Личное дело женщины-кошки - Дарья Донцова

Если хотите, чтобы чиновники были с вами любезны,представьтесь журналистом из крупной газеты или, еще лучше, работникомтелевидения. Попасть на голубой экран мечтает большая часть человечества, вотпочему столь популярны всяческие шоу, где присутствует публика. Посидит человекв зале, поаплодирует основным участникам и ощущает себя героем. Соседи иколлеги по работе непременно скажут:

– Видели, видели тебя в телике, шикарно выглядел.

И на улице могут узнать, станешь знаменитостью. Есть ещеодин нюанс – у представителей прессы никогда не спрашивают документы, отчего-тоосновная масса народа, услышав фразу: «Я из газеты», верит собеседнику наслово, хотя это неразумно, соврать можно все, что угодно.

Но сегодня людское простодушие играло мне на руку. Войдя впафосное офисное здание, я побродила по этажам, нашла нужный кабинет, вежливопостучала, услышала приветливое «Входите» и толкнула дверь.

Полная дама в бежевом костюме, делавшем ее похожей наслониху, стояла у открытого сейфа.

– Вы ко мне? – не по-чиновничьи приветливо осведомилась она.

– Я ищу Веронику Львовну Рудниченко, – улыбнулась я.

– Входите, садитесь, – предложила хозяйка кабинета,захлопнула сейф, с видимым усилием втиснулась в кресло и спросила: – Чем могупомочь?

Я представилась.

– Меня зовут Даша Васильева, работаю редактором на программе«Здоровье», наверное, вы видели наши передачи, их ведет Елена Малышева?

– Ну конечно, – закивала Вероника Львовна, – вообще-то, какчеловек с высшим медицинским образованием, я не люблю всякие там шоу, где пролечение керосином рассказывают. Но Елена Малышева врач, из профессорской семьи,очень уважаемый человек, ведет просветительскую работу, и она настоящийпрофессионал!

– Мы задумали сделать сюжет о маленькой больнице, –затараторила я, – знаете, на селе и в крохотных городках часто работаютнастоящие подвижники, замечательные специалисты.

– Верно, – кивнула Рудниченко, – полностью согласна с вами.Последнее время медицину только ругают, но, поверьте, есть еще врачи от бога.

– Наш выбор пал на клинику в населенном пункте Алехино, этоПодмосковье.

– Алехино, Алехино, – забормотала Вероника Львовна ивключила компьютер, – почему вы именно ее надумали отметить?

Моя улыбка стала ослепительной.

– Десять лет назад наш главный редактор случайно тудапопала, ее сняли с поезда с приступом аппендицита. Если откровенно, то онаочень испугалась: маленькая больничка, как тут соперируют, но до Москвы ей былоне доехать, совсем плохо стало. Операция прошла на удивление хорошо, вот теперьхотим дать в репортаже еще и ее рассказ, понимаете? Так сказать, живойсвидетель!

Я заморгала и уставилась на Веронику Львовну. Очень надеюсь,что она не спросит: «Зачем ваше руководство ждало десять лет? Почему сразу неприслало съемочную группу в Алехино?» Но Рудниченко кивнула.

– Понимаю, но посодействовать не могу, этой больницы уженет!

– Куда она подевалась?

– И Алехино исчезло с карты, я имею в виду как населенныйпункт, теперь на этом месте огромный производственный комплекс.

– Вот не повезло! – заохала я. – Документы больных сожжены!

– Что вы, – снисходительно ответила чиновница, – мы хранимистории болезни длительный срок, не менее двадцати пяти лет, а сейчас, в связис поголовной компьютеризацией, предполагаем вечно держать сведения в базеданных, мало ли что.