Прирожденные аферисты - Сергей Зверев

Баграм не раз сокрушался о том, как же ему не хватает Шалого. Знающего все ходы и выходы, хитрого, владеющего воровскими и милицейскими премудростями. Без него армяне были как без головы и рук. Иногда Баграма так и подмывало взять билет на поезд до Черкасс, повторить маршрут на разбитом автобусе, заявиться опять в поселок Гаврилов Ям и попросить помощи. Но он знал, что так не делается. Варнак выполнил договор, послал с ними своего самого пробивного человека. И дальше уже не его дело.

Айратяны отработали почти всю записную книжку. При этом Давид так вошел во вкус, убедительно заливая людям о множестве причин, по которым ему нужен Лилиан Савоськин, что иногда с трудом выходил из образа. Однажды он сболтнул после очередного неудачного захода в трест «Запорожмясо»:

– Как же нам эту папку вернуть?

– Какую папку, племянник? – Баграм решил, что тот над ним смеется.

– Ну, которую нам этот тип оставил.

Баграм тревожно взглянул на племянника – тот говорил настолько искренне, что, похоже, подвинулся умом:

– Э-э, ты про чего?!

Давид встряхнул головой, как будто очнулся. И нервно рассмеялся:

– Ой, Баграм! Что-то у меня уже все мозги затуманены. Ходим, ходим. Я уж и не понимаю: зачем, почему, кто я такой.

– Ты Давид. Мы ищем мошенников. Мы хотим забрать деньги и наказать их. Понятно?

– Знаю, – вздохнул Давид и неожиданно воскликнул: – Я хочу домой!

– Я тоже хочу. А можем мы это сделать?

– Нет.

– Так пошли дальше…

Адреса постепенно иссякали. Нужно было искать какие-то нестандартные пути. Вечером в номере гостиницы «Октябрь» Баграм спросил:

– Давид, что бы ты делал, имея грузовик денег?

– Дом бы построил.

– Еще?

– Машину купил. «Волгу». «ГАЗ-24».

– Их еще в продаже нет.

– Когда у меня деньги будут, то уже появятся.

– Хорошо. «Двадцать четвертую». А еще?

– Оделся бы, обулся бы. В кино ходил.

– В кино, – хмыкнул Баграм.

– Ну, или в театр. Богатым только в театр.

– В театр, – еще шире улыбнулся Баграм.

– В рестораны. Те, которые подороже. Чтобы оркестр. Официанты в пиджаках и бабочках. И хрустальные бокалы.

– Серебряные вилки, – поддакнул Баграм. – И шампанское.

– Нет. Мне и газировки бы хватило. В крайнем случае немножко коньяка. Главное, чтобы красота была. И чтобы тебе все кланялись – швейцары на входе, официанты на выходе. А иначе что туда ходить? Поесть и дома можно.

– Рестораны… Лилиан в Запорожье постоянно бывает. Должен по ресторанам гулять. А их не так много.

– Не понимаю, – посмотрел Давид на дядю.

– Пройдемся по ним.

Для очистки совести армяне отработали и этот вариант. Придумали очередную слезливую историю, зачем им некто Лилиан, – описание внешности и даже фотография прилагается. Для убедительности просьбу свою смазывали трешкой, а то и пятеркой. Такова уж природа швейцаров – брать на лапу. Это не меняется ни при капитализме, ни при социализме. И при коммунизме они тоже найдут что взять, если только останутся тогда рестораны.

Один из швейцаров в ресторане только что построенной гостиницы «Интурист» на проспекте Ленина, глядя на фотографию, снял фуражку, вытер пот и кивнул: