Мой дом - чужая крепость - Евгения Горская

Первый звук из коридора донесся в начале девятого, послышались шаги, хлопнула дверь. Дольше оставаться в кабинете было опасно, вчера Даша не видела, заходила ли сюда уборщица, и если не заходила, вполне может явиться сейчас.

– Сиди тихо, – шепнула она коту, ставя его на стол, как игрушку. Надела пуховик, сунула животину за пазуху, погладила пальцем по носу и опять строго велела: – Сиди, голоса не подавай.

К утру то ли от страха, то ли от усталости ее начало знобить, и она пожалела, что не догадалась одеться раньше.

Предстояло опять ходить по этажам, с котом за пазухой она привлечет внимание. Сразу выходить из здания нельзя, охранник обязательно вспомнит, что утром она мимо него не проходила. Да и бюро пропусков, скорее всего, еще закрыто.

Коридор был пуст. Даша прошла к лифтам, нажала вызов в обе стороны, и шагнула в первую подошедшую кабину. Женщина с большим мусорным мешком в руках, стоявшая в углу, приветливо ей улыбнулась, Даша улыбнулась в ответ. Лифт шел вниз, на этаж с немыслимым номером минус один, Даша решила заглянуть туда из любопытства, а оказалось, что этот путь ей указал господь. Или черт. Уборщица пошла по извилистому коридору, Даша, чуть поотстав, за ней.

Через минуту приключение закончилось. Даша спокойно вышла через незапертую дверь во двор, прошла мимо мусорных баков, обогнула здание и очутилась на улице.

Нужно обязательно поставить свечку Христу Спасителю, пообещала себе Даша.

Очень хотелось под душ, но она заехала в супермаркет, оставив недовольного нового друга в машине, купила молока и пять банок консервов для котят. Еще необходимо обзавестись лотком для кошачьей гигиены, но на это у нее не осталось сил.

– Обживайся, – велела она коту, выпуская его в прихожей. – Мы сначала тут с тобой поживем, а потом будем жить в другом доме.

«Обживаться» котенку не хотелось, он недовольно пискнул, опять попытался забраться к ней на руки, цепляясь за брюки, но она не позволила. Налила молока в первое попавшееся блюдце, котенок обрадованно заурчал, и она наконец-то закрылась в ванной.

Дверной звонок она расслышала сквозь шум воды, вылезать из почти кипятка не хотелось, Даша решила не обращать на звонок внимания – в конце концов, она никого не приглашала, но не выдержала, накинула банный халат и пошла в прихожую.

– Какого черта не открываешь? – рявкнул Севка, входя в прихожую. Даша не догадывалась, что он умеет повышать голос.

– В ванной была.

– А на звонки почему не отвечаешь?

– Забыла звук у телефона включить, – зевнула Даша. Навалилась обморочная усталость, хотелось спать и ни о чем не думать.

– Рассказывай, шпионка, все. От начала до конца. Это еще что за замухрышка? – опешил Сева, увидев нового жильца.

Жилец медленно вышел из кухни, облизнулся.

– Сам ты замухрышка, – обиделась Даша, взяв котенка на руки. Действительно обиделась, даже самой стало удивительно.

– Нет, правда, ты купила котенка?

– Нашла. Он мой подельник. Мы вместе ходили на дело. Мы занимались промышленным шпионажем, и сейчас ты нам поможешь прочитать чужую почту.

– Даш, ты оставишь себе беспородного котенка? – никак не мог поверить Сева.

– Я его уже оставила, как видишь. А что тебя так удивляет? Я, по-твоему, способна выбросить беззащитное животное на мороз?

– Н-ну… Не знаю.

– Вот именно, – вздохнула Даша. – Ты меня совсем не знаешь. Включай комп, а я пока кофе сварю, сутки почти не пила и не ела.

– Класс, – похвалил он. – Мата Хари? Сноуден? Я сам кофе сварю. И пока не узнаю все, на мою помощь не рассчитывай. Я буду третьим в вашем шпионском братстве.

Даше всегда казалось, что Севку не слишком занимают ее дела. Наверное, она тоже совсем его не знает, не только он ее.

Он мягко взял котенка из ее рук, повернул брюшком кверху и констатировал:

– Кошка. Ей нужно придумать имя, иначе потом откликаться не будет.

Рука не поднималась набрать номер. Тоня послонялась по квартире, вертя телефон в руках, вздохнула и решилась.

– Тетя Вера, – поздоровавшись, не стала больше тянуть Тоня. – Вы не общались с нашей семьей, потому что подозревали, что бабушка виновата в смерти Иры?

Тетя молчала, Тоня ее не торопила.

– И да и нет, – наконец произнесла старуха. – Ты можешь ко мне приехать? Не хочется это обсуждать по телефону. Приезжай.

– Она этого не делала.

– Знаю. Приезжай.

Купив по дороге пирожные – приобрести перед Новым годом торт оказалось невозможно, Тоня меньше чем через час была в чистой маленькой квартирке.

– Я купила тебе тапочки, – Вера Ивановна протянула ей домашние туфли явно не из самых дешевых.

– Спасибо, – это тронуло Тоню почти до слез. Тетя ждала ее – в общем-то, совсем незнакомую, взрослую и чужую женщину. Очень ждала, раз купила персональные тапочки. А она, Тоня, лишь поздравила бы ее по телефону с наступающим, если бы не предстоящий разговор.

– Ты завтракала?

– Нет. Но есть я не хочу. Если только чаю.

– Чай готов, проходи.

Тетя накрывала стол, Тоня терпеливо ждала.

– Знаешь, я очень любила брата. – Вера Ивановна наконец села, помешала в чашке сахар, отложила серебряную ложку. – Очень любила и очень ревновала. Наверное, я любую его жену приняла бы в штыки, а Зоя подходила для этого лучше всех. Девушка из другой социальной среды, плохо образованная, невоспитанная… Сначала я ждала, что брак распадется сам по себе, потом, когда Ира всерьез взялась за Сашу, просто с любопытством наблюдала, что из этого получится. И только много позже поняла, что их брак невозможно было разрушить, потому что они любили друг друга.