Золото фамильного склепа - Дарья Калинина

— Я?! — поразилась Леся. — Да никогда!

— Вот и я тоже! И… И подумать только, мы сами привели его к Ивану Сергеевичу!

— Мы просто идиотки!

— Кретинки. Ведь если бы Вересков и Горшков не устроили в больнице засаду, в которую Ники и угодил, мы с тобой были бы виновны в смерти старика.

— Ники бы его просто придушил.

— Старика? Запросто.

— И нас заодно.

— И нас мог. С такого типа все станется. Улучил бы подходящий момент и задушил. Мы же ему доверяли. Ты так и вовсе с ним чаи распивала.

— Я? — возмущенно встрепенулась Кира, но тут же сникла. — Да. Признаюсь. Распивала. Но мне же и в голову не приходило, кто он на самом деле такой! А он приходил ко мне вовсе не потому, что был влюблен. Просто ему было необходимо знать, как продвигается расследование. Глаша, наверное, ему толком ничего сказать не могла. Вот он и придумал подходящий предлог. Сделал вид, что влюблен в меня. И я доверчиво ему все выбалтывала! Какая же я дура!

И Кира схватилась за голову. Лесе даже стало жаль подругу.

— Брось! — тронула она плечо подруги. — Я с тобой. Я-то знаю, как ты старалась найти преступника. И ведь нам это удалось! Ники-то арестовали!

— Но мы тут ни при чем. Это Горшков молодец! И Вересков тоже! А мы с тобой… И в особенности я… Да что уж тут говорить! Мы с тобой сели в лужу, и все тут!

— У нас еще есть шанс себя обелить.

Кира подняла голову.

— Шанс? Что ты имеешь в виду?

— Найдем Семена Семеновича и мигом станем героинями.

— Как это?

— Подумаешь! Преступника поймать всякий может! А попробуйте-ка найти им похищенное и спрятанное!

— А что? — еще больше оживилась Кира. — Это идея! Что там говорил этот мерзавец про Семена Семеновича?

— Что он отправил его к праотцам.

— К праотцам — это на кладбище. Выходит, убил все-таки?

— Нет. Не убил.

— Тогда… Леся, кажется, у меня есть идея. Немедленно звоним Глаше.

— Зачем?

— Звоним и спрашиваем, кто и где у ее мужа похоронен.

Поднятая с постели среди ночи Глаша долго не могла врубиться в тему. Но наконец до нее мало-помалу стало доходить, чего хотят от нее подруги. И хотя она все еще недоумевала, зачем им это нужно, она все же принялась вспоминать:

— Отец у моего мужа похоронен в городе.

— Где?

— На Пороховском кладбище.

— Шикарный склеп?

— Нет. Просто могила.

— Почему так скромно? Муж у тебя богатый человек.

— Когда отец Сени умер, муж еще не встал на ноги. Да и первая жена была против больших трат на похороны. И сам отец всегда настаивал, что после смерти покойнику никакая помпа не нужна. Деньги лучше тратить на живых. А покойнику достаточно скромного местечка под землей, он все равно уже ничего не чувствует.

— А деды или прадеды где похоронены?

— Дедушка моего мужа лежит рядом с его же бабушкой. На том же Пороховском кладбище. Сенин отец потому и попросил, чтобы его там похоронили. Чтобы быть рядом с мамой и папой.

— Ясно. А у них большой склеп?

— Да нет же! Обыкновенные могилы!

— Нет, не подходит.

— Так вам нужен семейный склеп? — догадалась наконец Глаша.

— Да. Позарез нужен.

— Тогда вам лучше отправиться в Гатчину.

— Почему туда?

— Там у предков Сени был дом и имение. Там же у них и семейное кладбище. Правда, я там бывала лишь однажды, и до кладбища мы, кажется, даже не добрались. Но раз до революции Сенина семья была богата и процветала, то и кладбище у них должно быть шикарное. Наверное, и склепы там имеются. А зачем вам?

Ну и как скажешь женщине, поднятой вами среди ночи с теплой постели, что в том склепе, возможно, находится в данный момент ее муж? Один, замерзающий и голодный. Нет, у подруг язык не повернулся сказать такое.

Поэтому Кира пошла на небольшой обман и сказала:

— Есть предположение, что в том склепе преступник спрятал коллекцию твоего мужа.

— Да?

В голосе Глаши не послышалось ни малейшего интереса.

— Коллекцию? — уныло произнесла она. — Ту самую? Золото инков?

— Да.

Больше Кира ничего не прибавила. Но Глаша и сама проявила проницательность:

— Только коллекцию? Сени там нет?

— Хочешь, поедем и посмотрим? — предложила ей Кира. — Ты согласна?

Глаша была согласна.

— Соберусь через пять минут. Вы за мной заедете?

Подруги заехали и за ней, и за Лилькой. Все-таки им предстояло блуждать между старых могил, крестов и памятников. Так что чем больше народу соберется, тем лучше.

От Лильки подруги не стали скрывать правду, в том числе и о Ники. Девушка была поражена не меньше их.

— Преступник — это Ники? Ни за что не поверю!

— Мы бы и сами не поверили, если бы не увидели собственными глазами, как он душит того старика.

— Жуткое зрелище!

— Ники был сам на себя не похож.

— Дикий зверь!

— Монстр!

— Он бы его точно придушил, если бы не Вересков и Горшков.

Но Лилька еще долго не могла поверить в случившееся.

— На кого угодно думала, — бормотала она. — Но только не на Ники. Ведь родной брат! И к тому же от смерти Семена Семеновича он ничего не выигрывал. Братья и сестры считаются наследниками уже второй очереди. И если есть наследники первой очереди — родители, дети, супруги, — то им ловить нечего.

— Ники и не рассчитывал на наследство.

— А на что он рассчитывал?

— Мы так поняли, своему брату он завидовал с самого детства. И когда представился шанс, тут же предал его.

— Ужасно!

— Ужасно будет, если мы не найдем на кладбище Семена Семеновича. Или найдем, но… но будет уже поздно.

Глаша ждала подруг, стоя у подъезда своего дома. С ней была и Раечка. Ну как же без Раечки?

— Может быть, возьмем машину мужа? — предложила Глаша, едва умещаясь на заднем сиденье «гольфика» Киры. — Все-таки она побольше.

Но от «Мерседеса» ювелира подруги отказались отчасти из суеверия, отчасти потому, что документов на машину у Глаши до сих пор на руках не было. И, останови их патруль, кто бы поверил, что подруги не украли эту машину.

— В тесноте, да не в обиде. Доедем как-нибудь.