что мне здесь нравится больше всего? – ответил вопросом на вопрос Джонни.

– Нет, но похоже, сейчас ты откроешь нам эту тайну, – произнес Деклан.

– Очень приятно сажать вертолет, когда в тебя никто не стреляет.

Вдруг зазвонил фиолетовый телефон.

– Вот черт! – воскликнул раздосадованный врач и, взглянув на часы, поспешил к аппарату. – До конца дежурства всего несколько минут оставалось! Каждый раз одно и то же!

– Где ваш боевой дух, коллега? – укоризненно покачал головой Джонни.