Источник счастья. Небо над бездной - Полина Дашкова

И восстанет на место его презренный, и не воздадут емуцарских почестей, но он придет без шума и лестью овладеет царством… Он будетидти обманом и взойдет и одержит верх… И будет поступать царь по своемупроизволу, и вознесется и возвеличится выше всякого божества… доколе несовершится гнев: ибо что предопределено, то исполнится».

Потом, вернувшись домой, он много раз перечитывал это местоиз Книги пророка Даниила. А когда наступил август 1914-го, началась мироваявойна, стало ясно, какую великолепную драму имел в виду остроумный господинХот.

Вуду-Шамбальск, 2007

Камера запечатлела то, что увидела Соня. Танец проснувшихсятварей. Орлик и Дима изумленно застыли. На экране компьютера почти не виднобыло самого черепа, его верхняя часть как будто растворилась, лишь едвапоблескивала утончившаяся, идеально прозрачная оболочка. Зато отличнопросматривались головы тварей, уродливые безносые лица, ямки глазниц, подвижныевыпуклости ртов. Соня останавливала кадр, увеличивала детали.

— Нет, — решительно заявил Дима, — это какой-то фокус. Этогоне может быть потому, что не может быть никогда.

— Я видела, — сказала Орлик, — именно их, червей, видела,конечно, не так детально. Мне стало очень страшно, меня как будто отбросило отчерепа. Соня, это они? Те самые твари, которые способны продлить жизнь, вернутьмолодость?

— Да. То есть это их голограмма, проекция. Понятно, что вкварцевом черепе они вряд ли бы захотели поселиться. Им нужны органическиеткани, а раскрыться цисты могут только в живом мозгу, в эпифизе.

— В эпифизе, — тихо повторила Орлик, — то есть внутритретьего глаза. Во всех мифологиях это орган духовного зрения, через него идетсвязь с другими реальностями, высшими и низшими мирами.

— Может, в этом и есть смысл древних трепанаций? — спросилаСоня. — Облегчить связь, открыть канал?

— Может быть, — Орлик нервно передернула плечами, — версиймножество. Жрецы не оставили письменных объяснений, зачем им понадобилосьвскрывать черепа. Их знания передавались устно, а если записывались, то взашифрованном виде.

Соня решилась подойти к своему старому ноутбуку, тому, чтоостался на проклятой яхте, а теперь стоял тут, целехонек. Кто-топредусмотрительно подключил блок питания, вставил вилку в розетку.

Когда Соня только начала опыты в Зюльт-Осте, ей удалосьусыпить и вскрыть крысу, бьющуюся в агонии через двое суток после введенияцист. Она впервые увидела под микроскопом, как вылупляются белесые твари. Измикроскопа изображение проецировалось на монитор большого компьютера. Онасохранила и перегнала это жуткое кино в свой ноутбук.

— Я читал где-то, что кристаллы обладают памятью, — бормоталДима, глядя, как мерцает и просыпается экран старого ноутбука, — и если учесть,что сама по себе эта штука, череп, никем еще не разгадана, то и свойства ееникому не известны. Голограмма. Проекция. Значит, кристалл может считывать исохранять образы? А если он правда носитель информации, вроде диска памяти?Почему бы и нет? То есть понятно, что ничего не понятно. Ладно, я, пожалуй,покурю.

Соня нашла папку, в которой хранилась запись. Стоило ееоткрыть, и тут же зазвучало «Болеро» Равеля. Именно эта музыка играла тогда,поздним штормовым вечером в лаборатории в Зюльт-Осте. Под нее просыпались итанцевали загадочные твари.

Дима щелкнул зажигалкой, но не прикурил, замер, хмуро глядяна экран.

— Соня, это что за компьютер?

— А, очнулся, — Соня взяла у него изо рта сигарету изакурила. — Это мой старый ноутбук, тот, что остался на яхте господина Хота.

— Как он сюда попал?

— Так же, как Чан, слуга с яхты, в роли гостиничногомонтера. Так же, как доктор Гудрун, в роли наладчика электроники, того, что взеленом костюме.

— Гудрун Раушнинг, та ведьма, которая участвовала в твоемпохищении? Патологоанатом из Гамбурга? Нет, погоди, я не понимаю. Наладчик взеленом, лысый, он ведь мужик! Ну, может, конечно, и не совсем. Во всякомслучае, это существо мужского пола.

— Женского! Гудрун Раушнинг женского пола. Она растолстела,бедняга, и лишилась своих шикарных рыжих локонов. Все, Дима, прости, мы этопосле обсудим. Давай смотреть.

На двух экранах происходило почти синхронное действо. Толькона одном не было черепа.

— Кино документальное и художественное, — прокомментировалаСоня, — тут они лезут из крысиного эпифиза. А тут материализовались из памятикристалла, из моего воспаленного воображения, не знаю.

— Из вашего воображения? — растерянно прошептала Орлик. — Ноя тоже их видела, не только на экране, но и внутри черепа.

— Потому, что вам о них было что-то известно, вы о нихдумали, — сказала Соня.

— Нет. Я знала, что ваш прапрадед Михаил ВладимировичСвешников открыл некий способ продления жизни, но в чем он заключается, понятияне имела. — Орлик взяла сигарету, и стало заметно, что рука ее дрожит. —Картинка мне все-таки знакома. Конечно, я видела нечто подобное, мне сейчаструдно вспомнить, я слишком сильно волнуюсь и плохо соображаю.

Художественное кино оказалось длинней документального. Наэкране нового ноутбука действо продолжалось, на экране старого закончилось,кадр застыл, потом сменился репродукцией картины эпохи Возрождения.

На переднем плане, на фоне какого-то условного грота,человеческая голова. Верхняя часть прозрачна, и внутри происходит тот жепроцесс. Балет «спящих красавиц», как назвал это в своих записях МихаилВладимирович Свешников.

Твари стоят вертикально, на хвостах, сплетаются в ритуальномтанце.

— Позвольте, это Альфред Плут, «Misterium tremendum», —воскликнула Орлик. — Ну да, конечно, вот где я видела этих тварей. Я многозанималась Плутом, череп носит его имя, изображен на его автопортрете. Оннесколько лет прожил в России при Иване Грозном, бывал тут, в степи. До сих порсчиталось, что «Misterium tremendum» — аллегория. В образе крошечных кобр Плутпоказал дурные, грешные помыслы. Невозможно представить, что это реальныемикроскопические существа. Картина написана в 1573 году, за сто лет доизобретения микроскопа.

— Странное чувство, вроде бы теперь понятно, каким образомПлут мог разглядеть тварей без микроскопа, — сказала Соня, — этот вопрос мучилмоего прапрадеда, меня. Ответ найден. Череп. Но все путается еще больше. Чтотакое этот череп? Откуда он взялся? Зачем? Он умеет считывать мысленные образы?Десятки новых вопросов. Жизни не хватит, чтобы на них ответить.

— Не спешите, Софи, вам улыбается вечность, — фразапрозвучала глухо, словно из подземелья, где остался запертый в сейфе череп.