Опасный дом - Линвуд Баркли

– Какой ужас! – ахнула женщина.

– Поэтому, – Синтия указала на меня и на машину со стремянкой на крыше, – мы инспектируем чердаки на предмет возможного заражения плесенью.

– Ну, не знаю… – пожал плечами мужчина. – По-моему, это не обязательно.

– Возможно, вы не в курсе, – продолжила Синтия, – что плесень особенно опасна для младенцев и маленьких детей, а также для людей с ослабленным иммунитетом. Например, для ВИЧ-инфицированных, испытывающих трудности с дыханием аллергиков и астматиков и, конечно, для пожилых, подверженных инфекциям, переносимым спорами плесени. У вас есть жалобы на головную боль, кожные раздражения, головокружение, раздражение глаз, сухой кашель?

Я видел по их лицам, как растет их озабоченность. Я и сам немного испугался, потому что за последние месяцы тоже испытывал некоторые из этих симптомов.

– Гарольд, – обратилась женщина к мужу, – если у нас на чердаке завелась плесень, лучше об этом знать.

– Наверняка они хотят продать нам какие-то дорогие материалы для ремонта, – отмахнулся муж.

– Вовсе нет. – Синтия протянула им официальную брошюру. – Мы с этим совершенно не связаны. Если обнаружим плесень, то всего лишь порекомендуем обратиться в опытные компании. Мне первой приходит в голову «Гарбер», но есть много других. Сами мы ничего не делаем.

У меня уже появилось подозрение, что быстрее сработал бы метод Винса: просто пристрелить их.

– Тогда ладно, – уступил мужчина, и я вернулся к автомобилю, за стремянкой.

Винс опустил стекло и сказал мне:

– Попытайся на сей раз не провалиться через потолок.

– Где искать?

– У восточной стены.

Возвращаясь в дом, я услышал, как женщина спрашивает Синтию:

– Кто у вас в машине?

– Сегодня у нас день «Побывайте на работе у родителей».

– Так сейчас же каникулы.

– Верно. Но это придумала не школа, а Торговая палата. В дом я ее взять не могу, поскольку санитарные правила запрещают подвергать детей воздействию опасных организмов, которые могли там размножиться. А мужчина в автомобиле – инспектор городского управления здравоохранения.

– Ему что, платят за сидение? – вмешался мужчина.

Синтия закатила глаза, но вовремя опомнилась.

– Правильно делаете, что заботитесь об эффективности ваших налогов. Если мы обнаружим проблему, то он наденет комбинезон с противогазом и проведет детальную инспекцию.

От слова «противогаз» мужчина побледнел. Его жена отвела меня на второй этаж. Одна из спален была превращена в мастерскую для рукоделия. Открыв дверь стенного шкафа, она показала мне чердачный люк. Я понял, что мне придется нелегко.

Вошла Синтия, и я приставил к люку стремянку. Женщина стояла в центре комнаты и заметно нервничала. Меньше всего нам было нужно, чтобы она стала свидетельницей падения сверху пачек денег. Синтия все продумала: достала из кармана две медицинские маски. Одну она отдала мне, другую надела сама и завязала на затылке.

– Жаль, третьей, для вас, у меня нет, – сказала она хозяйке, после чего та решила дождаться результата внизу.

Я сунул маску в карман и отодвинул люк. Меня снова ждала пытка спертым воздухом и какой-то вонью – не иначе, мышиных испражнений. Я направил фонарь на восточную стену. Здесь было не выпрямиться, поэтому я двинулся вперед, согнувшись в три погибели. На одном из стропил разглядел что-то темное и отвратительное.

– Синтия, ты меня слышишь?

Раздался скрип стремянки, и в люке появилась голова моей жены.

– Я здесь.

– Тут действительно плесень.

Она фыркнула и спустилась вниз. Добравшись до восточной стены, я принялся приподнимать изоляцию и уже через две минуты наткнулся на перемотанный клейкой лентой прозрачный пластиковый пакет размером с кирпич, туго набитый перехваченными резинками пачками купюр. И это была не единственная находка. Еще здесь хранилось несколько маленьких пакетиков для холодильника, сложенных в один прозрачный пакет. В пакетиках лежали то ли осколки стекла, то ли льдинки. При том, что никаких льдинок, учитывая жару, тут быть не могло. Кристалликов были сотни – одни совсем мелкие, другие побольше.

– Что за черт?

В следующую секунду до меня дошло: это был кристаллизованный метамфетамин.

Винс не шутил, когда говорил, что хранит не только деньги.