Ночь опасна - Анна Малышева

И тут ему в голову пришла неожиданная идея. Тамара может сколько угодно оберегать честь своей покойной свекрови – это ее право. Она может сторониться расследования в хранилище, где та когда-то работала, бояться огласки и позора. Но «Театр земель» пятнадцатого века – не та книга, которая встречается на каждом углу. Если она есть в Москве, то скорее всего в единственном экземпляре. Может быть, в двух, но это уже было бы чудом. А если в Москве имеется какая-то редкая книга, Семену Федоровичу об этом должно быть известно. Во всяком случае, он может сказать, где ее можно найти.

И Олег, борясь с волнением, самым небрежным тоном сказал, что у него есть еще один заказ.

– Только не знаю, писать ли заявку, – добавил он с сомнением. – Не думаю, что это вообще можно найти.

Семен Федорович мельком на него взглянул и снова углубился в чтение своего каталога, как будто не знал его наизусть. Но Олег знал – тот заинтригован, задета его профессиональная гордость. Переспрашивать тот не будет – ни за что. Он великолепно знает, что клиенту больше некуда пойти.

– Дело в том, что книга редкая и очень старая. – Олег продолжал ходить вокруг да около. Он мельком подумал, что если бы Тамара его слышала, то страшно бы возмутилась. Ведь это была тайна, да еще и чужая. Семен Федорович на миг поднял глаза и снова уставился в свой каталог.

– Я таких редкостей у вас никогда не заказывал, – добавил Олег.

Тот наконец не выдержал:

– Да о чем речь? Вы мне скажите толком, а я сразу вам отвечу – да или нет.

– Это сборник географических карт пятнадцатого века, – признался Олег, понизив голос. – На пергаменте, раскрашен вручную. Нет, вижу, что я напрасно к вам обращаюсь.

Семен Федорович закрыл каталог и медленно поднял взгляд. В его круглых, всегда как будто запыленных глазах отразилось недоверие. Он будто не был уверен, что точно расслышал покупателя.

– Географические карты пятнадцатого века? – повторил он. – Однако… В самом деле, впервые о таком слышу. У нас-то, сами видите, художественная литература, искусство, альбомы… Но чтобы карты, да еще на пергаменте…

Он задумался, возведя глаза к зеркальному потолку и разглядывая там свое отражение. Потом тяжело вздохнул.

– Не знаю, что и сказать, – признался он. – Вы меня удивили. Интересуетесь такими вещами?

– Иногда, – скромно ответил Олег.

– Вы точно знаете, о чем идет речь, или просто слыхали о такой книге?

– Просто слыхал. Но от человека, который ее видел.

Семен Федорович опустил взгляд и сокрушенно покачал головой:

– Ну, я тоже повидал многое. Если бы я продавал все, что когда-то видел, этот магазин был бы мой.

И сам тихонько посмеялся своей шутке. Казалось, можно с чистой совестью отойти от прилавка, но Олег остался на месте. Он ждал. Семен Федорович был уязвлен – самолюбие артиста не позволяло ему сказать «невозможно», а «достану» он тоже произнести не мог. В нем шла мучительная борьба. Время от времени он устремлял на Олега быстрый, испытующий взгляд, будто проверял – не шутка ли это, не насмехается ли над ним клиент, спрашивая такую диковинную вещь? Ведь ничего подобного в этом магазине никогда не встречалось. Самая старая книга, которую видел здесь Олег, был славянский Псалтырь времен Иоанна Грозного. Этот монументальный черный фолиант, похожий даже не на книгу, а на какое-то древнее существо, долго стоял в углу, заботливо прикрытый какой-то потрепанной рогожкой. Казалось, он там живет – не хватало только блюдечка с молоком для полной иллюзии.

– А где, если не секрет, ваш приятель видел такую книгу? – спросил наконец Семен Федорович.

– В Москве.

– Вот как, в Москве… – недоверчиво повторил букинист. – Ему повезло!

Олег ступил на слишком зыбкую почву и сам это понимал. Ведь все, что он знал наверняка – это то, что в Москве находились лишь несколько страниц из огромного фолианта. Где была сама книга, откуда вырезали карты – он понятия не имел. Может быть, в хранилище, может, у какого-нибудь коллекционера, а вполне возможно, что ее больше не существовало на свете.

– А позвольте спросить, – так же вкрадчиво, осторожно поинтересовался Семен Федорович. – Вам это нужно просто для интереса или собираетесь купить?

Олег заволновался:

– Вы знаете, где можно ее купить?!

– Боже упаси. Я просто спрашиваю, какие у вас намерения. Чтобы заранее знать, что мне делать. Ведь как бывает – находишь книгу, а она, например, срочно продается. И тогда нечего зевать. Лишний день – и никогда в жизни вы ее больше не увидите.

– Я бы хотел купить.

Олег произнес эти слова через силу. Он хорошо понимал, что ни за что не купит этой книги – и в силу финансовых причин, и в силу личных. Зачем ему такое древнее чудище, да еще за баснословную цену? Тем более что он никогда не увлекался географией.

Услышав такое, Семен Федорович посмотрел на него с глубоким уважением. Старый клиент мгновенно вырос в его глазах.

– И сколько вы даете? – деловито спросил он. – Опять же, спрашиваю, чтобы потом не вышло осечки. Вы представляете себе примерную цену? Это, знаете ли, кругленькая сумма.

– Дам, сколько запросят, – твердо сказал Олег. – А что делать, если книга нужна?

– Ну да, ну да… Что ж, дайте мне точное название, и я попробую ее найти, – оптимистично заключил букинист. – Ничего, естественно, не обещаю. И не желаю обещать. Чтобы вы потом на меня не обижались. Ну а первый ваш заказ найдем – это что, это мелочи.

И когда Олег записал ему точное латинское название «Театра земель», тот принял листочек с крайним уважением во взгляде. В том, как Семен Федорович смотрел на эти строчки, было какое-то сладострастие. Он предвкушал долгую и трудную охоту, которая может завершиться провалом, а может принести немалые комиссионные. Но самое главное – успех послужит к его чести и славе. Олег ушел от него в растерзанных чувствах. Он и сам не мог понять – глупость он сделал или же предпринял очень хитрый ход, который никого не может скомпрометировать.

«Но Тамара все равно осталась бы мною недовольна, – подумал он, выходя из магазина. – А что мне делать, если она перекрыла единственный источник информации? Если нельзя пойти в хранилище, будем искать другие пути. Необходимо узнать, откуда Нина взяла эти карты. Слишком все это странно. И боюсь… Боюсь, что как-то связано с ее гибелью. У нее откуда-то взялись эти карты, и она погибла. Мария брала их на хранение – и ее постигла та же судьба. Обыски в квартирах, попытки покушений, убийства… Какой-то порочный круг, а в центре – эти две женщины, и карты. Конечно, карты! Другой причины связать все вместе я просто не вижу…»

* * *

– Задолбали! – Николай бросил трубку и мгновенно набрал другой номер. Дозвонившись приятелю-адвокату, он попросил его немедленно подъехать в офис.

– Что случилось?