Колесо крутится. Кто-то должен поберечься - Этель Лина Уайт

Когда туман перед глазами рассеялся, она с облегчением увидела, что на лице профессора нет ни тени беспокойства. Его обычный монотонный голос перенес Элен из мрачной долины, в расселинах которой пылало адское пламя, в спокойствие и уют английского особняка.

– Как вы поняли, что убийство совершено в нашей роще? – спросил он.

– В ее сжатых ладонях я нашел хвойные иголки, а на одежде были следы грязи и листвы, как будто ее тело протащили через живую изгородь. Конечно, бесполезно гадать, почему человек с нервным расстройством совершает те или иные действия, но эта мера предосторожности кажется мне бессмысленной. Тело могло спокойно пролежать в роще незамеченным еще много часов.

– Как знать, – обронил профессор. – За любым, даже самым нелепым поступком может крыться некая идея.

Его сын, разделявший неприязнь к эксцентричному соседу, хохотнул.

– Представляю, как переполошился Бин, когда на пороге дома его встретил труп!

– Он очень подавлен, – холодно сказал доктор Пэрри. – Для человека в его возрасте это крайне неприятное происшествие. Насильственная смерть – не повод для шуток.

Он смерил сердитым взглядом невозмутимые лица молодых людей и алые губы Симоны, нетерпеливо приоткрытые, словно в предвкушении сенсации.

– Не хочу бить тревогу, – произнес врач, – хотя для этого есть все основания. Я должен вас предупредить, что на воле разгуливает душевнобольной преступник. Он уже вкусил крови и, вероятно, захочет еще. И он совсем близко, рядом с вами.

– Вы думаете, он попробует проникнуть сюда? – встрепенулась мисс Уоррен.

– Вы не должны этого допустить. Профессор, распорядитесь, чтобы никто не выходил из дома. Закройте все двери и окна. Отнеситесь к мерам предосторожности серьезно, даже если вам кажется, что они излишни.

– Я всегда за этим слежу. С тех пор, как убили гувернантку, – поддержала его мисс Уоррен.

– Прекрасно. Умная женщина осознает опасность и чувствует ответственность за подопечных. Но не бойтесь, с вами все будет хорошо. Оутс уложит злодея одной левой, если тот повстречается ему на пути.

При упоминании Оутса Элен резко охватило одиночество. А от мысли, что доктор Пэрри тоже скоро уйдет, ей стало совсем невмоготу.

С этим деловитым жизнерадостным врачом сама смерть была не страшна. Сверхъестественное зло можно победить лишь естественными средствами – добро восторжествует, ибо защита гораздо эффективнее, чем нападение.

Элен отметила разительный контраст между неопрятным видом доктора Пэрри и безукоризненной чистотой вечерних костюмов остальных мужчин. Однако его взгляд и улыбка говорили сами за себя: этот человек был достоин доверия и любви.

Перед глазами Элен мелькнуло яркое, неуловимое видение, наполнившее ее счастьем и надеждой. Казалось, она стоит на пороге некоего важного открытия. Но не успела она собраться с мыслями, как врач заторопился к выходу.

– Мне пора, – бодро объявил он. – Профессор, надеюсь, вы проследите, чтобы все мужчины остались сегодня дома и присмотрели за дамами.

Его взгляд коснулся и Симоны, которая ответила ему соблазнительной улыбкой.

Положив голову профессору на плечо, она произнесла:

– Вы же не отпустите врача, не предложив ему выпить?

Не успел доктор Пэрри отказаться от завуалированного приглашения, как вмешалась Элен:

– У меня внизу есть немного кофе, принести?

– Буду крайне признателен, – отозвался врач. – А можно мне спуститься и немного обсохнуть у огня?

Элен ликовала, слушая за спиной шаги доктора Пэрри по винтовой лестнице. Если объект обожания Симоны рвался с поводка, избранник Элен послушно плелся за ней по пятам.

Комната отдыха приобрела еще более радостный вид, когда доктор Пэрри сел напротив нее и принялся хлебать кофе из большой чашки.

– Чему вы так улыбаетесь? – резко спросил он.

– Ничему, – сконфуженно ответила она. – Последние события ужасны, но это жизнь. А я еще так мало жила.

– И чем же вы жили?

– Работала по дому. Иногда сидела с детьми.

– Но вы не унываете?

– Нет, конечно. Никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом.

Доктор Пэрри нахмурился.

– Вы слышали поговорку: «Много будешь знать – скоро состаришься»? Не удивлюсь, если, увидев дымящуюся бомбу, вы станете рассматривать фитиль.

– Не стану, если буду знать, что это бомба, – возразила Элен. – Но как я узнаю, если не посмотрю?

– А вам обязательно знать?

– Обязательно, иначе я – не я.

– Вы безнадежны, – простонал доктор Пэрри. – Неужели не понимаете, что за дверью поджидает хищник, который хочет сделать с вами то же, что сделал с Кэридуэн? Видели бы вы то, что видел я…

– Пожалуйста, не надо. – Элен поморщилась.

– Но я хочу вас напугать. Поймите, у сумасшедшего между приступами обострения бывают периоды просветления. Может, он живет с вами под одной крышей, а вы ничего не подозреваете и относитесь к нему, как, скажем, к Райсу или к профессору.

Элен вздрогнула.

– А это может быть женщина? – спросила она.

– Вряд ли. Разве что невероятно сильная женщина.

– В любом случае я очень хочу знать, кто это.

– В том-то и штука, – подчеркнул врач. – Только представьте, что за маской знакомого человека – например, меня – скрывается убийца с кровожадным взглядом!

– Хотите сказать, убийства совершает человек, живущий в этом доме? – насторожилась Элен. – Надеюсь, не Оутс! Он будет очень страшным в образе маньяка. Прямо Кинг-Конг!

У доктора Пэрри лопнуло терпение.

– Вам лишь бы шутки шутить! – возмутился он. – А где же та девочка, которая боялась бедной старухи?

Элен поежилась.

– Я вам очень благодарна, – сказала она. – Вы отнеслись ко мне по-человечески. Не то что сиделка. Она как-то странно себя ведет. Я вообще считаю, что человек должен сначала сделать все, что не должен, – тогда потом он этого делать не будет.

– Пожалуй, только врач может разгадать эдакую загадку! – Доктор Пэрри засмеялся, нехотя поднимаясь со скрипучего плетеного кресла. – Вы, наверное, имеете в виду что-то вроде моральной прививки.

– Верно, – кивнула Элен. – Как против оспы.

– Может, и вам такая прививка не помешает? – спросил доктор Пэрри. – Напиться? Понюхать кокаин? Провести уик-энд в Брайтоне?

– Ну что вы, – ответила Элен. – Я не про себя говорила, я-то всегда в стороне.

Доктор Пэрри посмотрел на нее и многозначительно произнес:

– Уверен, совсем скоро вы окажетесь в самой гуще событий. Валлийцы более расторопные, чем англичане. Спорим, через полгода вы уже будете миссис Джонс, или Хьюз, или… Пэрри?