Десять заповедей мертвеца - Марина Серова

– Ну, не сам же он до этого додумался! – торжествующе посмотрела на дочь старуха. – Он сделал это по твоему приказу.

– Мама, молчите! – взвыла бизнесвумен. – Вы ничего не знаете! Я не давала такого приказа! Влад сделал это по собственной инициативе! Придурок! – вдруг злобно добавила Кричевская.

– Не смей оскорблять память моего покойного сына! – взревела Галина Георгиевна.

– А что не так? Придурок он и был! – огрызнулась Светлана. – Ничего нельзя было поручить… раз уж он решил устранить Аркадия, надо было нормально делать! А он его придушил удавкой и решил, что дело в шляпе! Умник, блин!

– Но Аркадий был еще жив, – высказала я догадку. – Он даже успел нацарапать записку, кого следует винить в его смерти. Ведь он знал, что Влад – ваш охранник, и предположить не мог, что тот действует по собственной воле, а не по вашему приказу.

– Этот болван притащился ко мне – рапортовать, как он ловко все обстряпал! – произнесла Кричевская.

– Вы ведь в это время были на благотворительном балу, верно? – сообразила я. – У вас было отличное алиби. Как вы изящно выразились, железобетонное. Но разъясните мне одну вещь…

Светлана непонимающе смотрела на меня.

– Как вы оказались на месте преступления? Ведь вы были там, я своими глазами видела пятнышко крови на ваших брюках. Получается, контрольный выстрел был сделан при вас…

Светлана закусила губу. Потом тряхнула головой:

– Да, верно. Этот идиот приехал похвалиться, как ловко он убрал с дороги моего врага. Как будто Аркашку нужно было убивать!

– Ну конечно, вы не собирались пачкать свои руки, – усмехнулась я. – Вы же сами признались – надо было только подождать. Вы разорили вашего бывшего компаньона, раздели до нитки, перевели на себя все его контакты и связи – и бросили. Оставалось только подождать, пока кто-нибудь его прикончит. Но тут вылез Влад со своей инициативой…

Кричевская мрачно кивнула:

– Не знаю, что на него нашло. И вот этот кретин привозит меня на место убийства… Сначала я не хотела ехать, отбивалась… но потом сообразила, что Владик невеликого ума мужчина и мог где-нибудь напортачить. Оставить следы на месте убийства и тому подобное.

– И вы поехали убедиться, что все в порядке?

Светлана тоскливо уставилась на свои руки.

– Я поехала попрощаться с Аркашкой. Все-таки он столько лет был моим партнером…

– Приехав на место, вы обнаружили, что Момзер жив.

– Да, это был такой ужас… Влад перевернул труп, чтобы продемонстрировать мне качественную работу… и вдруг труп открывает глаза и хрипит: «Света, за что?!»

– После этого вы отдали Владу приказ добить Аркадия, – поняла я.

– А что мне оставалось делать? – ощерилась Кричевская. – Сначала у меня мелькнула мысль вызвать «Скорую»… Но Аркашка ни за что на свете не поверил бы, будто я не причастна к этому! И тогда Влад выстрелил ему в голову. Он собирался отвезти меня домой и вернуться – перепрятать тело… Но какие-то кретинские лыжники обнаружили его раньше, чем он успел это сделать.

Галина Георгиевна с непонятным выражением смотрела на дочь. Потом старуха важно покачала головой:

– Да, Светлана, признаю – я совершенно тебя не знала! И в кого ты только такая?!

Пока Светлана хватала ртом воздух, пытаясь найти слова для ответа матери, я предложила:

– А хотите, я вам расскажу, почему Влад решился на такую глупость, как убийство Момзера?

Мать и дочь уставились на меня. Я продолжала:

– Причина этого – мое появление в доме. Вы, Светлана Сергеевна, наняли меня якобы ради защиты вашей матери. На самом деле Галина Георгиевна ни в какой охране не нуждалась. Вы совершенно не боялись Момзера и не ждали угрозы с его стороны. Он был сломленным человеком и никогда не причинил бы вреда вашей семье. Он еще помнил времена, когда Галина Георгиевна кормила его пельменями и ушивала спадающие брюки. Но вашей маме было скучно, и она действовала вам на нервы. Тогда вы навели обо мне справки, выяснили, что я дочь офицера – эта информация есть у меня на сайте, – и поняли, что я подходящая игрушка для Галины Георгиевны. Так и получилось.

Поэтому, когда произошло покушение на Галину Георгиевну, вы не знали, что и думать. Получалось, кто-то в этом городе действительно желает вам зла, раз напал на вашу старушку мать?

А ваша паника при известии о приезде Валентина была вызвана ревностью – вы не хотели, чтобы мальчик встретился с отцом. Вы до сих пор ненавидите Больца, не можете его простить, и вам неприятно, что Евгений общается с Валей.

– Вот это вас совершенно не касается! – отчеканила Светлана.

– Да. Вы правы. Не касается. Но смерть Момзера спровоцировала мое появление в вашем доме, поэтому я считаю, что часть отвественности падает и на меня тоже.

– При чем тут вы? – скривилась бизнесвумен.

– А при том. Влад Швецов задумал устранить вас с дороги. И вашего сына, кстати, тоже. Ему нужно было спешить – мальчишку следовало убрать до тех пор, пока он несовершеннолетний. Если бы Валя остался жив, он унаследовал бы все ваше имущество. А ведь Влад Швецов и Валентин Кричевский не родня. После него никакое наследство Владу не светило. Мальчик должен был исчезнуть. И тут в доме появляюсь я – телохранитель-профи. Естественно, Швецов не мог допустить, чтобы я ошивалась поблизости. А вдруг я что-нибудь замечу и все пойму? Поэтому он собирался ускорить события – устроил покушение на мать. Он хотел напугать Галину Георгиевну, сделать ее более сговорчивой… а заодно устранить меня. Это я должна была погибнуть в тот день, а вовсе не бедный Вова… который вдобавок оказался отцом Влада…

Семейные тайны Кричевских сидели у меня в печенках, поэтому я поскорее закончила:

– Но меня не так-то легко убить. Именно поэтому Влад Швецов проиграл. Ну, есть еще одна причина, куда более основательная…

Галина Георгиевна не отрываясь смотрела на меня. Ее черные глаза были непроницаемы. Наконец старуха заговорила:

– И что же это за причина такая?

Я пожала плечами:

– Правда была не на его стороне.

– Что?! – переспросила Светлана.

– В Средние века существовало такое понятие, как суд Божий, – терпеливо пояснила я. – Право решить, кто прав, предоставляли случаю. Считалось, побеждает тот, на чьей стороне правда. Даже слабейший противник выигрывал поединок, если был прав. Решение Божьего суда не оспаривалось и считалось окончательным. Именно это и случилось с вашим сыном, Галина Георгиевна. На его пути повстречался ангел. И все закончилось так, как закончилось.

Кричевские переглянулись:

– Что вы намерены делать, Евгения? – первой нарушила молчание Светлана.

Я усмехнулась:

– Ну, вот, наконец-то я слышу самый важный вопрос. Ведь именно из-за него вы затеяли эту исповедь, верно? Иначе какой смысл вам отчитываться за свои поступки перед наемным работником, да, Галина Георгиевна? Но вас беспокоило, что я слишком много знаю… Не волнуйтесь. Я ничего не планирую. Никуда не побегу и никому не расскажу о том, что узнала за время службы в вашем доме. Спите спокойно.