Жена моего мужа - Дарья Донцова

Но там меня поджидала неудача. За огромнойдеревянной коричневой дверью царила тишина. В «глазок» ничего не было видно. Яслышала, как в квартире звонит телефон. Никого. Или на работе, или уехал. Надоидти в машину.

Но тут в глазах потемнело, на уши словнокто-то шапку надвинул, и, чтобы не упасть, я быстро села на ступеньку. Чертвозьми, ведь знаю, что при резкой смене погоды у меня моментально падаетдавление. Оксана велела носить с собой на такой случай несколько кусочковсахара. Я послушно положила в бардачок коробку рафинада. Но плохо-то на лестнице,а спасительный сахар – в «Вольво». Не хватало только грохнуться в обморок налестнице чужого дома. В голове противно звенело, и перед глазами прыгали черныемухи.

– Вам нехорошо? – раздался голос.

Я с трудом повернула гудевшую голову. Дверьсоседней квартиры распахнута, на пороге стоит молодая девушка.

– Сейчас пройдет, – еле ворочаяязыком, пробормотала я, – не бойтесь, совсем не пью, давление резкопонизилось.

– Что уж, алкоголика от приличногочеловека не отличу? – возмутилась соседка. – Пойдемте ко мне, я –медицинский работник.

На негнущихся ногах вдвинулась в комнату ирухнула на пахнущий чем-то затхлым диван. Девушка притащила тонометр.

– Шестьдесят на сорок пять, –пробормотала она, – надо укол сделать.

– Лучше крепкого чая с сахаром, –попросила я.

Поданный «Липтон» оказал живительное действие,и гул исчез.

– Лучше стало? – осведомиласьдевица.

– Спасибо, – сказала я, принимаявертикальное положение и внимательно разглядывая свою спасительницу. Откудазнакомо ее лицо? Где видела эти густо накрашенные глаза, черные волосы искладную, чуть полноватую фигурку?

– Вот и хорошо, – удовлетворенноотметила добрая самаритянка, – сейчас еще минут двадцать полежите, и все.

– Что вы, спасибо, пора ехать.

– И не спорьте, я хоть и не врач, апростая медсестра, но хорошо знаю, что с вегетососудистой дистонией шутить нестоит. Вам повезло: я в «глазок» поглядела, кто, думаю, к соседям ломится? А выуже на ступенечках сидите, вся зеленая…

Она продолжала щебетать, но я вспомнила,откуда знаю девчонку.

– Вас ведь Галей зовут?

– Точно. Как узнали?

– Приходила в больницу, к докторуРевенко.

– Ой, ну надо же, – восхитиласьмедсестра, – как в кино совпадение. Вы лечились в отделении?

– Нет, за справкой обращалась. Только увас там отвратительный беспорядок, а Ревенко ничего не помнит, такая странная!

– И не говорите, – засмеяласьГаля, – Ревенко – просто клуша. Другие доктора ловкие, быстрые, а эта!Пока сообразит, что к чему, неделя пройдет. Рыба мороженая. Все забывает,больных путает, а уж попросить вообще ничего нельзя, тут же забудет.Представляете, в какую дурацкую ситуацию меня поставила.

Галя вытащила из шкафа пачку сигарет, закурилаи принялась самозабвенно сплетничать. Несколько недель тому назад к ней пришелсосед и попросил помочь. Его девушка, студентка мехмата, настолько увлекласьлюбовным приключением, что совершенно забыла про учебу. Всю весну они милопрогуляли и прокувыркались в кровати. Теперь предстояла сессия, которую ей явноне сдать, мехмат не какой-нибудь филфак, и за несколько дней ни матанализ, нитеоретическую механику не выучить. Девушка соседа опомнилась, да немногопоздно. За лето она собиралась подтянуть упущенное. И вот теперь требоваласьсправка о госпитализации, чтобы получить отсрочку сессии.

– Ну напиши, что она сломала руку илиногу и лежала у вас в отделении, – клянчил соседушка, – помоги, будьчеловеком.

Галя решила оказать услугу и предупредилаРевенко, что, если будут интересоваться девушкой, нужно сказать, что онавыписана домой. Написать справку ничего не стоило – бланки с подписями ипечатями валяются в ординаторской.

Но тормозная Ревенко забыла про просьбу и,когда из университета позвонили и поинтересовались здоровьем Соколовой,спокойно ответила, что такой больной в клинике не было. Причем говорила это наглазах у корчившей ей гримасы Гали. Девушка упрекнула врача:

– Я же просила вас!

Ревенко медленно подняла сонные глаза ипротянула меланхолично:

– А… Забыла.

– Еще секунда, и я бы ее треснула позатылку, – возмущалась Галя, – так что не удивляйтесь, если она вашидокументы потеряла.

– Как звали девушку, не помните?

– Соколова. Анна, нет, по-другому как-то.

– Может, Яна?

– Точно, еще подумала, имя не русское, авы ее знаете? – удивилась Галя.

Нет, Галочка, пока не знаю, но давно мечтаюпознакомиться.

– Сосед из какой квартиры?

– Да из той, куда вы стучались.

– Антон Медведев?

– Какой Антон? Леня Бесчастный, всю жизньна одной лестничной клетке живем, еще наши родители дружили. А вам он зачем?

– Вот приехала из Парижа, привезла ему отприятелей письмо и сувениры.

– Надо же, – восхитиласьГаля, – где у Леньки знакомые имеются. Ну да и понятно, кинорежиссеромработает, ВГИК закончил. Только его сейчас нет, уехал на съемки, завтравернется, где-то в области снимает.