Великолепная корпоративная вечеринка - Наталия Левитина

С утра Софья занялась вовсе не осмыслением трудной ситуации, а новым клиентом.

Кристина Лунская вызвала Орешкину и представила ей господина Залесова. Бизнесмен, владеющий сетью супермаркетов «Залесов», обладал внешностью матерого помещика – квадратная кряжистая фигура, очаровательные глазки, злобно стреляющие в собеседника из глубины вытесанной топориком физиономии. Сходства добавляла короткая и густая русая борода, идеальным полукругом обрамлявшая мясистую ряшку Залесова.

На шелковом галстуке сверкала крупным бриллиантом булавка, великолепный костюм тщетно пытался придать изящество крестьянским формам господина Залесова.

Соня разглядывала нового клиента с интересом. В городе о Залесове слагались легенды, его фигура, благодаря устному творчеству масс, вырастала до образа колоритного былинного героя. Например, в залесовских супермаркетах всегда продавались самые дешевые яйца. Очевидно, это было фишкой Залесова. Конкуренты пытались демпинговать, но безрезультатно. В магазинах Залесова яйца всегда продавались на рубль-полтора дешевле.

Или. Построил как-то господин Залесов гипермаркет. Но не рассчитал и попал этим гипермаркетом в самую что ни на есть водоохранную зону. Год назад никто бы и не заметил. Но из Москвы долетел до провинции ветер перемен, повелевающий сносить все, что выстроено с нарушением закона. И Залесову, увешанному, как елка снежинками, разнообразными документами и разрешениями, предложили снести здание. Господин предприниматель немного подумал, а потом взял и выбил еще одно разрешение – на перенос речки. И перенес реку за пределы водоохранной зоны. А в гипермаркете стал опять-таки продавать самые дешевые в городе яйца. За что был страстно уважаем старушками.

– Достался мне от прадеда интересный рецептик, – интимно поделился с Софьей помещик. – И под это дело прикупил я пивоваренку. «Залесовскими пивоварнями» мое предприятие называется… Вот, думаю, раскрутим новую марку пива.

– Пивом мы занимались, – подавила вздох Сонечка. – Успешно. С «Компанией Березина».

Пиво как объект творчества Софью не вдохновляло. Ее мучила совесть. Ей казалось, она помогает губить и без того не особо здоровую нацию, расписывая прелести слабоалкогольного, но все-таки алкогольного напитка.

– Березин против меня букашка, – самодовольно усмехнулся господин Залесов. – Я Кристине Вадимовне уже сказал, сколько собираюсь вложить в рекламу.

– Сумма впечатляет, – кивнула Кристина. Она многозначительно посмотрела на сотрудницу – Соне следовало бы проявить побольше энтузиазма в общении с клиентом. – Софья руководит отделом, и она сформирует для вашего проекта рабочую группу из самых лучших специалистов. А вы присылайте своего представителя, который будет непосредственно участвовать в процессе.

– Что ж, барышня мне подходит, – прокряхтел Залесов. Он придирчиво осмотрел Соню. – Я видел рекламку березинского пойла. Даже попробовать захотелось!

Капиталист остановил взгляд в районе Сониных бедер. На девушке сегодня была узкая юбка. Наверное, именно покроем юбки и заинтересовался клиент.

– Хмм, а я уж и названьице для моего пива придумал, – обрадовал Залесов.

– Серьезно? И? – одновременно встрепенулись Кристина и Софья.

– «Залесов», – ответил Залесов.

– Гениально! – воскликнула Соня. – Коротко, мощно, убедительно!

Помещик Залесов сыто ухмыльнулся.

«Софья руководит отделом»! – с замиранием сердца повторяла Соня слова Кристины, выходя из кабинета. – Значит, она утвердила меня в должности? И я уже не «исполняющий обязанности», а полноценный начальник? Вот это подарок! Моя мечта сбылась… Но что, если Кристине расскажут о том, как я и Аркадий Игоревич… Как мы… Что мы с ним… О нет!»

Теперь, кроме Виолетты Крикуновой, терзать Софью был уполномочен еще и господин Залесов. Сонечка утешала себя мыслью, что помещик не станет самолично контролировать процесс создания рекламы, а только утвердит готовый продукт. Ежедневно общаться с нуворишем, испорченным бациллой всемогущества, было бы утомительно.

Две крайности, два полюса – умопомрачительная роскошь и глубокая нищета – являлись Соне в те дни, когда она встречалась с богатыми клиентами, а затем направлялась в дом престарелых к Кирочке.

Преодолевая затхлые казенные коридоры интерната, натыкаясь на санитарок в грязных халатах, Соня вспоминала царские апартаменты Виолетты Крикуновой и удивлялась разнообразию жизни.

Кирочка делила комнату с Тамарой – толстой старухой, фейс которой по периметру густо зарос седыми волосами. Сейчас истребительница орхидей сидела на продавленной кровати, крепким задом раскачивала панцирную сетку и с чавканьем поедала соленые огурцы. Она шарила в трехлитровой банке пятерней, ее пальцы были облеплены мокрым укропом.

Кирочка, как обычно, тщательно готовилась к встрече с единственным другом – смастерила причесочку, соорудила мэйк-ап.

– Как ты считаешь, не слишком яркая помада? – шепотом спросила она у Сонечки.

– Да нет. Вам идет.

Тамара смачно хрюкнула и подключилась к разговору:

– В твоем возрасте только губы мазать! Ишшь, намалевалась!

Кира Леонидовна вздрогнула и бросила на Соню страдальческий взгляд.

– Вот майский «Shape», – тихо сказала Соня.

– Ах, спасибо! Я так люблю этот журнальчик. Там интересные упражнения.

– Вы что, их делаете?! – ужаснулась Софья.

– Обязательно. Украдкой, когда ее нет в комнате. Надо держать себя в тонусе, – одними губами произнесла Кирочка. Она боялась услышать от Тамары очередное замечание.

Сонечка глубоко задумалась, пытаясь вспомнить, когда последний раз качала пресс.

Бесцеремонная малярщица сожрала последний огурец и направилась куда-то с пустой банкой. По дороге она метнула жадный взгляд на тумбочку соседки, заставленную контейнерами, – Сонечка, как обычно, приволокла целую сумку еды.