Камни бессмертия - Борис Бабкин

– Кого еще принесло? – Дубовский, вытащив из-под подушки ТТ с глушителем, взвел курок и, мягко ступая босыми ногами, вышел в прихожую. Чуть приоткрыл глазок и посмотрел. Удивленно расширил глаза. Открыв замок, снял цепочку и отступил на два шага назад. Направил руку с пистолетом на дверь. – Открыто, входите.

– Ты не пальни сдуру, – раздался голос Заветова. – Это я, Леха.

– Открой дверь медленно и входи, – спокойно заговорил Дубовский. Дверь медленно открылась. Толкнувший ее Алексей остался стоять. Увидел глушитель на стволе и покачал головой.

– И как тебя из Франции выпустили?

– Ты даже это знаешь, – усмехнулся Дубовский. – Заходи. – Заветов, неторопливо заложив руки за голову, вошел. – Закрой дверь, – не опуская руки с пистолетом, попросил Дубовский.

– А ты, Юрка, больной на всю голову. – Алексей закрыл дверь еще и на цепочку.

– Здорово. – Дубовский спрятал пистолет и протянул руку. – Как ты меня нашел? И откуда знаешь про Париж?

– Вот. – Алексей протянул ему конверт. Сняв полусапожки и стряхнув с шапки снег, бросил ее на пол у вешалки.

– Значит, наняли, – усмехнулся Юрий, рассматривая фотографии, на которых он беседовал с Дориновым в кафе. – Могу узнать, кто?

– Можешь, – поставив на стол бутылку водки, кивнул Заветов. – Закусить найдется?

– И выпить тоже. – Вытащив пистолет, Дубовский бросил его на кровать.

– Как в старые добрые времена, – улыбнулся Алексей. – Восемь в обойме и девятый в стволе. Затвор не передергиваешь, а просто взводишь курок. И тише, и быстрее, и противник в случае перестрелки рассчитывает на восемь выстрелов.

– Школа Бати, – подмигнул ему Юрий. – Сейчас принесу фрукты. Есть хочешь?

– От мяса и колбасы не откажусь, – проходя в комнату, усмехнулся Алексей.

– Консервы разогреть? – спросил с кухни Юрий.

– Тащи так, – сел на стул Алексей.

– Странно, – произнес в трубку Доринов. – Но я не думаю…

– А подумать стоит, – перебил его Кадич. – Извините меня, конечно, Павел Игоревич, но за ним наверняка был хвост. Он же не просто так трое суток вам не показывался. Или чувствовал что-то, или ждал кого-то.

– Он, кстати, говорил о возможности слежки, – припомнил Доринов. – Но я как-то не обратил на это внимания. Вот ты говоришь, его надо убирать. А зачем, и что это даст?

– А вы не поняли? – усмехнулся Артур. – Кто-то наверняка следил за ним, и вышли на вас. Вполне возможно, что Дубовский работает еще на кого-то, и кроме того, и на себя. И вообще, Павел Игоревич, – усмехнулся Кадич, – арап свое дело сделал, арап может умереть. Старая истина. Тем более сейчас, наверное, нет такого человека, который не хотел бы найти хотя бы один камушек. И наверняка этот Дубовский тоже имеет такое желание. Надо убирать его. Кстати, – попросил он, – подождите. – Ну, что? – Доринов услышал чей-то голос, но разобрать слов не мог. – Ну вот, видите, – усмехнулся голос Кадича. – У него кто-то есть. А вы говорили, что в Ярославле у Дубовского знакомых нет.

– Он из Питера, – ответил Доринов. – Значит, ты прав. Но идти на убийство, – вздохнул Доринов. – Я не готов к подобному развитию событий. Поэтому сделай это, разумеется, если…

– Все будет сделано, – заверил Артур.

– Сейчас познакомишься, – вздохнул Сергей. – Она такая, ну вообще…

– Влюбился ты, старлей, – засмеялся Илья. – Вот не думал, что тебя кто-то зацепит. На что ты жить-то будешь? На ее деньги?

– Пока о совместной жизни говорить рано, – вздохнул Белов. – Хотя, будь у меня постоянный заработок, наверное, предложил бы ей руку и сердце, – выматерился. – Но не буду же я ходить грабить магазины и затем возвращаться и что-то ей объяснять…

– Пришла электричка, – махнул рукой Александр, стоявший у выхода на перрон. Белов и Казаков пошли к выходу.

– Скоро приедем, – сказал сидевший за рулем Никита. – Электричка подошла. А вон и они. А она вполне прилично выглядит, – кивнул он. – Из новых русских, наверное.

– Ты там не начни городить чепуху свою блатную, – предупредила Таня.

– Все путем, ну то есть нормально будет, – улыбнулся он.

– Ее встретили, – говорил в сотовый невысокий неприметный мужчина. – Трое мужчин. Идут к машине. Новая «Нива». Что делать?