Это знал только Бог - Лариса Соболева

Вячеслав заснул под утро, во сне сюжеты крутились вокруг Далилы. Случалось, именно во сне подсознание подсказывало верный путь, да не в этот раз. Задача с одними неизвестными, ситуация практически патовая, когда нет хода. Проснулся к полудню, навестил Далилу с Игорем, и первый вопрос Вячеслава был:

– Дозвонились?

Расстроенная донельзя Далила только удрученно и отрицательно покачала головой, Игорь развел руками:

– Ни один телефон не отвечает. Мы звонили и Миле, и Серафиму, и Терезе. Звонили на мобильные и на домашние телефоны. Как вымерли. Это же ненормально, кто-то ведь должен поднять трубку?

– Спокойно, спокойно, – сказал Вячеслав, присаживаясь. – Это что, кофе? Не угостите меня?

– Запросто.

Они предусмотрительно захватили кофеварку с кружками, хотя в номере имелись чайный сервиз и миниатюрный электрический самовар, но откуда им было знать это? Хозяйничал Игорь, Далила, повесив нос, сидела в кресле. Вячеслав пил бурду и нахваливал, разряжая атмосферу:

– Типично русский напиток. У вашего отца в Бразилии я пил кофе… не идет ни в какое сравнение с этим напитком. Глоток сделаешь – все равно, что марихуаны покуришь, сердце так тарахтит – в самый раз к кардиологу обращаться…

– Не нравится мне это молчание, – проговорила Далила в минорной тональности.

– Без паники, – беспечно сказал Вячеслав. – Втроем они могли поехать на отдых, наверное, туда к ним невозможно дозвониться. – Далила закивала в знак согласия, но ее беспокойство не прошло. – У Милы есть друзья? Вы знаете их телефоны?

– Нет… – Она опустила голову, но тут же вскинула на него глаза. – Есть. Мой бывший зять. Я иногда с ним перезваниваюсь…

– Так звоните ему.

А она и без его указаний уже схватила трубку, вскоре лицо ее прояснилось, так как удалось дозвониться:

– Алик! Алик, здравствуй…

– Громкую связь включите, – подсказал Вячеслав.

– Нет в моем телефоне громкой связи, – бросила она ему. – Это я не тебе, Алик. Послушай, милый, у меня проблема, ты не поможешь?.. Спасибо, дорогой. Дело в том, что я не могу дозвониться к Миле, а мне очень надо… Я звонила зятю. И его матери звонила. Никто не берет трубку… Да? Виделся с ней? Недавно? И что Мила?

– Дайте мне трубку, – потребовал Вячеслав, встав.

– Алик, сейчас с тобой поговорит Вячеслав, это… В общем, этот человек помогает мне, расскажи…

Вячеслав выхватил трубку:

– Здравствуйте. Вы виделись с Милой, как она?.. Угу… Зачем?.. Так… Ясно. У меня к вам просьба: срочно разыщите Милу, или ее мужа, или его мать, узнайте, почему никто не берет трубку… Запишите мой номер… Да, лучше мне позвоните.

Продиктовав ряд цифр, Вячеслав отключился, вернул трубку хозяйке и призадумался. Далила таращилась на него во все глаза. Вячеслав улыбнулся:

– Алик все узнает. Далила, вы разрешите посмотреть вашу квартиру?

– Конечно. – Она достала ключи, протянула ему. – А зачем?

– Просто хочу осмотреть. А еще мечтаю увидеть вашего бывшего мужа. Помните: отсюда ни шагу, даже в коридор.

Роман Георгиевич каждого незнакомца воспринимал как врага, пришедшего по его душу, и неважно, что враг этот прилично одет, а рожа у него не бандитская. Он сразу напрягся, когда в его кабинет вошел неизвестный мужчина.

– Вы по какому поводу?

– Я хотел бы поговорить о тех людях, которым вы дали адрес Игоря…

Роман Георгиевич побагровел, глаза его налились… не кровью, нет, ужасом. Однако он, преодолевая ужас, шипя и рыча, выпалил скороговоркой:

– Опять, да? Опять угрожать пришли или сразу грохнете меня? Сколько можно! Я ведь ясно сказал: не знаю, где моя бывшая. Я искал ее, не нашел. Как сказать, где она, если не знаю? Далила мне не нужна, я ей тоже, мы развелись! Адрес Игоря получили? У него и спрашивайте. А меня оставьте в покое!

– Послушайте…

– Вон отсюда, – прохрипел Роман Георгиевич с ненавистью, будто Вячеслав его заклятый враг. – У меня под ногой сигнализация, я милицию вызову…

Эдак дядя дуба даст от страха и бешенства. К тому же все нужное он фактически уже выложил. Отношения к покушениям на Далилу он не имеет, тут она глубоко заблуждается. И он не знает тех, кто, видимо, его здорово припугнул.

Вячеслав пошел пешком и по дороге курил. После разговора с Аликом есть о чем поразмышлять. По его словам, Мила считает, что ее сына подменили, точнее – украли. Сюжет для романа. Алик сопровождал ее к дому женщины, у которой родился мертвый ребенок. Зачем она туда ходила? Почему Алик, муж в отставке, сопровождал Милу? Почему она так уверена, что ребенка подменили? Как сам Алик воспринимает ее заявление? Куча вопросов, а задать их при Далиле, которой и без того тошно, не решился.

Еще одна неясность: случайно на мать и дочь свалились несчастья или это продуманная атака на обеих? Исходя из случайности, можно сказать следующее: детей крадут, наверное, так и произошло. Но, возможно, это лишь предположение убитой горем матери. Исходя из атаки, подмена живого ребенка мертвым преследует какую-то цель, тогда это дело имеет прямое отношение к Далиле. Раз кому-то приспичило ее убить, то, возможно, Далилу обменяют на внука. Потому так упорно разыскивают ее местонахождение, то есть, связавшись с ней, скажут: придешь на стрелку, твоя дочь получит сына. И Далила пойдет. Второй вариант представляется куда более основательным.

Какие еще версии? Ребенка выкрали, чтобы получить выкуп. С Далилы брать нечего, но Серафим и Тереза вполне обеспеченные люди. В таком случае им не до разговоров по телефону при условии, что выкуп уже потребовали. Тогда покушения на Далилу не имеют отношения к похищению ребенка.

Следующая версия: все его умозаключения ошибочны, а существует совсем другая причина, о которой Вячеслав не догадывается. Такое тоже имеет право быть.