Ночная жизнь моей свекрови - Дарья Донцова

– Седина в бороду, бес в ребро, – кивнула я.

– Но не в случае Якова Сергеевича, он никогда ни одну медсестру за задницу не ущипнул. Я бы хотела иметь такого мужа. Еще кого-то проверить или хватит Фейн? – Алина вернулась к главной теме разговора.

– Клиника существует двадцать лет? – спросила я.

– Восемнадцать, – поправила Алина.

– Посмотри, что есть на Анну Волынкину, – распорядилась я.

Алина застучала по клавишам:

– Да. Вижу. Ох и проблем у нее! По всем кабинетам прошла. А! В анамнезе болезнь Гоше. Волынкина таблетки горстями пила. Кардиолог ей три препарата выписал, иммунолог четыре, два до кучи невропатолог добавил. Снотворное, успокаивающее, статины, прямо бродячая аптека. Но она в последний раз здесь давно была, больше шести лет назад, потом пропала. Может, умерла? Столько пилюль глотать, точно не выживешь. Кстати, тоже бонус Ремчука. Вот он всегда говорит:

«К сожалению, мы плохо знаем, как отреагирует человеческий организм на лекарство. Два наименования, принятые одновременно, могут вместо пользы нанести вред. А уж если их три, четыре, пять, то это просто химическая атака». Ремчук сторонник неагрессивного лечения. Да только он гинеколог, а Волынкину врач этого профиля не интересовал.

– Ты мне так и не объяснила, что это за бонус, – вспомнила я.

– Я начала, да ты захотела поговорить о Баринове, – возразила Алина. – Когда человек впервые приходит в медцентр, он заполняет анкету. Имя, фамилия, адрес, телефон, ничего особенного, но внизу есть вопрос: «Откуда вы узнали про медцентр Баринова». Администратор просит непременно дать ответ. Иногда клиент пишет: «Рекламу в газете прочел». Или: «Застрял в пробке около вашего баннера».

Но чаще всего клиенты называют чью-то фамилию. «Мне посоветовала заглянуть сюда подруга, Катя Иванова».

И начинается самое интересное. Катя Иванова получает бонус. В следующий раз ей достанется подарок: бесплатно сделают анализ или проведут сеанс массажа. А в компьютере отметят у Ивановой один бонус. Накопит двадцать пять – ей скидка на все услуги. Она увеличится, если Катя приведет сюда новых пациентов. Или, допустим, ей понадобится операция, она оплатит пребывание в общей палате, а ее положат в отдельную. С врачами и медсестрами та же система. Ремчук у нас чемпион, по итогам года должен получать денежную премию, но она ему не нужна, он совладелец центра.

Я ощутила охотничий азарт:

– Волынкина и Фейн были знакомы с Ремчуком. А где они с ним встретились?

Алина пожала плечами:

– Понятия не имею. Если это тебе интересно, спроси его сама.

– Непременно, – пообещала я, – теперь ищем Ларису Ерофееву, тридцати пяти лет.

– Такой нет, – сказала спустя короткое время Алина.

– Проверь еще раз, – велела я.

Алина, не моргая, смотрела на монитор:

– Ерофеевых трое. Двум хорошо за шестьдесят, и двенадцатилетняя девочка, они явно не подходят.

– В медцентре принимают детей? – подпрыгнула я.

– Конечно, есть педиатрическое отделение, – просветила меня Алина, – грудных Яков Сергеевич не записывает, а первоклассников – пожалуйста.

– Ну-ка, проверь Ванду Плес, девяти лет, – занервничала я.

– Ей исправляли прикус, – не замедлила с ответом Колоскова, – бонус доктора Ремчука.

– Таня Косых, возраст тот же, – с замиранием сердца продолжила я и испытала разочарование.

– Такой нет, – тут же сообщила администратор.

Все верно, Ванда девочка из хорошей семьи, ее родители забеспокоились, увидев, что у дочки зубы растут вкривь и вкось. А Тане не повезло, она родилась в семье алкоголиков.

– Иванна Реутова, с ней как? – насела я на Алину.

– Булимия, – коротко ответила Алина, – бонус доктора Ремчука.

– Булимия? – поразилась я.

– Неконтролируемое обжорство, – перевела медицинский термин на бытовой язык администратор, – возникает как следствие жесткой диеты. Как правило, булимией страдают девушки и молодые женщины. Им кажется, что их вес зашкаливает за норму, поэтому они урезают порции, выбрасывают из рациона все жирное, сладкое, сдобное, худеют до состояния скелета и все равно остаются недовольны, начинают питаться листьями салата. Иногда они срываются, и тогда могут сожрать двадцать шоколадок за раз, пятилитровую кастрюлю супа, десять котлет. Желудок раздувается, подпирает легкие, девушка начинает задыхаться, засовывает два пальца в рот, и… здравствуй, унитаз. Булимия лечится трудно, иногда приводит к летальному исходу.

– В девять лет рано думать о диете! – воскликнула я. – В таком возрасте играют в куклы и классики.

Алина с превосходством посмотрела на меня:

– Не те сейчас времена. Может, ты и прыгала через скакалочку студенткой, а нынешние девчонки едва читать по слогам научатся, сразу хватают глянцевые журналы. Кто там на фото? Скелет комара в ботфортах. Ну и начинается! Иванна, вероятно, мечтала ходить по подиуму. Она у Баринова наблюдалась три месяца. Когда пришла, ее рост был метр тридцать, а на последнем приеме ее измерили – девочка вытянулась на десять сантиметров. Если так и дальше пойдет, она к пятому классу учителей перегонит. Акселерация, генномодифицированные продукты, мясо с антибиотиками. Я уже ничему не удивляюсь.

Я показала на бутылку воды:

– Можно попить? Я тоже не удивлюсь, если узнаю, что следующая девочка по имени Галя Вербова получила очередной бонус Ремчука. Этот ваш врач такой активный? Или ему очень деньги нужны?

Алина ловко открутила пробку:

– Антон Борисович больше чем доктор, он лучший друг Якова Сергеевича. Ремчук и Баринов учились в одной группе в институте. Конечно, Антон Борисович очень старается, в медцентр вложены и его деньги. Он симпатичный, говорит хорошо, имеет много друзей среди писателей, журналистов, его часто зовут во всякие шоу, и он старательно пиарит клинику. Вчера забежал ко мне и говорит: «Ангел, дай мне рекламные листовки».

Я сказала: «Закончились!» – «Очень жаль, – приуныл Антон Борисович, – мне надо хоть штук двадцать найти». Мне стало любопытно: «Зачем они вам?» – «Меня пригласили в программу на Первом канале, – похвастался Ремчук, – хочу раздать листовки людям, гостям, режиссеру, зрителям. Слушай, отпечатай мне их на принтере, у тебя должен быть макет».

Алина порылась в ящике стола, нашла упаковку пластиковых стаканчиков, выдернула один, наполнила минералкой, протянула мне и подвела итог:

– Вот почему очень многие на рецепшен про Ремчука вспоминают. Люди с ним, может, и незнакомы, но по телику видели или по радио слышали. Антон Борисович у нас знаменитость. А все благодаря Марфе Матвеевне, очень она его пиарила, на мой взгляд, это даже неприлично. Все-таки он не певец или шоумен, а серьезный врач.