Прирожденные аферисты - Сергей Зверев

А Баграма бесило затягивающееся ожидание. Казалось, что это никогда не закончится. И существовала опасность, что придет кто-нибудь из настоящего ЖЭКа с вопросом: кто они такие и что тут делают?..

Неожиданно дверь сорок пятой квартиры распахнулась, из нее вышел очкарик с мусорным ведром – видимо, это и был тот самый Мартышкин, любитель слать открытки с возвышенными поздравлениями.

Он лишь мазанул взглядом по малярам, не придав им никакого значения. А когда, выбросив мусор, перешагивал порог квартиры, то «работяги» сорвались с места и вошли следом. Притом так стремительно, что он не успел даже пискнуть.

Легко, как ребенка, Баграм внес Мартышкина в прихожую. И передал в руки Давиду.

Парень прижал хозяина квартиры к стене, выпучил зверски глаза, и прошипел:

– Молчи! Или придушу!

Баграм же, на ходу выдернув из сумки на плече свой побывавший в деле тесак, прошел в единственную комнату. Там в кресле сидел, дымя трубкой, главный жулик Лилиан Савоськин.

Король даже не сделал попытку к сопротивлению, не высказал никакого удивления. Вопросительно посмотрел на человека с ножом и спросил:

– Вы не ошиблись дверью?

– Не ошиблись, Лилиан. – Баграм осторожно подошел к нему, готовый к любому повороту событий. – Это смерть твоя пришла.

Давид затащил в комнату Мартышкина и резким толчком препроводил на кожаный диван, застеленный постельным бельем и покрытый ворсистым зеленым покрывалом.

Король внимательно поглядел на Давида, судя по всему, узнал и насмешливо произнес:

– Понятно все… И что вы хотите?

– Чтобы ты за обиду ответил, грязная собака! – произнес угрожающе Баграм. – Одного твоего уже наказали. Твоя очередь.

– Что так пафосно? – Король не терял самообладания. – Какие обиды – дети мы, что ли? Взрослые же люди. Всегда можем договориться.

– Хорошо, отдаешь деньги в двойном размере, – выдал Баграм, нависая над Лилианом с ножом наготове.

– В двойном, – поцокал языком Король. – Это слишком много. Сбросить бы надо.

– Это почему? Ты нашу обиду, время и нервы так дешево ценишь?

– За обиду Сивуха расплатился, так что забудем, – бросил пренебрежительно Король. – А вот расходы наши вы учли? Командировочные, гостиничные. А сколько паспорта стоили?

– Ты это серьезно, жулик проклятый?! – возмутился Баграм, перекладывая нож из одной руки в другую.

– А что? Гастроли – они не бесплатные.

– Над тобой топор висит, а ты мне про командировочные расходы!

– Ой, только вот не надо этого. Мы, насколько я понимаю, вопрос решаем, а не нагнетаем ситуацию. Так ведь?

– Решаем, – кивнул Баграм и тут же возмутился: – А мы что, за тобой бесплатно ездили?! Где наши командировочные?!

Стороны стали торговаться – отчаянно, за каждую копейку. И Баграма это устраивало. Ему гораздо больше нравилось решать денежные вопросы, чем оставлять за собой трупы. Хотя он был готов к любому раскладу.

А Король прекрасно понимал, что торгуется за свою жизнь. У профессиональных мошенников есть железное правило. Если видишь, что возникла опасность со стороны потерпевших или правоохранительных органов и ты еще можешь решить дело миром, – отдай украденные деньги. Наворуешь еще, а вот свободу и здоровье не купишь. Поэтому он знал, что платить по счетам придется. И еще недавно заплатил бы, сколько сказали, без особых раздумий. Но карты путало письмо матери о том, что его тайник с деньгами распотрошила доблестная советская милиция, чтоб ей пусто было! А заначки, которую он увез с собой, едва хватало, чтобы удовлетворить запросы кредиторов. Вот и торговался он отчаянно, за каждую копейку.

Договаривающиеся стороны вошли во вкус.

– Ладно, скинь еще пятьсот рублей, – попросил Король.

– Триста, – пошел навстречу Баграм.

Дело двигалось к подписанию мирного договора с соответствующей контрибуцией…