Коллекция китайской императрицы. Письмо французской королевы - Елена Арсеньева

– Вернуть? – хрипло возопила Бланш, хватаясь за сердце. – Ах ты, наглая тварь!

Девица рванула было к Алёне, но покачнулась и чуть не упала. Пытаясь устоять, навалилась на комодик, на котором стоял на стуле Эсмэ. Стул заходил ходуном… Мадам Вассерман взвизгнула…

– Сен-Мишель упал с моста! – глумливо выкрикнула Алёна, бросаясь к боковой двери.

Вслед послышался грохот – Эсмэ таки рухнул.

Но наша немилосердная героиня даже не оглянулась на бывшего поклонника!

Алёна неслась сквозь анфиладу комнат: малая гостиная, парадная спальня с сексодромом, застеленным сине-золотым покрывалом (причем на сей раз Алёна не задержалась, чтобы посмотреть в зеркало), музыкальный салон, кабинет, каминный зал… О боже, ее вот-вот нагонят. Да есть ли здесь вообще выход?

На бегу она выхватила из сумки мобильник – вдруг пришла эсэмэска от Марины с телефоном Диего? Может быть, если преследователи поймут, что она говорит с жандармом, от нее отстанут? Поймут, что втихаря убить ее не удастся, только себе еще хуже сделают…

И вдруг она ощутила, что мобильник, у которого был выключен звук, дрожит, вибрирует в ее руке, потому что кто-то звонил. Номер на дисплее высветился незнакомый.

Она нажала на кнопку ответа:

– Алло!

– Элен, это лейтенант Малгастадор, – проговорил забытый голос. – Где вы?

– Я в Талле! За мной гонятся! Они все, все замешаны! Я не могу найти выход на лестницу! – бессвязно выкрикивала Алёна.

– В какой вы комнате? – напряженно спросил Диего.

Алёна обернулась, пытаясь понять, где находится, и голос у нее пропал – преследователи ворвались в ту дверь, которую только что миновала она.

– Не знаю! – крикнула Алёна в трубку. – Я заблудилась!

Еще одна дверь, еще одна комната… И она замерла, увидев в дальнем конце комнаты какого-то высокого, худого, мрачного человека с длинными косматыми волосами.

Так… вот теперь она попалась всерьез – амиго Карлос! Сообщник лысого!

В руках этот тип держал телефон. Наверное, переговаривался с лысым.

– Вы в китайском зале, Элен, – сказал амиго, глядя на нее.

Алёна споткнулась. Мужчина стоял довольно далеко, но почему-то голос его слышался очень отчетливо, буквально возле уха.

Она в сомнении посмотрела на свой телефон.

– Это я, Элен, – произнесла трубка голосом Диего. – Не узнали? Я позвонил вашей подруге почти одновременно с вами. Я вас искал. Вернее, мы с Жоэлем. А вот, кстати, и он.

Вслед за толпой Алёниных преследователей в зал вбежал тот самый лысый с пистолетом в руке:

– Окружная жандармерия, руки вверх! Вы арестованы, господа, прошу проявить благоразумие! Ваш сообщник Вассерман уже в наших руках и во всем признался!

Мадам Вассерман истерически вскрикнула и расплакалась.

По-прежнему не узнанный Алёной Жоэль выхватил из-под майки свисток и дунул в него. Через мгновение в зал ворвались несколько полицейских. На руках Эсмэ и Беарна были защелкнуты наручники.

Мадам Вассерман рыдала. Бланш, невероятно бледная, обессиленно прислонилась к стене.

– Советую вам как можно скорей сообщить, где находится украденная статуэтка, – угрюмо проговорил Диего Малгастадор, еще не вышедший из роли мрачного амиго. – К тому, кто даст о ней сведения, суд отнесется с особым снисхождением.

– Ее прятали в ящике с песком в Башне Лиги, – сквозь слезы сообщила мадам Вассерман. – Но Бланш смотрела, там ничего нет. Статуэтка исчезла после того, как в башне побывала вот эта! – И дежурная бассейна с ненавистью ткнула пальцем в направлении Алёны. – Так что ищите фигурку у нее!

– Элен? – повернулся к ней Диего.

– Что за чепуха?! – воскликнула писательница. – Я ничего не брала!

Вдруг Бланш покачнулась и повалилась на пол.

Жоэль бросился к ней, приподнял ее голову… Оглянулся:

– Она мертва.

Эсмэ хрипло вскрикнул.

– Теперь ясно, что Бланш нам лгала, – с трудом проговорил Беарн, глядя на Эсмэ и мадам Вассерман. – Проклятая статуэтка все время была у нее. – Затем гид повернулся к Диего: – Поищите в ее одежде. Но будьте осторожны! Не держите ее долго в руках, чтобы она не нагревалась!

Лейтенант Малгастадор подошел к бездыханной девушке, быстро обшарил одежду мертвой Бланш – и достал из внутреннего кармана ее серого пиджачка небольшую статуэтку. Перехватил платком и поспешно поставил на край комода – рядом с большой фарфоровой вазой для цветов.

Конечно, это оказалась китайская ваза – все в комнате было выдержано в китайском стиле. Ваза была белая, а на ее округлых боках художник изобразил женщину в синих одеяниях. У нее было прелестное, лукавое лицо, а взгляд, чудилось, устремлен на статуэтку, которая представляла собой мужчину и женщину, слившихся в любовной позе: она стоит на коленях, подняв свои одежды, а он совокупляется с ней, прижавшись сзади.

Алёна тихо ахнула, узнав вазу и статуэтку с картины графа Талле. Вот только пионов недоставало.

В этих двух вещах, стоящих рядом, было что-то удивительно гармоничное. Алёна не знала почему, но вдруг одновременно с восхищением ощутила и тревогу. Наверное, потому, что в них была красота – безусловная, но зловещая.

И писательница тихо вздохнула, чувствуя присутствие тайны, которая объединяла красавицу в синих одеждах – и пару, предававшуюся любви.

Может быть, она узнает эту тайну. А может быть, нет. Но даже если не узнает, не станет огорчаться. В книге жизни много страниц, листать которые смертному небезопасно…