Часы королевского астролога - Наталья Солнцева

– Значит, вы никого из ее поклонников не видели?

– Имеете в виду, не приводила ли она их сюда? Нет, не приводила. Она была воспитанной девочкой и не позволила бы себе…

Радич вдруг напрягся, сдвинул брови:

– Вы намекаете… что ее… убил… Это невозможно! Уверяю. Кристина очень разборчива, она не стала бы встречаться с кем попало. Нет! Исключено. Она угодила в руки маньяка… извращенца, чудовища… Видели, как он ее одел перед… перед смертью?

– Так это не ее платье?

– Я никогда не видел у нее этого… жуткого платья… Никогда…

– Там была еще маска. Ваша дочь увлекалась костюмированными вечеринками?

– Кристина любила дорогую элегантную одежду. Могу показать вам ее гардероб…

– Спасибо, я верю. А на карнавалы, маскарады она ходила?

Александр Степанович затряс головой:

– Мне об этом ничего не известно! Скажите… как она оказалась в дачном поселке? Маньяк заманил ее туда и… Слава богу, он ее не мучил… умертвил быстро…

Видимо, Радичу не сообщили всех подробностей. В морге у него случился сердечный приступ, так что визит к следователю пришлось отложить. Оперативники задали убитому горем отцу пару вопросов и отпустили домой.

– Дом, где обнаружили… тело вашей дочери, принадлежал Руфине и Филиппу Левашовым, – сказала Астра. – Вы были с ними знакомы?

– Нет… Я уже говорил это сотрудникам милиции.

– А Глебовых, нынешних хозяев, вы знаете?

Александр Степанович долго молчал, закрыв глаза.

– Когда-то Алеша Глебов учился на моем факультете… вместе с Кристиной. Его отец тогда был чиновником в Минздраве… Какое ужасное совпадение! Я вспомнил уже дома… Неужели тот самый Глебов? Может, однофамилец?

Астра хотела сказать, что Алексей Глебов – муж хозяйки коттеджа в Линьковке, Магды Глебовой, – тот самый. Но промолчала. Сей факт следствие истолкует не в пользу ее клиента. Пусть сами докапываются. «Как ни жаль Радича и его погибшую дочь, я не должна действовать во вред Глебову. Его вина под вопросом, – рассудила она. – По крайней мере, для меня!»

Александр Степанович перевернул страницу в альбоме.

– Кристина и Алексей питали теплые чувства друг к другу, – заявил он. – Дочь увлеклась этим молодым человеком, даже, полагаю, влюбилась со всей горячностью, свойственной молодости. У них завязался студенческий роман, который не перерос в серьезные отношения. Во всяком случае… после окончания учебы они не встречались. Не скрою, что хотел бы видеть Глебова своим зятем. Даже помогал дочери, как мог. Устроил их на практику в одну клинику… Не сложилось! Наверное, мне не стоило вмешиваться. Я был довольно резок, несправедлив…

Он чуть не признался, что советовал дочери забеременеть. Тогда бы Глебов-старший принудил сына жениться!

Годы и собственная драма притупили память Радича, но этот разговор с незнакомой женщиной снова вернул его в забытое прошлое. Сейчас, когда Кристина умерла, он не мог предать ее, вытаскивая на свет оскорбительные подробности. Вряд ли это имеет отношение к ее гибели.

– Алеша бросил медицину, хотя подавал надежды как хирург. Ударился в бизнес. Кристина собиралась защищать кандидатскую диссертацию, но остыла… Я не настаивал. Вот, взгляните: они сфотографировались на Воробьевых горах. Такие счастливые…

Астра сразу узнала Глебова – молодого, худощавого, с широкими плечами, обтянутыми тенниской. Он улыбался в объектив, обнимая Кристину. Она – довольно упитанная, с ямочками на щеках, в открытом летнем платье без рукавов.

Астра невольно сравнила ранние и более поздние фото. Годы и целенаправленные усилия действительно меняли внешность Кристины, прибавляя шарма. Она становилась тоньше, изящнее, в глазах появилась глубина, подернутая темной дымкой.

– Покажите мне последние снимки вашей дочери.

– Пожалуйста…

Радич высыпал на колени карточки. Кристина в своем рабочем кабинете: на заднем плане – вазон с широкими резными листьями. Кристина с букетом полевых цветов. Кристина в купальнике на морском пляже…

– Она принадлежала к типу женщин, которые с возрастом только хорошеют, – вздохнул ее отец. – Как моя… бывшая жена. Внешностью дочь удалась в нее, а характером – в меня. Однолюбка, с виду спокойная, а внутри – вулкан. Нельзя переживания держать в себе, это разрушает сердце. Может быть, Кристина щадила меня – после ухода жены я долго хворал, вынужден был оставить должность декана. Теперь подрабатываю кардиологом в частной поликлинике, веду прием.

– Почему коллеги не хватились Кристины, когда она не вышла на работу?

– Как не хватились? Главврач телефон оборвал. А что я ему скажу? Не знаю, мол, где моя дочь? Я везде искал ее, как мог. В милиции у меня не взяли заявление. «Приходите через трое суток!» Я за это время глаз не сомкнул, упаковку таблеток извел…

– Раньше бывало, чтобы Кристина не ночевала дома?

Радич скривился от боли и приложил руку к левой стороне груди.

– Бывало… Она же не святая. Домой мужчину не приведешь, а как же встречаться? Но когда она где-то оставалась, всегда звонила, предупреждала. А тут ни звонка, ничего. И сама трубку не берет.

Часы в шкафу за стеклом показывали полночь. Астра подумала, что надо бы их остановить, ведь в доме – покойник. Хотя тело Кристины лежало в холодильнике морга, дух смерти витал в этой опустевшей квартире.

– Можно мне взглянуть на комнату вашей дочери?

– Да, конечно. Идемте…

Радич с трудом поднялся и, ссутулившись, повел ее по коридору.

Спальня Кристины была обставлена хорошей мебелью, на полу лежал розовый ковер. Туалетный столик полон косметики и духов. С потолка свисает антикварная люстра.

– Она много зарабатывала?

– На жизнь хватало. Мать регулярно присылала ей денег. Заглаживала вину…

«Какую вину? – подумала Астра. – Кристина была уже взрослой, когда ее мать оставила отца ради другого мужчины. Радич так и не простил жену. Она-де поступила аморально, пожертвовав семейными ценностями ради личной прихоти!»

Напротив кровати висела картина – молодая черноволосая женщина в ярком платье, в руках плетеная корзина, в которой сидят две голубки.

Астра подошла ближе и подняла голову. Неужели Коломбина? Вот, кажется, и маска – привязана к ручке корзины, потому не сразу видна.

– Как называется картина?

Доктор отрицательно дернул подбородком:

– Не знаю. Портрет какой-то женщины, вероятно. Кристине подарили. Дешевка…

Астра только после его слов сообразила, что перед ней – репродукция.

– Я бы хотела поговорить с вашей бывшей женой.

– Это невозможно. Я же сказал, она в Чехии.