Жена моего мужа - Дарья Донцова

Утро началось как всегда. Поняв, что старухивсе равно не дадут спать, спустилась к завтраку вовремя. Домашние зевали вовесь рот. Бабушки, наоборот, бодрые и полные сил. На столе дымилось блюдо снеизменной овсянкой.

– Мулечка, – прошептала Маня, –передай масленку, тостик намажу.

– Мария, – заявила РиммаБорисовна, – сколько раз тебе говорить, не шепчись, очень невоспитанно.

И она пододвинула к девочке коробочку«Сканди».

– Терпеть не могу маргарин, –взвилась Маша, – масла что, нет?

– Масло, – тут же отреагировалаРимма Борисовна, – страшно вредный продукт, сплошной холестерин. И удар попечени. Маргарин куда лучше.

Манюня молча ковыряла ложкой скользкие холмыкаши. Зайка постаралась сменить тему:

– Всю ночь мы с Серафимой Ивановной почтине спали: у Ваньки с Анькой зубы режутся.

Близнецы пока не доставляли нам особых забот.Самостоятельно передвигаться не умеют и большую часть времени проводят в своейкомнате на втором этаже. Да и режим у них пока еще совсем младенческий – сон иеда. На редкость тихие, беспроблемные дети. Поднимают шум, только еслиоказываются в разных кроватках. Желают спать всегда рядом.

– Да, – философски заметила добраяРимма Борисовна, – маленькие детки – маленькие бедки. Подросли детки,подросли и бедки.

– Кстати, – вступила в разговор НинаАндреевна, – у Банди что-то с желудком…

– Он опять покакал жидко, – докончиларадостно Маруся.

Я вздохнула. Может, вышить это изречениекрестиком и повесить в столовой, чтобы всегда маячило перед глазами?

После завтрака отправилась вместе с НинойАндреевной в сад. Старуха радостно принялась выщипывать с клумбы некстативыросшие одуванчики. Возле нас кругами носились псы. Но сердце свекрови номердва безраздельно принадлежало Банди. Пита постоянно гладили по толстым бокам ипоучали: «Бандюша, не грызи траву, животик заболит». Жаль портить бабкенастроение, но ничего не поделаешь.

– Нина Андреевна, это правда, что Макс неработал в Польше, а сидел на зоне?

Одуванчики разом попадали на пол. Экс-свекровьсъежилась и села на скамеечку. Банди, почувствовав перемену ее настроения,заскулил и принялся лизать покрытые старческой «гречкой» руки.

– Кто придумал такую глупость? –попробовала начать врать Нина Андреевна, но я уже поняла, что Круглый сказалправду.

Значит, у Макса это вторая посадка, и онавтоматически становится рецидивистом. А к такого рода подследственным и отношениеу органов МВД соответственное.

– Ну что за люди, – возмущалась НинаАндреевна, – каких только гадостей не придумают! Макс – уголовник! Онработал в Польше, преподавал русский язык!

Я вздохнула. Конечно, теоретически Полянскиймог стать учителем. Диплом Литературного института давал такую возможность. Нопрактически? Неужели Нина Андреевна не понимает, что это очень легко проверить?