Блог проказника домового - Дарья Донцова

– Почему Елена Николаевна скрыла правду? – вопил Загорский. – Я никому бы не растрепал…

Я попытался сделать новую попытку успокоить Загорского:

– Максим Петрович, разрешите мне договорить?

– Нет! Нет! Нет! – пошел в разнос олигарх. – Ну нет же! Вы напутали! Какая Филькина? Да, мы с Игорем дружили с детства. Да! Я очень помог ему, когда он свою первую любовницу Розку Ибрагимову под трамвай толкнул!

Настал мой черед удивляться, изумился и Борис, который вернулся в кабинет со шваброй:

– Кого Маслов на рельсы толкнул?

Максим Петрович издал стон, оперся локтями о колени и вдруг заговорил:

– Сил больше нет. Надо гирю с груди скинуть. Задавила меня, упала, когда я от этой сволочи копии документов получил! Давит! Душит! Не исчезает! Мы с Игорем решили пойти в кино. Встретились у подъезда, он пригласил свою девушку Розу. Я удивился, ну что его в ней привлекло? Не красавица, не умница, тихая, даже покорная. Маслов ей вечно замечания делал в хамской, на мой взгляд, форме, а она мигом его требования выполняла, молча. Один раз я услышал, как Игорь Ибрагимовой велел: «Эй ты, немедленно переоденься, нарядилась, как …! С твоей жирной задницей мини-юбки не носят. И ноги, на бревна похожие, прячут». Мы сидели у Розки на кухне, она без звука ринулась в комнату. Я не выдержал и укорил друга: «Роза не королева красоты и не светоч ума. Но ты перегибаешь палку».

Маслов ответил: «Ей нравится жесткое обращение, а в постели она кайфует, когда предварительно пощечин получит. Ты просто не в курсе. Не лезь».

Я подумал, чужая душа потемки, и более замечаний Маслову не делал. Встретились мы у парадного. Зима, на улице гололед. Потопали на трамвай, неподалеку конечная остановка находилась. Пришли, а там людей нет, только мы трое. Игорь начал Ибрагимову шпынять, та, по обыкновению, молчала. Маслов же все больше и больше заводился, ущипнул ее сильно за щеку, так, что вмиг кровоподтек появился. И тут Розкино терпение лопнуло, она его оттолкнула. Игорь не ожидал этого, поскользнулся, упал, но быстро встал. Роза поняла, что ей сейчас достанется, побежала, но Игорь девушку догнал, на колени бросил, давай ее лупить. Я вмешиваться не стал. А Ибрагимова заорала: «Отвянь! Импотент! Не можешь ничего со мной сделать, пока не подерешься в постели. Иди на …! Не хочу больше с тобой жить. Надоело!»

В эту секунду из-за поворота трамвай выкатил. Игорь Розку на ноги рывком поставил, когда первый вагон проехал, он ее под второй толкнул.

Загорский вздрогнул:

– Она так закричала! Я чуть не умер. Трамвай по Ибрагимовой прокатился и встал. Водитель выскочил и бегом смотреть на то, что на рельсах лежит. Жуть! Люди! Это жуть! Маслов зашептал: «Макс! Скажи всем, что она поскользнулась и просто упала! Если откажешься, меня посадят! Розка все равно умерла! Ее не воскресит то, что я окажусь за решеткой. Спаси!» А у меня туман в голове, озноб колотит. Водитель ментов вызвал, нас с Масловым в первый вагон посадил. Народу никого нет, на конечную остановку транспорт часто пустой приходил…

Загорский поднял голову:

– В общем, когда менты вопросы задавать стали, я объяснил: «Роза поскользнулась и упала. Сама. У них с Игорем любовь была, пожениться планировали». Вот и все. Нас отпустили и в отделение потом не вызвали. У девчонки из родни один дед-алкоголик имелся, он небось и не заметил, что внучки нет. Игорь мне сказал: «Макс, я у тебя в долгу. Попадешь в беду, только свистни, я помогу». Мы с ним потом стали реже общаться, но созванивались на Новый год, дни рождения. Я знал, что Маслов в «Кросе» карьеру сделал. Когда эта китайская… начала меня компостировать, требовать ну вообще нереальную сумму, я бросился к Игорю: «Пришла ко мне теперь беда. Долг платежом красен. За убийство срока давности нет. Не поможешь? Пойду в полицию, в газеты. Если тебя не посадят за Ибрагимову, то из своего банка ты точно вылетишь и ни в одно финансовое учреждение не устроишься». Уж Маслову не стоило объяснять, как банкиры честь мундира блюдут, репутация для них прежде всего.

Я посмотрел на Никиту. Тот, кто один раз перешагнул черту, которая отделяет просто жестокого человека от убийцы, вполне вероятно продолжит убивать. Маслов попробовал вкус крови, и он ему понравился. Игорь Кириллович просто стал осторожным, Анну Филькину сначала подчинил себе, а потом за какую-то провинность запер в подвале, обрек на медленную смерть. Вот с Оксаной он прожил много лет, жена оказалась совсем уж покорной, ни разу не вызвала у него приступа бешеной злобы.

– План придумал Игорь, – начал сваливать вину на покойного Загорский, – он не знал, что Стелла окажется в вип-зоне депозитария. Я просто велел ему организовать взрыв и кого-то сделать виновником. Маслов через неделю принес план, сказал: «Есть клерк Роберт Шмидт. Идеальная кандидатура. Тебе придется потратиться, купить ему квартиру. Найди что подешевле. Трешку с ремонтом, сантехникой и кухней».

Загорский замолчал.

– А вы ради того, чтобы правда о вашем происхождении не всплыла и чтобы Стелла навсегда замолчала, были готовы на все, – сказал Борис, – да и те миллионы, что за апартаменты отсчитали, при ваших доходах смешная сумма.

– Я не пользовался пейджером, – повторил Загорский.

– Как вы сообщили Стелле о том, что ей нужно приехать в назначенный час в банк? – поинтересовался Никита.

– Мы с ней встретились в торговом центре, – пояснил Загорский, – в центре первого этажа. Я сказал, какого числа, во сколько требуемая сумма окажется в ячейке «Кроса». Предупредил: «Дверца закрыта на таймер-замок, он доступен для открывания короткое время. Всего четверть часа ночью. Потом намертво заблокируется. Хочешь получить свой кусок? Прикатывай вовремя». Минуточку! Нестыковка!

– Какая? – осведомился я, зная, о чем сейчас скажет Загорский.

Максим Петрович повернулся к Грише:

– Вы соврали! Стелла не могла вам написать: «Форс-мажор, неожиданно позвонили…» Она знала о времени и дате получения денег за сутки!