Личное дело женщины-кошки - Дарья Донцова

Человечество с незапамятных времен приручило животных.Сначала эти отношения носили чисто функциональный характер. Лошади, слоны,верблюды таскали тяжести и перевозили людей; коровы, козы, куры, утки, свиньиобеспечивали их едой; собаки сторожили имущество и пасли стада; кошки ловилимышей; голуби доставляли почту… Но мало-помалу ситуация изменилась, звери сталичленами семей. В особенности обнаглели кошки, они сейчас искренне полагают,будто основная задача человека – это обеспечивать им, кискам, комфортноесуществование. Кролик из добычи превратился в приятеля, и объясните мне, зачемдержать в квартире хомяка? Ну какой от него прок? Ни молока, ни мяса от грызунане дождаться. Так почему мы любим юрких зверьков?

В девяностых годах двадцатого века в Россию пришла мода наэкзотов. Сначала светским продвинутым людям предписывалось иметь при себейоркширского терьера или «голую» кошку, потом появились совсем уж невероятныетвари: крокодилы, гепарды, пантеры, слоны. Однажды я ехала по пресловутомуРублево-Успенскому шоссе и чуть не врезалась в рекламный щит. Над одним извысоченных кирпичных заборов маячила на длинной шее голова жирафа.

Правда, очень скоро модники сообразили, что содержатькакого-нибудь леопарда дорого и опасно, и они переключились на тараканов,мини-свинок, карликовых лошадок и черепашек всех мастей. И вот теперь делодошло до улиток!

– Их родина Африка, – вдохновенно вещала Верка, потом онасмутилась, – а может, Австралия, – задумчиво сказала она. – В общем, откуда-тооттуда!

– Африка далеко от Австралии, – пискнула я.

– Правда? – изумилась Вера. – Впрочем, охотно верю, у менягеографический кретинизм, – ну это не важно. Порода называется «Гигантскаякакао-улитка».

– Ты ничего не путаешь? – подала я голос.

– Ну… нет… вроде какао-улитка или шоколадная. Нет, нет,ромовая! Точно. Большой ромовый слизень. Слушай, чего ты ко мне привязалась?Как называется, откуда привезли?! Из-за границы! В России такое не водится! Ихв Москве всего две особи – Джульетта и Ромео. У меня девочка, а у другогочеловека мальчик. Мы их свели. Это теперь мое хобби, разведение здоровенныхулиток. Супер?

– Суперее и быть не может, – цепляясь за посудомоечнуюмашину, ответила я, – а как они размножаются? Яйца откладывают?

Верка призадумалась.

– Хрен их знает! Но раз есть деление на мужчин и женщин, то,сама понимаешь, хи-хи-хи! Ты мне рада?

Я постаралась изобразить на лице самую счастливую улыбку,хотя на язык просился вопрос: почему ты решила жить в Ложкине, ведь вПодмосковье у тебя пустует здоровенный дом?

– Мы так давно не виделись, – мечтательно протянула Вера, –вот я и подумала: поболтаем всласть. Мне одной в своем коттеджике скучно,Колюня не смог со мной полететь, бизнес, блин! Одной пришлось бы по этажамшарахаться. Тоска! А у тебя весело! Эй, ты довольна? Чего молчишь?

– Просто от счастья потеряла дар речи, – заверила я.

– Ирка! – заорала Вера. – Твое дело ходить за Джулей ивытирать слизь. Всем улитка хороша, одна незадача, где проползет, остаетсялипкий след.

– И че? – мрачно спросила Ирка, высовываясь из коридора. –Теперь за этой, прости господи, страхотой на карачках ползать?

– А за что тебе деньги платят? – возмутилась Вера.

Ирка глянула на меня, я ощутила неловкость и предложила:

– Может, один раз в день полы мыть?

– Еще упадет кто, ребра сломает, – предостерегла Вера.

– И прямо мне одной на полу колотиться? – не успокаиваласьдомработница. – Другой кто не сумеет?

– Любой может, – милостиво согласилась Вера, – лишь бытряпкой пользоваться умел.

– Иван, – завопила Ира, – живо сюда!

Послышался топот, и в кухню с грацией беременного носорогавломился садовник с мелкокалиберной винтовкой в грязной руке.

– Звали? – запыхавшись, спросил он.

– Немедленно убери пукалку, – испугалась Ира, – зачем смелкашкой припер?

– Так я думал, того-этого, – забубнил Иван, – мышь на кухне!

– Идиот! – топнула жена.

– Ты стреляешь в грызунов? – поразилась я.

– Че, я похож на дурака? – заморгал Иван. – Разве ж вполевку попасть? Всю посуду переколотить можно.

– Зачем тогда дробовик прихватил? – удивилась я.

– Прекрати, – остановила меня Вера, – все вы, преподаватели,зануды! Вечно надо в печень человеку залезть и поковыряться. Если ему удобномыть пол с винтовкой, то спорить не надо. Бери, Ваня, тряпку и начинай!