Фиговый листочек от кутюр - Дарья Донцова

В Алябьево я приехала с гудящей головой и тутже принялась разыскивать Тину. Но, несмотря на поздний час – будильникпоказывал почти одиннадцать, – дети отсутствовали, не было возле входа иих велосипедов.

– Вы не знаете, куда подевались ребята? –поинтересовалась я у Розы Константиновны.

Та поджала губы:

– Понятия не имею, но, честно говоря,очень рада тому, что их нет, от шума голова раскалывается.

– Кирюша сказал, что они у какого-тоЛукова, на дне рождении внука, – пояснила Кара.

– Может, Редькина?

– Может, – пожала плечами Карина.

Я набрала номер и услышала сквозь гром рока ивизг детей слабый голос Макара Сергеевича:

– У аппарата начальник городка«Алябьево». А, это ты, не волнуйся, ребята у нас, гуляем и веселимся. Списпокойно, сам до ворот их провожу.

– Лампа, – ожила РозаКонстантиновна, увидев, что я положила трубку, – не будете возражать, еслия займу ванную?

В доме у Глеба Лукича полно санузлов. Ухозяев, естественно, свои, между комнатами для гостей тоже находятся ванные. Тоесть на двух постояльцев приходится одна. Из каждой спальни имеется дверь,войдя в душевую, вы просто задвигаете щеколду с двух сторон, и все, мойтесь наздоровье. Единственное неудобство, что на полочке стоит, кроме вашей, еще ичужая косметика, висят полотенца и халат соседки.

Я делила ванную комнату с РозойКонстантиновной. Никаких неприятных эмоций старуха у меня не вызывала, былааккуратна и не имела привычки по полдня лежать в пене. Единственная беда – РозаКонстантиновна постоянно забывала закрывать шпингалет на двери, которая вела измоей спальни в ванную, и один раз я наткнулась на нее, принимающую водныепроцедуры. Впрочем, старуху это совершенно не смутило. Крайне капризная вовсем, в этом случае она проявила удивительную терпимость. Увидев меня на пороге,Роза Константиновна отложила губку и ласково спросила:

– Тебе хочется пи-пи? Не стесняйся, богаради, впрочем, я могу зажмуриться.

Я засмеялась, но с тех пор приобрела привычкуне распахивать дверь сразу, а сначала осторожно приоткрывать щелочку, чтобыпроверить, свободно ли пространство.

Войдя в спальню, я села на диван и попробовалапочитать, но строчки скакали перед глазами, а голова отказывалась соображать.

– Лампа, – донесся слабый голос изванной.

Я приоткрыла дверь.

– Роза Константиновна, вы меня звали?

– Да, подойдите сюда.

Я приблизилась к закрытой душевой кабинке.

– Что случилось?

Раздвижная стеночка отъехала в сторону,показалось красное лицо старухи.

– Понимаете, дорогая, я попала в сложноеположение… Видите ли, обычно, то есть всегда, я ложусь в ванну, мне тамкомфортней, чем в душе, но сегодня вот черт дернул влезть в кабинку.

Я непонимающе хлопала глазами.

– Так вот, – закончила РозаКонстантиновна, – войти-то я вошла, правда, с небольшим трудом, а выйти немогу.

– Почему? – изумилась я.

– Душенька, подайте полотенце, холодно.Не знаю почему, сюда протиснулась, а обратно не могу.

– Попробуем еще разок.

Роза Константиновна попыталась просочиться вщель, но тщетно. Было непонятно, как она вообще пролезла внутрь.

– И что делать, ума не приложу! –чуть не зарыдала старуха.

– Эй, Лампудель, – донеслось изспальни, – ты где?

– Боже, – взвизгнула свекровьКары, – эти противные дети, то есть я хотела сказать ребятки, из гостейвернулись, умоляю, не пускайте их сюда!

Но Кирюшка, Лизавета и Тина уже влетели вванную. – Чего случилось? – заорали они хором.

– Вот, Роза Константиновна выбраться неможет!

Секунду троица молчала, потом принялась даватьценные указания:

– Пусть намылится, а мы ее выдернем.

– Но мне придется для этого снятьполотенце!

– Ну и что? – удивилсяКирюша. – Ладно, я зажмурюсь, а девчонок стесняться не надо, они тожеженщины.

Роза Константиновна послушно потянулась кбутылочке с гелем. Но даже намазанная с ног до головы пеной, она не«выдернулась» из кабинки.

– Интересно, – протянулКирюшка, – как же вы сюда попали?

– Тут две стенки отодвигались, –всхлипнула старуха, – а теперь только одна!

Дети начали изо всех сил дергать заевшую частькабинки, но Глеб Лукич любил покупать дорогие вещи. Каркас душевой кабинки былвыполнен из нержавеющей стали, в ней запросто можно было пересидеть ядернуюатаку. Стенка даже не дрогнула.

– Надо принести ей сюда подушку иодеяло, – предложила Тина.

– Зачем? – изумилась я.

– Ночь тут поспит, – поясниладевочка, – похудеет к утру и пролезет.

– Как Винни-Пух в гостях укролика! – хихикнула Лизавета.

– Прекратите идиотничать, – велелая, – лучше думайте быстрей, как помочь несчастной!

Внезапно старуха заплакала:

– Какой позор! Не дай бог ГалинаМихайловна узнает, станет потом подсмеиваться, я не переживу такого.

– Придумал!!! – заоралКирюшка. – Знаю!!! Погодите, я сейчас. Эй, Лизка, Тинка, давайте со мной!

Они унеслись. Роза Константиновна продолжалаплакать, я бестолково топталась около кабинки, тупо бубня:

– Ну, ну, не нужно расстраиваться, сейчасвсе будет хорошо, просто замечательно…

– Господи, – причитала пожилаядама, – я никогда до сих пор не попадала в подобное положение, поверь,никогда!

Раздался грохот, Кирюшка и Тина втащили вванную складную лестницу из библиотеки.

– Вот, – отдуваясь, заявил мальчик.

– Что это? – удивилась я.

– Лестница.

– Зачем?

– Видишь под потолком большое окно? Онатуда точно пройдет.

– Кто, лестница?

– Нет, конечно, Роза Константиновна.

Я прищурилась. Фрамуга действительно огромная,старуха запросто пролезет…