Десять заповедей мертвеца - Марина Серова

Я сдержала слово – никто ничего не узнал. Я вспомнила об этой истории в начале апреля. Ранним утром я приехала в аэропорт – встречать одного человека, который не имеет совершенно никакого отношения к тайнам семьи Кричевских и вообще совершенно из другой оперы. Собственно говоря, это был мой художник – тот самый, нечто среднее между Дольфом Лундгреном и Альбрехтом Дюрером. Самолет задерживали, и я слонялась по аэропорту. Мое внимание привлек знакомый голос.

– Женя! – взвизгнула молодая девушка и бросилась мне на шею. Я с удивлением узнала Жанну Подаркову – то есть теперь Кричевскую. Девушка расцеловала меня в обе щеки, как лучшую подружку, и доверительно сообщила:

– А мы с Валей летим в Америку!

Валентин подошел поздороваться. Оказалось, молодые отправлялись в гости к Евгению Больцу – скрипач сдержал обещание и пригласил сына и невестку пожить у него.

Я огляделась по сторонам в поисках остального семейства. Валентин усмехнулся:

– Мамы здесь нет. Она вообще больше не живет с нами. Говорит, нам полезно побыть самостоятельными.

– Она удочерила девочку! – сияя глазищами, сообщила мне Жанна. – Дочку этого… ну, которого тогда убили…

– Аркадия Момзера, – пояснил Валентин. – Девочка осталась сиротой, и мама взяла ее к себе.

– Ой, я всегда говорила, что Светлана Сергеевна – добрейшей души человек! – сжала ладошки Жанна.

– А Галина Георгиевна? – вежливо поинтересовалась я.

– Она живет с нами, – погрустнела Жанна, – но редко выходит из комнаты. У нее много персонала – массажистка, личный тренер, недавно она наняла компаньонку… но какая-то она стала невеселая. Мы ее звали с собой, но она отказалась ехать. Сказала, ее место здесь. Годы берут свое, – вздохнула Жанна.

Юным супругам было пора идти на посадку. На прощание Жанна еще раз обняла меня и шепнула на ухо:

– Спасибо вам, Женя! Если бы не вы, ничего бы этого не было…

– Не меня надо благодарить, – хмыкнула я и тут же прикусила язычок. Я же обещала Гордееву ничего не рассказывать о нем. А свое слово я держу.

– А знаете, – вдруг обернулся Валентин, – мы после свадьбы получили неожиданный подарок – «Дэу Матиз» для Жанны. Опросили всех знакомых, но никто не признается. Это не вы, случайно?

Я отрицательно покачала головой.

«Матиз» – женская машинка. И его цена вполне сопоставима со стоимостью подержанных «Жигулей» плюс квартира на девятом этаже…

Мало ли людей в нашем провинциальном городишке совершают самоубийства?

– Понятия не имею, кто бы это мог быть, – улыбнулась я.