Тормоза для блудного мужа - Дарья Донцова

Я распрощалась с Романом, пересекла зал кафе, уже забитый посетителями, вышла на улицу, поежилась от ледяного ветра и поспешила к припаркованной неподалеку машине.

– Даша, – раздалось сзади, – Даша, постойте.

Я обернулась. Ко мне семенила полная дама, одетая в темно-коричневый пуховик с опушкой из меха Чебурашки, переболевшего краснухой. Искусственные завитки имели бурый цвет, но кое-где из общей массы пробивались ярко-алые пучки.

– Вы ищете Веру? – чуть запыхавшись, спросила женщина, и я узнала Риту. – Только не думайте, что я подслушивала!

– Конечно, нет, – улыбнулась я, отлично понимая, что Маргарита во время нашей беседы с Романом стояла в коридоре, прижав уши к двери, за которой вели задушевную беседу телеведущая и Кислов. – Мы с ним просто слишком громко говорили, вы случайно нас услышали.

Маргарита кивнула:

– Правильно. Можно отойти подальше? Не хочу, чтобы болтуны из «Орла» нас увидели, они меня там за придурковатую держат.

Я открыла дверцу машины.

– Садитесь, сейчас отъедем на пару кварталов.

Рита втиснулась в малолитражку.

– Вы со мной по-человечески разговаривали, и я с вами по-хорошему. Орлова пропала?

– Просто не могу до нее дозвониться, – обтекаемо ответила я. – А почему вы спрашиваете?

Маргарита вздохнула.

– Вера хороший человек, она меня талисманом «Орла» называет, никому в обиду не дает. Роман и все остальные живо языки прикусывают, улыбаться мне начинают, если Орлова в кафе находится. Она тут часто бывает. Если хозяйка исчезла, мне плохо придется. Вы ее найдете?

– Очень хочу отыскать Веру, но пока не представляю, в каком направлении бежать, – призналась я.

Рита оглушительно чихнула.

– Будьте здоровы, – автоматически ответила я.

Официантка шмыгнула носом.

– Вы хорошая. Другие б заорали: «Прикрывай рот, не распространяй бациллы». А вы здоровья мне желаете. Поэтому я все расскажу. Ваня врал.

– Кто? – уточнила я. – Какой Ваня? Кому он солгал?

Рита понизила голос до шепота:

– Ваня, управляющий кафе. Его, когда Вера в кому впала, начали расспрашивать. Ну, мол, что случилось? А он отвечал: «Орлова сидела в кабинете одна, пила чай. К ней никто не заглядывал, я ее не беспокоил, после закрытия кафе в служебное помещение постучал и нашел Веру Борисовну без сознания». Это все враки. Не так было!

– А как? – занервничала я.

Маргарита засопела, расстегнула куртку, меня обдало запахом приторных духов.

– Роману вломят, когда выяснится, что управляющий кафе обманщик? Кислова накажут?

– Непременно! – воскликнула я.

Лицо официантки расплылось в счастливой улыбке.

– Ну слушайте.

В день, когда Вера впала в кому, кафе закрылось, как всегда, в одиннадцать вечера. Рита направилась к метро, спустилась к кассам и не нашла в сумке кошелек. Маргарита расстроилась, но потом вспомнила, что днем выбегала в супермаркет за колбасой на обед. Сотрудникам кофейни разрешено бесплатно угощаться пирожными, но если вы с утра до вечера разносите десерты, вам очень скоро не захочется даже смотреть на сладкое. Рита взяла двести граммов «Докторской» и слопала ее в подсобке, портмоне она бросила на стол. Его судьба Риту не беспокоила, в «Орле» над ней постоянно подшучивают, и не всегда по-доброму, но там работают честные люди, чужих денег они не возьмут. С неба валил снег, под ногами растекалась каша из грязи, было поздно, и Рита попыталась уговорить дежурную у турникетов пустить ее в метро бесплатно, рассказав про забытый кошелек с проездным.

Куда там! Баба в форме тупо бубнила:

– Показывай удостоверение для бесплатного проезда или засовывай талон в турникет.

Пришлось бедняжке идти назад. У сотрудников «Орла» есть ключи от кафе, все знают код сигнализации, поэтому Маргарита не сомневалась: она спокойно попадет внутрь и возьмет кошелек с проездным.

Но задняя дверь, через которую Рита хотела войти, оказалась не заперта, из-под двери кабинета Веры пробивалась полоска света и слышались голоса. Шефиня еще не ушла, она вела с кем-то беседу. Риту охватило любопытство, она поспешила в женский туалет.

Чтобы вы поняли, почему официантка кинулась в уборную, а не приложила по привычке ухо к створке, надо объяснить устройство внутренних помещений кафе. «Орел» находится в доме постройки пятидесятых годов прошлого века. Раньше на первом этаже помпезного здания располагался ресторан. Посетители входили в холл, сдавали пальто в гардероб, могли помыть руки в расположенном поблизости туалете и шли в зал. Для служащих был предусмотрен свой санузел, мужскую и женскую часть которого разделял двадцатиметровый предбанник с окном. В советские годы на квадратные метры не скупились. Когда Вера купила это помещение и затеяла ремонт, ей не разрешили рушить стены, дом считался памятником архитектуры, но шефиня щедрой рукой раздала взятки, и БТИ закрыло глаза на некоторые переделки. В частности, Орлова превратила холл между служебными сортирами в свой кабинет. Неудобно? Но другой возможности выкроить себе рабочую комнату у Орловой не было. Вера запретила вешать на двери сортиров таблички «М» и «Ж», приказала уборщицам мыть их каждый час и успокоилась.

А Рита, частенько курившая тайком в туалете, внезапно сделала открытие. Если встать вплотную к стене, на которой висит раковина, и приложить ухо к кромке зеркала, то можно без труда услышать, о чем Орлова говорит в своей комнате. Маргарита не поделилась своим наблюдением с коллегами, пользовалась «прослушкой» в одиночестве. Рита любила шефиню, была благодарна ей за приличный оклад и хорошее отношение и не собиралась использовать полученную информацию против хозяйки, ей было просто интересно. Вот и теперь любопытство зашкалило: ну с кем Орлова беседует в ночной час?

– Я все объяснила, – произнес незнакомый женский голос.

– М-м-м, – промычала Вера.

– Я никому не скажу, – продолжала незнакомка, – сохраню твою тайну.

– М-м-м, – прозвучало в ответ.

– Никому, никогда, ничего не расскажу, но это нужно прекратить, – повторила гостья.

– М-м-м.

– Да или нет?

– Ты ошибаешься, – с трудом произнесла Вера. – Раньше да, было, но сейчас нет!

– Ой ли? Ты выскакивала из всех трудностей. А если в этой стране снова случится дефолт? Революция? Перестройка? Вновь будешь спасать свои пирожные? – рассердилась тетка.

– Давай забудем наш разговор, – уже тверже заявила Орлова.

– Нет, так не пойдет. Мои условия тебе известны! Или будет по-моему, или никак! Ты отдаешь бизнес! Уходишь из дела. Уезжаешь за границу. Денег тебе по гроб жизни хватит.

– И что будет? – вдруг воскликнула Орлова. – Куда ты со своим компроматом потопаешь? В милицию? Давай, шагай. Чего молчишь? Ага! Тебе скандал не нужен, он в первую очередь по твоей башке шарахнет. Утонем вместе!