Ресторан «Испанский дворик» - Марина Белова

– Вот я и пришла вас поблагодарить, – она взглядом показала на стол Алены, на котором стояла бутылка шампанского и большая коробка конфет. – А еще хочу вас пригласить на презентацию моего ресторана. Она состоится приблизительно через месяц. Точную дату я сообщу позже, когда принесу официальные приглашения.

Когда речь зашла о ресторане, Настя как будто засветилась изнутри.

– Какого ресторана презентацию? – спросила я, глядя на сверкающую от счастья Ольшанскую.

– Испанского, разумеется. Название ресторану я еще не выбрала, но в нем будет все, как в Испании.

– Так-так-так, – часто закивала головой Алина. – Похоже, мои самые худшие опасения сбылись.

– То есть? – насторожилась Настя.

– Вы все-таки ограбили Альгамбру!

– Я? Ну что вы! Как вам такое в голову могло прийти?!

– Могло-могло. Может, объясните, откуда у вас деньги на ресторан?

– Ой, это долгая история, – с мечтательным выражением на лице протянула Настя.

– Да уж долгая. Мы в курсе. И знаете, перед нашими глазами вырисовывается не очень хороший образ аферистки и авантюристки! – Алина угрожающе пошла на Настю, тесня ее к двери нашего кабинета.

Я предусмотрительно забежала вперед и открыла дверь. Через секунду Настя, словно в ловушке, стояла перед нами в запертом на ключ кабинете.

– Надеюсь, вы понимаете, что одного звонка хватит, чтобы надолго засадить вас за решетку? Один звонок в испанское посольство и через час здесь будут люди из Интерпола. О вас будут писать все газеты. Бомба, а не новость! Кража века! Кстати, по вашей милости, в испанском каземате томится Владимир Ермаков. Он отвлекающий маневр? Я правильно догадалась? – Алина исподлобья расстреливала Ольшанскую взглядом.

– Вы только жертву из Ермакова не делайте, – неожиданно ощетинилась Настя.

– Допустим, что Ермаков не пример для подражания, но как вы можете его осуждать, если сами стали на путь воровства и предательства.

– Какое воровство? – недоуменно спросила Настя. – Я в жизни ничего чужого не взяла. Какое предательство?

– Ах, вы не в курсе! Вы украли сокровища последнего халифа Гранады, спрятанные в Альгамбре! Вы присвоили то, что по праву должно принадлежать другому человеку. Вы предали свою подругу, Маргариту Кошевую, которая доверила вам семейную тайну! Вот о каком предательстве, и о каком воровстве идет речь!

– О, боже! – Настя возвела к потолку руки, потом посмотрела на наши серьезные лица и … засмеялась. – Я должна вам все объяснить. Я не ничего не крала из Альгамбры. Клянусь всеми святыми. Деньги на ресторан я добыла совсем другим путем…

– И мужа чужого не уводили? – в тон ей вставила Алина. – Между прочим, вы разбили семью, в которой есть ребенок. А это грех! Вы в курсе, что у Антона Литовченко маленький сын?

– Я увела из семьи Антона? – Настя засмеялась еще громче. И смех был не истеричный, а искренний. Так смеются люди, которым шутка пришлась по душе, – Антон сейчас дома в объятиях жены. Ну и сын, наверное, рядом.

– Алина, не перебивай Настю, – вмешалась в разговор я. – Настя, вас очень трудно понять. Вы хотели нам все рассказать. Присаживайтесь. Я попрошу, чтобы Алена сварила нам кофе.

– Спасибо, можно и без чая. Ваша секретарша меня уже угостила. А вот присесть не помешает, поскольку начну я издалека. У меня есть подруга, очень близкая, ее зовут Рита Кошевая. Я дружу с ней самого детства. У Риты была бабушка – баба Маня. Вы не представляете, что за человек это был. Ее в Советский Союз привезли девочкой, она здесь выросла, получила образование, но так и осталась испанкой по духу, по темпераменту. Огонь – а не женщина. Она так и не смогла вернуться на родину, но любовь к ней пронесла через всю свою жизнь и сделала все, чтобы привить Рите любовь к исторической родине. Я часто бывала у них в доме. Мы учились в школе, где иностранным языком был испанский, и поэтому я приходила готовить домашнее задание к Рите домой. Бабушка Маня много рассказывала нам о своем испанском детстве. Рассказывала сказки, истории, много придумывала сама. Она была такая фантазерка. Так получилось, что Испанию я полюбила наравне с Ритой, может даже больше. Ритка не такая увлекающаяся натура, как я. Она знала, что поездка в Испанию больших денег стоит, а жили они с матерью очень скромно, потому о бабушкиной родине и не мечтала. А потом баба Маня умерла, оставив после себя целый ворох рассказов и сказок, которые она написала для того, чтобы обучить Ритку языку, нормальному, разговорному, не тому которому учат в учебниках. После смерти бабы Мани Рита сразу остыла к языку. Без бабушки не интересно было изучать то, что тебе может в жизни и не пригодится.

– Позвольте, но мы знаем, что перед смертью Мария Лафарга передала внучке свой дневник, в котором речь шла о сокровищах Альгамбры.

– Да, был такой факт в Риткиной биографии, но тогда она подумала, что это очередная бабушкина сказка, и спрятала дневник подальше. Без бабушки его читать не хотелось.

– И что было дальше?

– Мы выросли. Рита поступила на курсы бухгалтеров. Я стала журналистом, потом пришла работать на телевидение. Хотела вести программы о путешествиях – моя душа рвалась к приключениям, – но мне предложили поработать в программе «Что у нас на ужин?». Я согласилась. А потом мне в голову пришла идея: а почему бы ни открыть сеть ресторанов национальной кухни? Ресторан испанской кухни! Я до сих пор бредила этой страной. Однажды мы с Риткой сидели у меня, пили вино, болтали. Разговор зашел о бабе Мане. Я сказала Ритке, что часто ее вспоминаю – хороший человек был, таких не часто встретишь. Вот бы с ней открыть ресторан! А Рита мне сказала, что тоже недавно вспоминала бабушку. Ей на глаза попался бабушкин дневник, и она его перевела, просто так, от нечего делать. «Бабушка и на смертном одре была в своем репертуаре. Посмотри, что она тут напридумывала, – с этими словами Рита достала из сумки тетрадку и протянула ее мне. – Это перевод дневника с испанского языка на русский. Пришлось вспомнить школьные уроки. Представляешь, если бы это все было правдой? Настя, а вдруг?». Я залезла в Интернет. Нашла Гранаду, Альгамбру. То, о чем писала бабушка Маня, очень было похоже на правду, многое сходилось, но мы хорошо знали старушку – она так умела разыгрывать, смешивая реальность с вымыслом, – что всерьез не отнеслись к дневнику. Однако мысль о сокровищах плотно засела у меня в голове. Про себя я решила, что когда-нибудь обязательно попаду в Испанию, доберусь до Альгамбры, а там посмотрим, придумала баба Маня сокровища или нет, – Настя сделала акцент на слове «когда-нибудь».

– Значит, в тот момент вы не поверили завещанию Марии Лафарга? – уточнила Алина.

– Я же вам объясняю. Я очень-очень хотела поверить. Меня смущали некоторые факты из биографии бабы Мани. Она родом из Гранады и могла бывать в Альгамбре. Детские воспоминания самые яркие. Они остаются с человеком на всю жизнь. Что ей стоило какое-то место описать по памяти? Водоем, колонны, плиты… Разбавьте ложь капелькой правды и вам поверят. Я хорошо знаю этот прием, и потому не торопилась хватать лопату и мчаться в Альгамбру.