История падшего ангела - Мария Жукова-Гладкова

Вечером мы с Анькой и Лешей сидели на кухне. Детки шумно играли в комнате Вадика. Честно говоря, я задумывалась: а что мне делать дальше с Колей? Я, конечно, не против того, чтобы он у меня жил, но ведь на него нет никаких документов, он никогда не ходил в школу, родители его живы и родительских прав не лишены. На мои попытки заговорить на эти темы Коля отвечал: домой он не поедет ни за какие коврижки, а если я его сдам в милицию, он вернется на вокзал.

– Ты хочешь, чтобы я снова жил на вокзале? – смотрел он на меня своими огромными синими глазищами.

Я вздыхала и говорила, что не хочу. Анька предложила побеседовать с генералом Вездеходовым и пообещала сделать это сегодня же: Степан Петрович вроде бы поселился у нее. Правда, подружка еще не решила, как она к нему относится и хочет ли, чтобы генерал остался надолго.

– Девки, я вот вас слушаю и думаю: что вы все планируете? – подал голос Леша. – Почему вам нужно, чтобы все было по плану, как положено, по полочкам разложено, оформлено, узаконено, ну или… В общем, вы меня поняли. Живите вы одним днем. Наслаждайтесь тем, что есть. Как будет – так будет. Настя, ты ведь не хочешь выгонять Колю, так?

Я замотала головой.

– Ну и пусть живет. У мальчишки, можно сказать, впервые в жизни появился настоящий дом. Взрослые, которых волнует его судьба. И он чувствует себя старшим братом, на него Вадик смотрит, раскрыв рот, и ловит каждое его слово. Ему это страшно нравится. Ну не ходит он в школу… Сама с ним позанимайся. Я позанимаюсь, в конце концов. А насчет Вездеходова Аня права. Надо посоветоваться. И с майором твоим посоветуйся. Уж если так хочется – оформишь опекунство. По-моему, в наше время можно все – были бы бабки. Бабки ты готова на это тратить?

У меня мелькнула мысль о двадцати пяти тысячах долларов, про которые я пока и словом не обмолвилась Леше. О них знает только Коля. Скажу Коле, на что собираюсь их потратить. И потрачу. Я уже не могу думать о том, что он будет жить где-то в другом месте. Есть что-то в этом пацаненке такое… Словно приворожил он меня.

А Леша тем временем вправлял мозги Аньке. У нее есть в данный момент кто-то на примете, кроме Вездеходова? Она ведь, по сути дела, увела мужика из семьи. Более того – крупно подставила, украв его табельное оружие. То есть у генерала из-за Аньки неприятности и дома, и на работе. Да он вообще с должности слететь может, а уж строгача так точно получит. Но тем не менее он все равно перебрался к ней. Да она последней сволочью будет, если его от себя оттолкнет. Она его поддержать должна, приласкать, приголубить, показать, что он ей нужен.

– А вообще Вездеходов – правильный мент, – заявил Леша. – Это я по своим каналам узнавал. Так что, Аня, не рыпайся. Сложится – радоваться должна.

Сам Леша давно живет одним днем. Его мировоззрение и мироощущение изменились после того, как он загремел за решетку. В местах не столь отдаленных вообще меняется взгляд на жизнь. Он много думал и теперь не планирует будущее. Как сложится – так и сложится, так и должно быть.

А потом пришел Женька с бутылкой и прервал нашу беседу. Весьма удивился появлению в моей жизни Леши.

– А ты сам на Настю имел виды? – прищурился тот.

– Не-а, – протянул Женька. – Настя мне друг, так, подружка?

В общем, мы отметили подачу Женькой и Юлькой заявления о разводе. Нас с Анькой, естественно, интересовали все детали. Каким образом Юлька, столько лет державшая его в узде, вдруг согласилась на развод? Причем они достигли договоренности о том, что Женька забирает дочь, а сын остается Юльке.

Но это не его сын…

Мы с Анькой распахнули глаза, Леша хохотнул.

– Это ребенок Максимова, – сообщил Женька совершенно спокойно. – И я об этом знал. Еще когда она забеременела. Мы же с ней не спим давно. Я орал тогда, врезал ей даже, а она только смеялась и говорила, что все равно родит, а я буду таким же прекрасным отцом, как и для Аллочки. Я просто не могу быть другим. И оказалась права… Ребенок-то ни в чем не виноват…

Женька давно знал о связи Юльки и Максимова. По всей вероятности, она началась случайно: когда Леонид Борисович увещевал ее не показывать свой светлый лик прессе и не заявлять репортерам, что у члена группы есть жена. То ли Юлька рыдала на плечике у Максимова, а потом уложила его в койку, то ли он сам понял, что постель – единственный способ достигнуть консенсуса, значения это уже не имеет. Не исключено, что Юлька чем-то держала Максимова, так же как она держала Женьку дочерью.

– Чем? – спросили мы хором с Анькой.

Женька не знал, да и это его, откровенно говоря, мало интересовало. Но их отношения продолжались довольно долго. В результате Юлька родила от Максимова ребенка.

– А Леня знал? – поинтересовалась Анька.

Женька кивнул.

– Но почему тогда он не развелся со своей Ритулей? – теперь уже не понял Леша, введенный нами в курс дела. – У Юльки от него ребенок. Он в курсе насчет твоих и Юлькиных отношений. Почему бы их не узаконить? Ведь сын для мужчины всегда очень важен. А ваш Максимов был уже не мальчик, и его жена, насколько я понял, родить не могла. Ну или не хотела.

Женька вздохнул, предложил еще выпить.

– Вы сегодня Ритку слышали? – спросил он.

Мы кивнули.

А Женька продолжил рассказ, вернее, пересказал то, что услышал пару дней назад от Юльки.

Как оказалось, чуть ли не все идеи, которые Максимов воплощал в жизнь, принадлежали Ритке. Максимов мог договориться с кем угодно и о чем угодно в большой степени благодаря своему природному обаянию, но именно Ритка точно могла предсказать, какая песня станет хитом, что нужно поменять в нашем имидже, какую сплетню запустить в прессу, когда устроить скандал, с кем именно договариваться, кому дать на лапу, кого смешать с дерьмом. Без Ритки Максимов бы ничего не добился. Поэтому и не уходил от нее.

– М-да, – переглянулись мы с Анькой.

– И что с вашей группой будет теперь? – поинтересовался Леша. – Гитариста убили, но, как я понимаю, найти ему замену – не самое сложное дело. Но кто станет вашим продюсером? Я тут уже слышал и про того, которого нашла Агнесса Геннадьевна, и про твоего приятеля, Женя. А завтра у вас встреча с этой Ритой. Вы трое чего хотите?

Я сказала, что для начала следует послушать, что скажет Ритка. Что она там напланировала. Женьке с Риткой работать не хотелось. Анька честно сказала, что ей все равно. Она – как я и вся группа. Но мы прекрасно понимали, что решать нам придется всем вместе, вернее, Женьке, мне, Андрюше и Славке, потому что мы вместе – «Кокосы». В противном случае группа распадается.

Женька предложил взять завтра с собой Аркашку. Мы с Анькой дружно запротестовали, и Леша нас поддержал.

– Не стоит, – сказал мой постоялец. – Зачем дразнить гусей? Послушайте мадам, а там решайте. Настя права: вначале надо ее выслушать. И встретьтесь-ка с тем фруктом, с которым говорила Агнесса Геннадьевна. О нем даже я знаю, а я от вашего мира весьма далек. Кстати, а что о ней известно? С Агнессой-то вашей, как я понял, далеко не все в порядке.