Опасный дом - Линвуд Баркли

– Ты позвонила Винсу…

– Я сказала ему правду. Но не сразу. Только когда вы с ним меня спасли. Вы были в другой комнате. Тогда я ему и призналась. Понимала, что ему понадобятся деньги. Я оставила их на работе, в пакете под письменным столом. Думала, он психанет, но больше не могла таиться. Решила: будь что будет. Винс повел себя странно: не распсиховался, а расстроился. Мол, он плохо обращался со мной, а теперь исправится.

– Ты забрала все себе?

– Что «все»?

– То, что он унес из домов. Деньги. Они у тебя?

Джейн кивнула:

– Ни наркоты, ни оружия – одни деньги. Так велел Винс.

Мы постояли молча. Кое-какие вопросы у меня еще остались.

– Ваза, – произнес я.

– Зачем она вам?

– Она оказалась в квартире Брейтуэйта. Каким образом?

Мне показалось, что Джейн сдерживает улыбку.

– Это я ее туда подложила.

Помявшись, она объяснила:

– Уходя от Винса той ночью, я слышала, как он говорил по телефону о Брейтуэйте: мол, логичнее всего подозревать его, потому что у него был ключ и код. Винс назвал адрес. Утром, когда Брейтуэйт отправился выгуливать собак, я влезла к нему в квартиру и подложила вазу. Думала, Винс с подельниками обязательно будут у него шарить, найдут вазу и решат, что это его рук дело. Так я соскочила бы с крючка. Но до этого не дошло.

– Как ты попала в квартиру Брейтуэйта?

Джейн усмехнулась:

– Забыли, у кого я жила последние годы? Чтобы я не смогла забраться в какую-то квартиру? Дом старый, без сигнализации.

Теперь я смотрел на Джейн совершенно другими глазами.

– Ты была зла на Винса и похитила деньги – это я могу понять. Застрелила Стюарта – это совсем плохо, но, по крайней мере, получилось случайно. А подставить Брейтуэйта, ни в чем не повинного человека? Зная, что Винс и его головорезы убьют его, когда найдут вазу! Это уже не оправдаешь случайностью, Джейн.

– Я выживаю, преодолевая любые трудности. Делаю то, что вынуждена делать. – Она внимательно взглянула на меня. – Ну, что теперь? Как вы поступите?

– Не знаю, – честно ответил я. – Ты убила человека, Джейн. На твоей совести Стюарт.

– Собрались донести на меня?

Я промолчал.

– У вас самого на руках кровь. Вы тоже убили человека. Только не обвиняйте меня в неблагодарности. Вы не возражали, чтобы Винс принял всю вину на себя. Похоже, он взял на себя даже смерть Стюарта. С тех пор прошел месяц. Я вот думаю: как копы отнеслись бы сейчас к тому, что убийца Джозефа – вы?

У меня застучало в висках.

– Одна я знаю, что вы сделали, а вы – единственный, кому известно, что совершила я, – холодно продолжила Джейн. – Ну, разве что еще Грейс, но ее вы можете легко разубедить. Напомните ей, что у вас тоже был включен телефон. А еще предложите заменить ее телефон на новый, более современный. Грейс понравится. Если хотите, я заплачу.

Я не знал, что ответить. Джейн смахнула слезу и добавила:

– В школе, когда вы были моим учителем, я усвоила одну истину: никто о тебе не позаботится, кроме тебя самого. Потом мать сошлась с Винсом, и, глядя на него, я окончательно в этом убедилась. Не жди, пока твою жизнь улучшат другие. Видишь то, чего тебе хочется, – бери.

Она похлопала меня по плечу – мне не понравился ее жест.

– Это не означает, что я не ценю того, что совершили вы. А сейчас подумайте, что будет лучше для вас. Воображаете, будто чего-то добьетесь, если вызовете полицию и сообщите им о том, что я натворила?

– О чем вы тут болтаете? – спросила Синтия, открыв дверь. – Еда и выпивка уже на столе. Джейн, мне не терпится послушать, в каких краях вы решили побывать.

Джейн широко улыбнулась и прошла в дом. Видя, что я застыл на месте, Синтия приблизилась ко мне.

– Ты здоров?

– Вполне.

– Вижу по твоему лицу: что-то не так.

Я покачал головой. Жена взяла меня за руку.

– Знаю, мы побывали в аду и с трудом вырвались оттуда. Тебя мучают ночные кошмары. У нас троих посттравматический синдром. Но я чувствую, ты что-то недоговариваешь.

– Что это?! – раздался голос Грейс.

Мы бросились в дом. Дочь вынула из стенного шкафа в холле высокую узкую коробку и изучала этикетку.

– Не получилось! – вздохнула Синтия. – Она нашла! Грейс, ты не должна была… Мы хотели вручить тебе это после ухода Джейн и Брайса.

В глазах дочери мелькнули слезы:

– Вот здорово! Это гораздо лучше того телескопа, который был у меня в детстве!

– Когда мы беседовали месяц назад, ты раз пять повторила, что мечтаешь снова наблюдать за звездами, как тебе их не хватает.

Грейс прислонила коробку к стене и обняла мать за шею. Я стоял неподалеку, наблюдая за происходящим. Мне очень хотелось присоединиться к ним, но мешала природная сдержанность. Джейн улыбнулась мне:

– Как чудесно! Я сама чуть не расплакалась.

Возможно, Грейс одолжит мне свой новый телескоп. Хочется искать в небесах несущиеся к земле астероиды, как делала в семилетнем возрасте она. Дочь тогда беспокоилась, не сгинем ли мы все от падения небесного тела.

И только это меня успокаивает.