Ночная жизнь моей свекрови - Дарья Донцова

Алина вскочила. Сергей появился в моем поле зрения. Ему явно было очень плохо, до такой степени, что бывший студент-скрипач не обратил ни малейшего внимания на посетительницу и не узнал ее.

– Умираю, – хрипел парень, – умираю!

Алина кинулась к двери, заперла ее, добыла из шкафа какую-то ампулу, шприц, прямо через рубашку сделала Качанову инъекцию, потом посмотрела на меня.

– Поможешь положить этого идиота на диван? Он худой, но тяжелый.

Я мысленно восхитилась Колосковой. Из такой женщины можно делать гвозди. Любая другая на ее месте как минимум впала бы в истерику, а эта лишь глазом моргнула и сразу взяла себя в руки. Алине следовало пойти учиться в школу ФСБ, такие становятся суперагентами: она филигранно врет и не проявляет ни малейшего смущения, когда ее ложь выплывает наружу.

– Ты давно его знаешь? – спросила я, хватая Сергея за ноги.

– Встречались, – отдуваясь, ответила Алина после того, как нам с большим трудом удалось взгромоздить Качанова на диван, – полгода с ним валандалась, планы строила, но, сама видишь, он наркоман. С таким связывать жизнь опасно, детей не родить, хорошей семьи не создать. Я не из тех, кто будет постоянно сопли партнеру подтирать. Дала ему шанс. В нашем медцентре работает замечательный нарколог, я упросила Лидию Борисовну бесплатно лечить Качанова, она согласилась, но Сергей отказался ее посещать, и я его на три буквы послала.

Я указала на диван:

– Недалеко же он ушел!

Алина схватила с подоконника пачку влажных салфеток, выдернула пару штук и протянула мне.

– Я сто раз идиота выгоняла, а он как бумеранг: усвистит за горизонт и назад возвращается. Придет, сядет у порога и ноет: «Линочка, дай денег!»

Медсестра тщательно вытерла пальцы, я последовала ее примеру, но разговора не прекратила:

– Неужели ты помогаешь наркоману? На мой взгляд, глупо снабжать такого человека финансами.

– Я что, похожа на дуру? – возмутилась Алина. – Ни копейки ему не даю!

Я ткнула пальцем в спящего Сергея:

– Но сейчас ты сделала ему укол! Неужели в клинике Баринова безответственно относятся к наркотикам, не учитывают ампулы?

Алина выбросила скомканные салфетки в корзинку:

– Яков Сергеевич требует аккуратности во всем, в клинике царит суперпорядок. Я ввела Качанову снотворное, он подрыхнет, и я его выгоню.

Я кивнула:

– Ладно, значит, Сергей – твой бывший любовник. После вашего разрыва он жил с Лизой Абовой, подсадил ее на наркоту.

– Вот о ком ты говорила! – крайне удачно изобразила понимание Алина. – Качанов спутался с какой-то девкой. Мы с ней незнакомы.

– У меня сложилось другое впечатление, – сказала я.

Алина оперлась локтями о столешницу:

– Я помощник главного администратора, если у тебя есть проблемы, связанные с посещением медцентра, готова их утрясти. Но моя личная жизнь – с кем сплю, дружу, водку пью – касается исключительно меня. Я не собираюсь ни с кем ее обсуждать. Что тебе надо?

Я порылась в сумке, вытащила рабочее удостоверение и сунула его под нос нахалке:

– Я все ждала, когда ты задашь этот вопрос. На будущее имей в виду, если человек ни в чем не замешан, он начинает недоумевать сразу, как только собеседник проявляет нуместное любопытство. Как поживает Яна?

– Яна? – заморгала Алина. – Фамилию назови.

Вот тут я разозлилась:

– Невеста Олега Вайнштейна, девушка, с которой вы придумали план по чистке чужих карманов. Можешь не изображать оторопь. Поверь, ваши махинации мне известны. У тебя есть два пути. Первый: ты начисто отрицаешь свое участие в игре «Умирающая от страшной болезни Яна». Но тогда сюда в ближайшее время ворвется Олег с охраной, поднимется вселенский шум. Вайнштейн вне себя от злости, у него много денег, хорошие связи, поэтому на свободу ты выйдешь не скоро. На зоне несладко, но совсем плохо там людям, которые не получают с воли посылок. Сильно сомневаюсь, что Владимир Петрович, страстно желающий заиметь богатую жену, сможет регулярно поддерживать сестру. Извини за прямоту, но мне твой братец показался идиотом.