Источник счастья. Небо над бездной - Полина Дашкова

Вуду-Шамбальск, 2007

В честь возвращения Йорубы домой из Африки, с сафари,президентский дворец готовился к банкету. Фазиль позвонил с утра в номер исмущенно сообщил, что по распоряжению Германа Ефремовича все приглашенныеобязаны соблюдать дресс-код. Мужчины могут явиться только в смокингах, женщины— в вечерних платьях.

— Йоруба знает, что у вас ничего такого с собой нет. Я васотвезу в специальный бутик, там что-нибудь подберете, напрокат. Банкет сегоднявечером.

Словно по заказу, был солнечный день, без ветра, соттепелью. В сквере перед отелем расчирикались воробьи, как будто уже наступилавесна.

— Доброе утречко. Денек выдался чудненький! — воскликнулаадминистраторша, когда они спустились к завтраку. — Сама природа радуетсявозвращению нашего дорогого Германа Ефремовича. Без него жизнь идет скучно,сиротливо, а вот приехал, солнышко наше, и погода стала солнечной. СофьяДмитриевна, — произнесла она после паузы уже другим, не восторженным, аинтимным тоном, — для вас специально пригласили парикмахера, визажиста. Милостипрошу в наш косметический салон.

— Спасибо, я обойдусь, — ответила Соня, стараясь невстречаться глазами с просветленным голубым взглядом.

— Софья Дмитриевна, от всей души советую воспользоваться.Спа, тайский массаж, всего пара часиков, и вы неотразимы, вам позавидуютзвезды. А звезд во дворце Германа Ефремовича сегодня будет много. Короче, чистопо женски, по дружески очень вам советую воспользоваться.

— Софья Дмитриевна неотразима и без ваших спа, — сказалДима, — если вам не сложно, пожалуйста, оставьте нас в покое.

— Но как же, Герман Ефремович лично распорядился, чтобыСофью Дмитриевну привели в порядок лучшие мастера. Парикмахер из Парижа,визажист из Берна специально приглашены для обслуживания вип гостей и преждевсего для вас, Софья Дмитриевна, — продолжала ворковать администраторша, необращая внимания на Диму.

— Послушайте, если вы сейчас же не испаритесь, мы уйдемзавтракать куда-нибудь в другое место. И вообще нам надоел ваш отель. Выслишком навязчивы. Я непременно поделюсь впечатлениями с Германом Ефремовичем,— спокойно произнесла Соня и решилась наконец прямо взглянуть в сияющие голубыестекляшки.

Администраторша застыла с раскинутыми, приподнятыми руками,как физкультурница на мозаичном панно. Улыбка стала оползать, губыперекосились, по румяным гладким щекам прошла быстрая волнообразная судорога.Сместились, хаотично задвигались лицевые мышцы, точно как это было у горничнойЛойго, но вдобавок у администраторши еще и дыбом поднялась желтая челка ираздалось странное, с присвистом, шипение.

Не успев сообразить, что происходит, Дима вскочил и всталмежду Соней и администраторшей. Рука рефлекторно потянулась к кобуре,спрятанной под широким свитером.

Тихое однообразное шипение превратилось в речевой поток, встрашную, грязнейшую матерную брань, со смертельными проклятиями.

Впрочем, длилось это не более минуты. Руки упали. Лицевыемышцы успокоились, сложились в обычную любезную улыбку. Брань стихла, словнопоток втянулся назад, в темное нутро этого интересного существа. Желтая челкаплавно опустилась, накрыла узкий лобик. Пятясь задом, бормоча извинения ипожелания от всей души приятного аппетита, приятного дня, чудесногонезабываемого вечера, существо удалилось, исчезло за стойкой бара.