Дилетант - Наталия Левитина

— Я? Мордой? Значит, я во всем виноват?

— Естественно.

Лео надолго задумался над особенностями своей внешности, так не угодившей резвым паренькам. Маша усердно замазывала темно-вишневой помадой разбитую губу.

На самом деле ребятам, взбодренным трубным ревом полковника, нужно было просто выпустить пар. И под руку попалась белобрысая болтливая красотка и ее спутник.

У Лео внутри что-то отрывалось и падало, отрывалось и падало, но он стойко переносил неприятные последствия митинга. Валялся на диване с мокрым полотенцем на груди — там, где виднелись два ярких кровоподтека. Маша сидела рядом и смотрела видеозапись передачи с участием полковника Кукишева.

— Тебе нравится эта старушка? — спросила она у Лео.

Лео бросил взгляд на экран. Ослепительная Ника Сереброва мило беседовала с полковником о том о сем.

— Она не старушка, — трезво оценил он шлимовскую звезду. — Совсем.

— Не люблю этих мармеладных дамочек, сделавших себе имя на кокетстве и сладеньких беседах с крутыми мужиками.

Лео ничего не ответил. Ему было абсолютно все равно, на чем сделала себе имя в границах Шлимовска Ника Сереброва, да хоть на торговле ананасами. У него болели все внутренности. К тому же, на его американский взгляд, журналистка очень правильно подавала себя, не забывала о саморекламе и умело пользовалась своими природными данными. Эти данные Лео мысленно оценил как великолепные, но Маше ничего не сказал.

— Кстати, — заметил он, разворачивая газету с телепрограммой, — по телевизору сейчас идет передача с Игорем Шведовым. Давай лучше ее посмотрим. Что и вызывает у меня теперь отрицательные эмоции, так это лицо господина Кукишева.

Маша тут же переключилась на российский канал, на частотах которого вещало шлимовское ТВ. Ей было интересно посмотреть на Игоря Шведова и на его жену Олесю — после разговора о них с отвергнутым любовником Дмитрием Павловым. Что представляет собой Олеся, которая всем так нужна, и каков господин Шведов, виртуозно отбивший девочку у красавца программиста?

В этой передаче, как и в остальных, Ника, ни капли не смущаясь присутствием жены, привычно заигрывала с подопытным материалом. «Так и надо, — одобрительно кивнула Маша. — Нечего с женами церемониться». Сама она никогда не церемонилась и поэтому один раз даже была вовлечена в кулачный поединок с взвинченной — ну и зачем так нервничать? — супругой какого-то своего любовника.

Наблюдая за экранной мизансценой, Маша думала о том, что внешне строительный гигант Игорь Шведов и в подметки не годится суперпривлекательному Диме. Да, неплох, но и только. Над программистом природа трудилась с мольбертом и этюдником часов пять, Шведову уделила от силы десять минут. Но что-то в нем было, особенно с точки зрения Маши, которая любого мужчину оценивала с самых доброжелательных позиций. «Выбрала-то Олеся Шведова. Ну, ясное дело! Напористый. Шустрый и энергичный. Наверняка в постели бесподобен», — нашла самое понятное и близкое для себя объяснение Мария.

А Олеся заставила ее разочарованно сморщить нос. Маша воображала, что достоинства шведовской жены ограничиваются одним пунктом — «дочь мэра», а все остальное — плод фантазии сдуревшего от любви Димы. АН нет, Олеся была хороша и в отрыве от папиных заслуг и капиталов — просто сама по себе. Она чудесно улыбалась, с приятным достоинством ответила на несколько вопросов Ники Серебровой и выглядела чрезвычайно свежо и молодо. Ее скромность (а скромность, по мнению Маши, являлась одной из самых отвратительных и порочных черт) была милой, а непосредственность — очаровательной.

Маша привалилась к Лео и механически теребила его коленку, не задумываясь, к чему это может привести.

— А девчонка тебе нравится? — ревниво спросила она.

— Хорошенькая, — честно признался Лео.

— Глупости!

«А не переехать ли мне в Шлимовск на постоянное место жительства? глубоко задумалась Маша, разглядывая листовки с фотографиями кандидатов. Город наводнен колоритными мужиками, есть где порезвиться. Москву я уже всю перелопатила, нетронутым остался один Аркаша. А здесь! Мэр — душечка, несмотря на отчаяние и то, что сердечко пошаливает. Джентльмен. Его зять Игорь не лишен шарма, не первая ракетка мира, конечно, по части мужской красоты, но гораздо симпатичнее обезьяны. А взгляд его так много обещает! Интересно, законтачился ли он с престарелой тележурналисткой или ему хватает Олеси? Так, кто дальше? Леонид Артурович Фельк. Импозантен, респектабелен и накормил „Башенкой лангуста“. Гениталии омара — на очереди. Хотя дальше любезностей у него явно дело не идет. После ресторана вполне могли бы прокатиться куда-нибудь вдвоем, в место дислокации двуспальной кровати. Но не предложил. Коммунист Елесенко. Видели, видели и с ним передачку. Подпирает потолок гипоталамусом. Ручищи волосатые, глазищи нахальные. Такой как зажмет, превратит в картофельное пюре. Шикарное одноклеточное. Инфузория в экспортном варианте. Николай Самарский. Неуловимая улыбка чеширского котяры. Как там мой Бублик поживает? У психопата Гилермана? Не прибил ли его еще Аркаша? Если прибил, то, наверное, заслуженно. Бублик такой же подлец, как и я. Значит, Самарский. Эх, познакомлюсь! Интуиция подсказывает, поле не вспахано, ждет трудолюбивой сохи. Внесу свой вклад в разорение машзавода номер три. И наконец, полковник Кукишев, зараза этакая! Тоже хорош, голубь! Если бы не его нацистские замашки, поставила бы его усы на первое место в моем мини-рейтинге мужской привлекательности. А я люблю военных, красивых, здоровенных! Молодец, Ника Сереброва. Хорошо устроилась. На широкой, основательной груди городского истеблишмента. Надо познакомиться с дамочкой, перенять опыт жизненного обустройства».

Манипуляции с коленом американца привели к плачевному результату. Лео, не в силах больше выносить мануального издевательства, набросился на Марию, но не рассчитал траекторию (подпортили все-таки ему в парке основные микросхемы). Клубок из двух тел скатился на пол, Маша въехала лбом в ножку дивана, Хантер с размаху впечатался в палас. К тому же, падая, Лео задел ногой утлый журнальный столик, да так неудачно, что тот перевернулся на спину Маше вместе со стопкой газет, бокалами и начатой двухлитровкой пепси. Наверное, так кричат раненые бегемоты.

— Спасибочки, — прохрипела мокрая и сладкая от пролитой пепси-колы Маша из-под Лео и столика. — Ну ты виртуоз! Незабываемые ощущения.