Стальной мотылек - Владимир Колычев

— И Радика попросила?

— Радику я всего лишь предложила свои услуги. Он понял, что у меня достаточно серьезная организация, и дал отмашку. Все очень просто.

— А зачем он Панарина заказал?

— У него была на это причина. Ты знаешь, какая. Панарин когда-то сдал его ментам.

— Радик не собирался ему мстить.

— Не собирался, но хотел. Я всего лишь усилила его желание…

— А кто его самого заказал?

— Женя.

— А еще кто?

Смешно это или нет, но Антонина знала ответ на этот вопрос.

— Ветряков, — выдержав паузу, подтвердила ее догадку Альбина.

— Ты убедила его в том, что Скачков будет ему мстить?

— Это было не трудно.

— Ну, с твоими-то талантами, — усмехнулась Антонина.

Альбина повела себя как самый настоящий аферист. Есть мошенники, которые продают по нескольку раз одну и ту же квартиру, так, примерно, поступила и она. Только не квартиры она продавала, а жизни людей…

Лиду Панарину не устраивал муж, она гуляла, но при этом не собиралась от него избавляться. И Скачков не собирался мстить Панарину, хотя и держал за пазухой камень. Альбина всего лишь спровоцировала его на то, чтобы достать этот камень. И его спровоцировала, и Лиду. А на самого Скачкова раскрутила Женю и полудурка Ветрякова.

— Может, Ветряков и Панарина заказал? — спросила Антонина.

— Может быть, — слегка кивнула Альбина.

— А его за что?

— Ну, ты же была у него дома. Ты можешь сравнить, какой дом у него и какой у Панарина… Панарин должен был ему гораздо больше, чем дал…

— Это ты ему внушила?

— Это было несложно, он сам был рад внушаться…

— Ловко ты… Он тебе заплатил?

— Заплатил.

— И Лида тебе заплатила. Но тебе было мало. Ты попросила снова…

— Это мой недостаток, я очень люблю деньги, — театрально вздохнула Альбина.

— Могла бы с Ветрякова еще попросить.

— С ним лучше не связываться…

— Поэтому ты его убила?

— Да.

— А меня зачем хотела убить?

— Тебя не хотела… А Семена неплохо было бы «зажмурить».

— Зачем?

— А кого в убийстве Скачкова обвиняли? То-то же. Мертвый обвиняемый — закрытое дело…

— И Лида Панарина тебе не звонила? Не говорила, что я выехала к Ветрякову?

— Нет, не звонила. Просто машина была уже запущена. От Буракова надо было избавиться, от Ветрякова…

— А о том, что к Буракову опергруппа выехала, Лида тебя предупредила?

— Нет… Я ответила на твои вопросы? — хищно сощурилась Альбина. — Теперь твоя очередь отвечать на мои. Кто меня засветил, когда я Буракова убивала?

— Ну, там камеры были…

— А кто их поставил?

— За Бураковым следили…

— Ты за ним следила. И камеры ты поставила. И меня ты засветила… Да ты не бойся, мы тебя за это не убьем. И даже не изнасилуем. Просто уплатишь повышенные членские взносы. Ты вступила в клуб жен господина Скачкова, а заплатить забыла.

Антонина понимала, что это банальное вымогательство. Не будь идеи о членских взносах, Альбина бы заставила ее заплатить за камеры в квартире Буракова. Ее карта бита, ей с подельниками нужно уходить, желательно, за границу, а для этого нужны деньги. И чем быстрей, тем лучше…

— Сколько?

— Миллион долларов.

— Сколько?! — возмутилась Антонина.

Может, она и не претендовала на деньги Скачкова, но раз уж они к ней попали, то никому с них ничего не светит.

— Миллион. Со счета на счет. В понедельник поедешь в банк и переведешь деньги на счет, который мы тебе укажем. — Альбина выразительно посмотрела на Федосова, давая понять, что и ее подельники в доле.

— И все, больше ничего? Может, и заграничные паспорта сделать, визы открыть? — съязвила Антонина.

— Все это у нас есть. Как только мы получим деньги, так сразу же вылетим за границу. И все, можешь спать спокойно. С кем хочешь, с тем и спи…

— Мне сейчас сказать спасибо или потом?

— И сейчас, и потом… Ты зря прикалываешься, — скривила губы Альбина. — Все очень серьезно. Это в твоих интересах, чтобы мы как можно скорее слиняли.

— В моих интересах арестовать вас.

— А не боишься?

— А чего мне бояться?

— Скажи, ты поверила, что Панарина заказала жена и оба его друга?

— Допустим.

— Так оно и было. И твои коллеги мне поверят. А поверят они мне, если я скажу, что Скачкова заказали Женя и Ветряков? Поверят. Я им расскажу, и они поверят… А если я добавлю в этот список тебя? Как думаешь, мне поверят?

— Но я не заказывала Радика!

— Да, но мотив у тебя был. Разве я не сделала тебя богатой вдовой?

Антонина не знала, что сказать. И без того коллеги косятся на нее, а если еще Альбина масла в огонь подольет, тут уже не только всеобщее презрение будет, а уголовное дело и долгий срок.

— Ты не обеднеешь, если уплатишь членский взнос. А если не уплатишь его мне, будешь платить в «сизо». Там любят красивых женщин, особенно ментов. Будешь платить членский взнос какой-нибудь кобле…

— Тебе никто не поверит.

— Поверят… Есть видеозапись, как мы тут с тобой тихо-мирно разговариваем. Звука нет, о чем говорим, не ясно, но выводы сделать можно. Мир у нас, дружба и общие интересы…

Антонина закусила губу. В купальнике она разговаривает, у бассейна, а это, можно сказать, интимная обстановка. Ситуация простая и для нее убийственная — Альбина выполнила заказ и приехала за расчетом. Тут же с ней рядом и Федосов, который убил Марину Труфанову. А ведь Антонина долго не возбуждала уголовное дело. Делала она это, чтобы иметь возможность вести расследование, но никто и не вспомнит об этом. Начальство решит, что Антонина выгораживала Федосова…

— Ну, так что, договорились? — ликующе спросила Альбина.

Антонина смотрела на нее в напряженном раздумье. Выхода из этой ситуации было два. Первый, отдать деньги и помочь Альбине исчезнуть за границей, а второй — самой обезвредить и арестовать эту суку. Если сумеет это сделать, никто не поверит в подлую выдумку, которую та ножом приставила к ее горлу…

Но как ей справиться с Альбиной, если у нее нет для этого возможностей? Но может, они появятся? Может, она сможет что-нибудь придумать?

— Я подумаю, — покорно кивнула Антонина, давая понять, что готова капитулировать.

Альбина каверзно усмехнулась в ответ. Уж не прочла ли она ее мысли?