Смерть ради смерти - Александра Маринина

– Ну-ка прекрати, – вполголоса приказал емуБойцов. – Отпусти кошку, не надо ее мучить.

Паренек быстро поднял голову и от неожиданности ослабилхватку. Несчастная кошка моментально вырвалась и убежала, прихрамывая ипродолжая вопить – похоже, юный кошкодав поочередно ломал ей лапы.

– Зачем ты это делаешь? – вполне миролюбивоспросил Вадим.

Но мальчишка посмотрел на него с такой ненавистью, чтоБойцову стало не по себе. Не сказав ни слова, пацан развернулся и убежал.

Вадим пошел дальше, вглядываясь в лица прохожих, и емуказалось, что ни на одном из них не видит он печати того, о чем ему рассказали.Люди как люди, самые обыкновенные. Ничего особенного он в них не замечал. Надобудет еще подойти к школе, когда кончатся уроки, посмотреть на подростков.

Он медленно прогуливался, запоминая дома, переулки, дворы,запоминал по привычке, на всякий случай, совершенно не думая о том, что этоможет когда-нибудь пригодиться. К часу дня он подошел к школе и поискал глазамиместо, откуда можно понаблюдать за ребятами. Увидев среди деревьев и кустовскамейку, Вадим двинулся к ней и тут заметил, что на скамейке сидит девушка летдвадцати с книжкой. Он хотел было повернуть назад, но девушка внезапно поднялаголову и улыбнулась ему.

– Вы тоже встречаете? Садитесь, места хватит.

Вадим присел рядом с ней. Девушка была очень славной, скороткой мальчишеской стрижкой, чуть вздернутым носиком и круглыми голубымиглазами.

– А кого вы встречаете?

– Брата. Здесь рядом ПТУ, мимо которого надо проходить,чтобы дойти до дома.

– Ну и что? – не понял Бойцов и тут же вспомнил,что Каменская рассказывала ему про это ПТУ.

– Его уже несколько раз били, мы теперь его одного непускаем. Обязательно кто-нибудь его встречает, или родители, или я.

– Сколько лет вашему брату?

– Шесть. В первый класс ходит.

– Шесть лет? – содрогнулся Бойцов. – Они что,шестилетнего ребенка бьют? А в милицию вы заявляли?

– А как же, – охотно откликнулась девушка. –И не только мы. Нас таких человек тридцать набралось, да только толку – чуть.Всех учащихся ПТУ ведь не пересажаешь, тем более что малыши толком и не помнят,кто их бил. Они же от страха глазки закрывают. – В ее голосе зазвенелислезы. – Помнят, что это было возле ПТУ, а больше ничего сказать не могут.Кого привлекать?

– А за что же их бьют, таких маленьких?

– А ни за что. Им пар выпустить нужно. Сволочи! –Она всхлипнула, но быстро справилась с собой. – В первый раз Павлушуизбили, когда потребовали у него деньги, а он сказал, что денег нет. Во второйраз велели снять куртку и отдать им, они собирались распить бутылку в кустах, аземля была холодная, вот они и решили у кого-нибудь куртку отобрать, чтобыподстелить. Снова весь в синяках и ссадинах пришел. Никакой управы на них нет.Вот скажите мне, что же это за поколение растет сейчас, а? Уроды какие-то. То лиэто оттого, что с самого детства питаются химией, а не натуральными продуктами,то ли нация стала вырождаться от многолетнего пьянства.

– Не стоит переносить на всю нацию те дефекты, которыевы видите в ребятах из ПТУ, – заметил Вадим.

– Да дело не только в ПТУ, – горячо возразиладевушка. – Я же вижу детей, с которыми Павлик учится. И егоодноклассников, и тех, кто постарше. Они совсем другие, не такие, какими мыбыли в их возрасте, понимаете? Чуть что – лезут в драку, хватаются за камень,ударить норовят. А что говорят при этом, вы бы слышали! «Чтоб ты сдох! Чтобтебя машина переехала!», и все в таком же роде.

– Может быть, недостаток воспитания? – предположилВадим. – Подрастут – выровняются.

– Что вы, – девушка горестно махнула рукой. –При чем тут воспитание. У них в глазах такая ярость, лица пылают, голос звенитот злости! Смотришь на них и понимаешь, что они и в самом деле желают смертитому, с кем вступили в конфликт. Или смерти, или увечья. Понимаете, они хотятуничтожить того, кто стоит поперек дороги, не давая исполниться любому, самомумаленькому желанию, будь то желание покататься на чужом велосипеде или выпитьвина, сидя на земле и подстелив под себя чью-нибудь куртку. А уж про желаниетех, кому больше шестнадцати, переспать с женщиной я и не говорю. Мы послевосьми вечера стараемся вообще на улицу не выходить, чтобы не нарваться наизнасилование. Да что я вам рассказываю, вы и сами все это знаете.

– Нет, – признался Бойцов. – Для меня новостьто, что вы рассказываете. Я как-то не замечал, что нынешнее поколение растеттаким агрессивным.

– Да как же можно этого не замечать? – удивиласьдевушка, устремляя взгляд к двери школы, откуда начали гурьбой вываливатьсядети, подпрыгивая и размахивая портфельчиками и рюкзачками. – У вас вкаком классе?

– Что – в каком классе? – не понял Вадим.

– Ну, в каком классе учится ваш малыш? Вы же ребенкавстречаете?

– Нет, честно говоря, я просто устал сегодня, многопришлось ходить, вот и искал место, где можно немного посидеть.

– А-а, – протянула девушка, по-прежнему вытянувтонкую нежную шейку и внимательно всматриваясь в толпящихся перед школойребятишек. – Я думала, вы сына встречаете или дочку.

– У меня нет детей, – зачем-то сказал Бойцов и ужсовсем неожиданно для себя добавил: – Я вообще не женат.

– Да?

В девушке внезапно проснулся интерес. Она пересталавысматривать братишку возле школьных дверей и перевела глаза на незнакомца.Хорош! Действительно хорош. Твердый подбородок, мужественное, четко очерченноелицо, серые глаза. Неужели правда не женат? Врет, наверное. Но если врет,значит, положил на нее глаз, хочет познакомиться. Почему бы и нет? Сколько емулет, интересно? На вид около тридцати, может быть, чуть больше. И возрастхороший.

– Выходит, вы – заплесневелый холостяк? –рассмеялась она. – Или развелись?

– Нет, именно заплесневелый, вы верно заметили. Никогдане был женат.

– А почему? Не поверю, что не нашлось желающих выйти завас замуж.

– Знаете, у меня как-то не было времени выяснять, естьтакие желающие или нет. Работа занимает слишком много сил и времени, тут уж недо ухаживаний.

Эта игра была ей знакома если не по собственному опыту, топо книгам, кинофильмам и рассказам подруг. Когда мужчина хочет заверить тебя втом, что он свободен, он чаще всего придумывает себе сложную и напряженнуюработу, которая якобы не дает ему возможности ухаживать за женщинами. Тем самымон заодно как бы предупреждает тебя заранее, что вот сейчас у него выпаласвободная минутка – и вы вместе, а что касается будущих встреч и дальнейшегоразвития отношений, то тут никаких гарантий.

– Значит, вы и сейчас на работе? – понимающесказала девушка, пряча усмешку.