Доллары царя Гороха - Дарья Донцова

– Не старайся, – остановил ее Дегтярев, – нужен несливочный жир, а машинный.

– Какая разница? – удивилась Ирка.

– Большая, – ответил полковник.

– Должно ж скользко быть…

– Александр Михайлович, помоги, – попросил Кеша.

Полковник подошел к «катушке» и попытался повернуть ручку.Аркашка, красный от натуги, тоже изо всех сил жал на рычаг.

– Заклинило, – наконец выдохнул он, – механизмомнебось сто лет не пользовались, его же надо чистить, смазывать…

– Эй, – крикнула болтающаяся между потолком и поломОльга, – чего остановились?

– Приехали, – сообщил Дегтярев, – поезд дальше непойдет, просьба освободить вагоны.

– Это как? – взвизгнула Ольга.

– Похоже, подъемник сломался, – осторожно сказал женеКеша.

– И что мне делать? – задрыгала ногами Зайка. –Так и висеть тут?

– Прыгай, – предложил муженек.

– С ума сошел! Я разобьюсь! Понимаю, конечно, что ты хочешьот меня избавиться, но ведь не столь же радикальным способом, – заверещалаОльга.

Кеша скрипнул зубами и попытался реанимировать неподатливыймеханизм.

– Ты уже сегодня с лестницы сверзилась, и ничего, –решила простимулировать жену брата Маня.

– Мы тогда стояли в самом низу, – злилась Ольга. –Ну сделайте что-нибудь!

Александр Михайлович повернулся к Кисе.

– У тебя там не предусмотрено системы экстренной эвакуации,катапульты, парашюта?..

Киса начал раскачиваться из стороны в сторону. Было видно,что вопрос застал старичка врасплох.

– Вроде нет, – наконец выдавил он из себя.

– А жаль, – вздохнул полковник.

– Давайте принесем все подушки и одеяла, навалим их на пол,а Зая спрыгнет, – предложила Маня.

– Ни за что! – взвыла Ольга. – Немедленноподнимите меня наверх, за одеждой и косметикой, а потом спустите вниз! Так ибыть, спать я могу лечь на первом этаже.

Что меня удивляет в Зайке, так это ее твердая уверенность втом, что любая преграда рухнет, если поднять крик. Правда, стены Иерихона палиот звуков трубы, но частенько бывают ситуации, когда вопли не помогают. Вотсейчас, ори не ори, толку не будет.

– Попробуй подтянуться на руках, – предложилДегтярев, – схватись за трос и карабкайся по нему.

– Я не обезьяна! – возмутилась Зайка. – И потом, уменя сил не хватит.

– А еще фитнесом занимаешься, – воскликнула Машка.

Ольга сердито засопела. Кеша и Дегтярев принялись изо всехсил дергать ручку. Машка побежала собирать на первом этаже подушки, одеяла,пледы…

– Пойду все-таки масло из холода вытащу, – задумчивосообщила Ирка.

Только я и Киса оказались не у дел.

– Тут какая-то кнопка из стены торчит, – сообщила Ольга, –красная!

– Это что? – повернулась я к старичку.

– Э-э-э, кажется, выключатель, не помню.

– Не знаете, что у вас в доме имеется?

– Я давно сюда не хожу, сдаю комнаты, вот и подзабыл, –меланхолично поведал Киса.

– Не смей на нее нажимать, – велел Кеша.

Я покачала головой. Зря он сделал это замечание. Насколько язнаю Ольгу, услыхав сию фразу, она моментально поступит наоборот.

– С какой такой стати я должна тебя слушаться? –рявкнула Зайка и ткнула пальцем в пупочку.

Тут же раздался страшный звук, словно сломали гигантское,совершенно сухое дерево. Аркадий и Дегтярев на секунду выпустили ручку. Длиннаяжелезка с бешеной скоростью принялась вращаться. Кресло резко взмыло вверх,Ольгу подняло до потолка и втянуло до половины в отверстие. Я слишком долго описываюпроизошедшее. На самом деле оно заняло пару секунд, не больше. Ни Кеша, ниДегтярев не успели адекватно отреагировать на случившееся и теперь с разинутымиртами взирали на результат Зайкиного упрямства.

Из потолка, словно люстра, придуманная безумнымавангардистом, свисали две стройные ножки, обутые в модные, дорогие туфельки,верхняя часть Ольги скрылась в люке вместе с «лифтом».

Поморгав мгновение, Аркадий заорал:

– Ты жива?

Ответа не последовало.

– Мама! – взвизгнул Кеша. – Ей плохо!

– Вот масло, – сообщила, появляясь в комнате,Ирка, – оно испортилось, правда, но для железки сойдет. Чего стоите,мажьте конструкцию, авось сдвинется. Вы почему молчите, а?

Глаза домработницы обежали нас, потом уперлись в потолок. Изее горла вырвался вопль:

– Это что?!

– Спокойствие, только спокойствие, – ожилполковник, – всем слушать меня.

Мы с надеждой воззрились на Дегтярева. В экстремальныхситуациях люди, как правило, вызывают милицию, справедливо полагая, что стражипорядка умеют справляться с экстраординарными обстоятельствами. А нам повезло,как никому, в доме есть свой полковник.

– Внимание, – начал руководить Дегтярев, – безпаники, пока ничего ужасного не стряслось.

– Вдруг она разбилась? – прошептал бледный до синевыКеша.

– Главное, не волноваться, – велел Дегтярев и крикнул:– Оля, ты жива?

В ответ молчание. Мне стало плохо, голова закружилась, кгорлу подступила тошнота.

– Господи, – прошептал Аркадий.

– Молчать! – рявкнул Александр Михайлович. – Зая,если ты по какой-то причине не способна ответить, пошевели ногами, чтобы мыпоняли, что у тебя все о’кей.

«Люстра» весьма интенсивно задергалась.

– Отлично, – воскликнул Дегтярев, – она в полномздравии.

– Ты уверен? – спросила я.

– Стопроцентно, – успокоил меня приятель. – Есличеловек сильно пострадал, он не станет так ногами дергать! Теперь нужно создатьштаб операции.

– Какой? – поинтересовалась Маня, швыряя на пол ворохподушек.

– По спасению Ольги.

– Зачем?