Камасутра от Шивы - Наталья Солнцева

Алина закрылась в спальне и легла, натянув на голову одеяло. Она старалась не прислушиваться к звукам, которых ждала и боялась. Увы, психика работает иначе. Хорошие мысли разбегаются, а плохие настойчиво одолевают.

Алина представляла себе Шестакова. Что он сейчас делает? Помчался в Прокудинку уничтожать улику? Или заперся в своей квартире и курит чилом в надежде на содействие Шивы? Она раз за разом прокручивала в уме их разговор по телефону. Когда Глория привела ее на холм, вдруг появилась сотовая связь, и Гор, наконец, дозвонился. Вероятно, он извелся за время ее молчания. Передумал все что угодно.

Алина перебирала в памяти свои и его слова. Они «обменялись любезностями», но по-другому и быть не могло.

— У меня к тебе личные счеты… — прошептала она, высунувшись из-под одеяла.

Тут же раздался странный шорох. Будто кто-то тихо-тихо скребется в дверь. Алина зажала уши — шорох прекратился. Она опять зарылась под одеяло, но долго лежать в душной темноте было невмоготу. А стоит высунуться, по лицу будто веет холодом. Закрыть окно, что ли? Тогда совсем дышать нечем.

Алина ощущала внутренний озноб, мучительную ледяную дрожь. Ей казалось, в спальне кроме нее есть кто-то еще. Неужели покойный хозяин дома, о котором говорила Глория?

— Только не это…

Она не выдержала присутствия невидимки, встала и приблизилась к окну. Со второго этажа был виден темный сад, за ним в лунном свете угадывался забор и невдалеке — лес. Если бы окна выходили на улицу, Алина видела бы дорогу и заброшенные домишки напротив. А также свет фар проезжающих машин.

Хотя тот, кто не хочет быть замеченным, может оставить машину где-нибудь на околице и идти пешком. Алина сама так делала в Прокудинке. Надо же! Ее прошлое напомнило о себе самым жестоким образом.

Пропажу Найды она сочла дурным знаком. Собака так и не вернулась домой. В лесу перекликались ночные птицы, нагоняя суеверную жуть.

За дверью спальни, в коридоре, как будто пробежал маленький человечек — туда, потом обратно. У Али перехватило дыхание. Она приникла к двери, пытаясь угадать происхождение страшных звуков.

Топ-топ-топ… топ-топ… топ-топ-топ-топ…

У нее волосы зашевелились на голове. Казалось бы, приключения в Прокудинке должны были закалить ее. Но ужас бывает разным. Там — один, здесь — другой.

Топ-топ… топ-топ-топ…

— Господи!.. — взмолилась она. Хотя взывать к Всевышнему в ее случае было нелепо.

Набравшись решимости, Алина преодолела страх и повернула дверную ручку. Тихий щелчок, и она смогла выглянуть в образовавшуюся щелку.

Коридор был тускло освещен. Внезапно там что-то мелькнуло, взметнулся какой-то вихрь, и гостья шатнулась обратно, захлопнула дверь. Сердце неистово колотилось, в горле стоял комок. В красноватом свете ночника все предметы в спальне выглядели облитыми кровью.

— Боже!.. — прошептала Алина, понимая весь абсурд ситуации. Она не может выйти из комнаты из-за призрака, который то ли есть, то ли его придумала Глория. Бывшая жена Толика всегда была фантазеркой.

В определенных обстоятельствах каждый рассчитывает на поддержку «высших сил». Алина — на христианского Бога, в которого никогда серьезно не верила. Шестаков — на индийского Шиву, которому поклонялся по примеру странствующих аскетов. Будет ли оказана эта эфемерная «помощь»? И кому из них?

— Мне или тебе?..

На кресле у туалетного столика лежал ее рюкзачок. Алина бросилась к нему, сунула руку внутрь… потом рывком высыпала содержимое на столик. Бесполезный телефон, связка ключей, баночка с пищевыми добавками, косметичка, кошелек, коробочка с пудрой…

Она уставилась на дисплей мобильника. Чуда не произошло: антенна отсутствовала.

Кто-то невидимый приглушенно хихикал над ней. Что, мол, припекло? Испугалась? Поделом тебе! Нанялась в подручные дьяволу, пожинай плоды!

— Я не нанималась… так вышло…

— Рассказывай сказки!.. — прошелестел жуткий мертвый голос.