Кукла затворника - Ольга Володарская

Карабас лежал в гараже на диване и смотрел на бегущие по стенам огоньки. Он представлял себя на месте куклы Маши. Она открывала глаза и видела их. Еще шарики. И грубую кирпичную кладку. Зрелище так себе, конечно. Но Барабас все бы сделал для того, чтобы ублажить взор своей куколки, если бы она согласилась играть с ним. В этом случае он бы и не поселил ее в гараже. Да и не пичкал бы таблетками, от которых ей стало дурно.

Он очень по ней скучал.

Но не только по Маше…

Но и по Наташе.

Дивная барышня с кукольными ножками и щечками, точно персики. И Карабасу казалось, что она его понимала. Теперь он ругал себя за то, что не попробовал с нею познакомиться стандартным образом. А у него была возможность, и не одна! Наталья проходила свидетельницей по делу, которое они с коллегами вели.

Когда Карабас впервые увидел ее, то едва не прослезился от умиления. Точно так же он реагировал на кукол. Особенно на теткиных пупсов. Но с ними он играл просто так, не испытывая сексуального возбуждения. Это же дети, а он не педофил. Наташа же, хоть и походила на пухлого ребеночка, являлась женщиной. Ей уже не только МОЖНО играть во взрослые игры, а и НУЖНО.

Карабас встал и подошел к мутному зеркалу, висящему над раковиной. Стащил накладную бороду, отклеил брови, разделся. В маскировке уже не было надобности, но она напоминала ему о кукле Маше.

Стоя в футболке и джинсах перед зеркалом, Карабас смотрел на свое вполне приятное лицо и удивлялся тому, что оно не нравится женщинам. Или дело не в нем, а в голосе? Из-за фальцета Святозара Гаранина все детство дразнили, и он вырос не уверенным в себе парнем. Он начал курить в пятом классе, чтобы голос огрубел. Постоянно пил ледяные напитки на морозе. Но ничего не помогало. Святозар научился с возрастом чуть менять тембр, но невозможно себя постоянно контролировать. Однако, когда он звонил Наталье в день похищения, смог понизить голос до баритона. Потом шептал. И девушка не поняла, кто скрывается под костюмом синьора Карабаса. Святозар боялся, что его могут выдать руки, хотел даже перчатки надеть, но в них ничего не почувствуешь, поэтому всего лишь напялил тесные перстни, чтобы пальцы казались толще.

Гаранин сложил костюм в большой мусорный мешок. Туда же отправил тряпки, которыми, как смог, украсил помещение. Проткнул шары. Гирлянды снял. Сегодня же он от всего этого избавится. Как и от нарядов куклы Маши. Потом вернет ключи от гаража хозяину. Гаранин арендовал его на полгода, когда задумал похищение. Тогда же и в органы устроился. Подстелил себе соломку. Или что-то подсказало — на службе в полиции он встретит ТУ САМУЮ девушку, которая станет его любимой куклой. Для кого-то Каттива Бамбола лакомый кусочек, но Святозар не променял бы свою Машу даже на нее.

Повинуясь порыву, Карабас выхватил телефон и набрал номер Натальи. Было уже поздно, и неприлично звонить в такой час. Но он ничего не мог с собой поделать.

— Алло, — услышал Гаранин голос Наташи. Не сонный, но усталый.

— Если я вас потревожил, простите бога ради.

— Я не сплю.

— Перенервничали?

— Да, но дело не только в этом. Мне не дают покоя коты.

— Вы и второго себе взяли?

— Не могла же я оставить его на улице. Завтра начну пристраивать. А сейчас они выясняют отношения, шипят друга на друга и скачут по мне — каждый желает устроиться на моем животе.

— А вы посмотрите на это по-другому. У вас два защитника, и они не дадут вас в обиду.

— И то верно, — с легким смешком проговорила она. — Хотя у меня их три.

— Вы еще какого-то кота приволокли?

— Я имела в виду вас. Вы бросились на моего обидчика, как тигр. А я не по поблагодарила вас за это… Спасибо, Святозар.

— Не за что, — смущенно буркнул он. — Это же был не Карабас. Вам ничего не угрожало.

— Он тоже не причинил бы мне вреда осознанно. И если бы Аркадий оказался моим похитителем… Знаете, мне было бы его жаль. Его ведь посадили бы?