Джек Ричер, или Заставь меня - Ли Чайлд

Момент истины.

Трое парней ничего не стали предпринимать. Самым разумным было просто начать стрелять, ведь ситуация у них на глазах полностью выходила из-под контроля. Но они слишком верили в собственный план, в выбранную процедуру, в обещание предстоящего удовольствия, ведь два основных компонента столь близкой нирваны уже сбились в толпу, сопутствующие потери становились неизбежными, но они не хотели, чтобы жертвы пострадали. Во всяком случае, сразу. Им нужно было, чтобы спектакль продолжался и они могли наслаждаться гладкой загорелой кожей, бикини, футболкой и низко сидящими джинсами. Они не стреляли. Они не думали. Во всяком случае, не использовали свой мозг.

Пока все шло хорошо.

Ричер отпихнул Эвана в одну сторону, Чан – в другую и стащил Эмили с дивана. Прижав ее к себе – Эмили отчаянно отбивалась руками и ногами, – он развернул ее и сильно толкнул вперед, в коридор с фотографиями неизвестных родственников в серебряных рамках.

– Спальня там, – сказал Ричер.

Эван рванулся мимо него и схватил дочь, сестра Маккенна почти так же быстро оказалась рядом с Эмили, за ней устремились Чан и парень с первой базы, на лице которого появилась тревога из-за возникшего хаоса. За ним последовал Главарь со второй базы, громила с третьей немного от него отстал. Получилась толпа из восьми человек; все спотыкались, хватались друг за друга, но в результате практически выстроились в очередь, которая устремилась в темный узкий коридор.

Ричер быстро нагнулся, двумя руками подхватил «Питон», чтобы тот не отлетел в сторону по гладкому полу, сжал рукоять, которая удобно и успокаивающе легла в ладонь; указательный палец нашел спусковой крючок. Он поднял пистолет, три фунта веса, положил левую руку на голову Лидии Лейр, заставил ее опуститься вниз, прицелился над правым плечом Чан и выстрелил в центр лица бандита с первой базы.

Существует множество факторов, определяющих точность пистолета. Скорость полета пули и длина ствола – самые важные из них; именно они влияют на такие аэродинамические тонкости, как градус вращения, определяемый нарезом ствола, и все это либо работает, либо нет, в зависимости от пули. Кроме того, имеют значение точность производства, а также качество металла. Но все это отходит на второй план на расстоянии в семь футов. Несколько миллиметров влево или вправо – не принципиально. Человеческое лицо представляет собой достаточно крупную цель, промахнуться на таком расстоянии трудно, и тип с первой базы не стал исключением.

Все было кончено мгновенно, учитывая дистанцию и мощь патрона «магнум». В двадцати футах за головой громилы на стене появился кратер величиной с чашу для пунша, а через жуткую долю секунды ее с влажным шлепком наполнил мозг – красное, серое и пурпурное. Бандит рухнул вниз, словно ступил в шахту лифта, Ричер слегка повернулся влево и напряг плечи, глядя на парня с третьей базы, который находился дальше всех, потому что задняя часть мозга уже сообщила ему, что у него лучшая линия для ответного огня, и он не так сильно предвкушал предстоящее развлечение, как его приятель со второй базы, а потому мог начать стрелять, даже рискуя повредить «товар».

Ричер слегка переместил указательный палец на спуске вперед, почувствовал, как механизм поворачивает шестерни, кулачки и рычаги, легко и без усилий, и пистолет выплюнул пулю – вполне осмысленное действие, короткая пауза после первого выстрела, но в реальном мире все прозвучало как двойной стук, быстрый бум-шаг-бум, мастер делает свое дело, хладнокровно используя врожденный дар.

И снова, неизбежно, неотвратимо пуля вошла сквозь верхнюю губу, вылетела из основания черепа, разбила стекло раздвижной двери и ударила в груду свадебных подарков, лежавших на столике заднего двора. В воздух поднялись куски бумаги, белые и серебристые, точно конфетти. Разбитое стекло рухнуло вниз, словно водопад под действием тяготения, с такой же скоростью, как парень с третьей базы, также подчинившись законам гравитации. Ричер успел проследить приблизительно за дюймом их спуска и резко повернулся вправо, чтобы отыскать громилу со второй базы.

Потому что теперь гонка началась, и Джек проигрывал. Один парень не имел значения, два также не представляли собой проблему, но с третьим могли возникнуть сложности. Бум-бум, случившиеся с его приятелями, должны были заставить его сосредоточиться. И что того хуже, он получил время, чтобы включиться в игру, отреагировать, понять наконец, что о да, у меня в руке пистолет, поднять его, медленнее, чем обычно, из-за толстой трубы глушителя, – ведь сейчас пистолет был в два раза длиннее, чем подсказывала ему мышечная память, и тяжелее, а потому он контролировал его гораздо хуже.

Все это радовало, потому что путь, который предстояло преодолеть Ричеру, был гораздо меньше, чем ему требовалось. Он уже почти находился на месте. Всего в нескольких дюймах. Игра практически закончена. Но Ричер продолжал перемещаться, и ему казалось, что его движение стало безнадежно замедленным, словно тыльная сторона руки проходила сквозь патоку холодного зимнего дня; левый глаз на прицеле «Питона», правый – на конце глушителя, имеющего эллиптическую форму. Глушитель замер в дюйме от цели.

«Питону» предстояло преодолеть еще фут.

Ричер рубанул вниз, словно щелкнул кнутом, в сторону тыльной стороны ладони, главным образом чтобы увеличить скорость, но также и потому, что его противник был шире всего в плечах, а сейчас Ричер не мог себе позволить такую роскошь, как целиться. «Питон» имел спусковой механизм двойного действия, из чего следовало, что нажатие на спусковой крючок взводило и сразу опускало курок, поэтому он нажал на спуск раньше, и цилиндр начал поворачиваться, пока пистолет все еще двигался, чувствуя, как оживают шестерни, кулачки и рычаги, – и выстрелил, надеясь, что до миллисекунды оценил импульс и отклонение в сложных четырехмерных расчетах.

Иными словами, «на честном слове и на одном крыле»^[16].

Однако все получилось.

Потому что парень со второй базы не выстрелил в ответ, а пуля Ричера вырвала из его шеи здоровенный кусок мяса. Вполне достаточный, чтобы накормить семью.

Трипл-плей^[17].

В одиночку.

Бессмертие в бейсболе.

Пуля пробила стенку туалета и угодила в лампу в коридоре. Парень со второй базы рухнул на пол с глухим стуком, Ричер его не услышал, потому что одним из недостатков «магнума» является глухота, как правило, временная, в особенности если стрелять внутри помещения. Все вокруг находились в шоке и застыли на своих местах, словно в стоп-кадре или во время вспышки молнии. Сестра Маккенна стояла на коленях, ее рот был широко раскрыт в крике, которого Ричер не слышал; Эмили скорчилась у стены коридора. Ничего удивительного. Стреляющий внутри дома «магнум» действовал на всех свидетелей подобно светошумовой гранате. Три выстрела.