Черный риелтор, или Квадратные метры жулья - Михаил Болле

Он машинально положил пистолет в карман и подтащил Митю к «шкоде». Затем с большим трудом — мешала больная рука — установил пассажирское сиденье в положении лежа и кое-как разместил на нем друга. Но стоило ему сесть за руль и завести мотор, как он понял, что «шкода» безнадежно буксует. Аркадий яростно чертыхнулся и выскочил из машины. Дальнейшие его действия отличались предельной сосредоточенностью и какой-то ожесточенной поспешностью. Первым делом он достал из багажника трос и соединил им обе машины, для чего ему пришлось подогнать джип поближе. Затем он снова сел за руль бандитской машины и вытащил из кювета «шкоду», в которой слабо стонал Митя. После этого Аркадий старательно протер носовым платком все, чего касался, — руль, ручку передач и дверь. Оглядывая салон, он увидел на заднем сиденье битком набитую сумку. Это его так заинтересовало, что он вытащил ее из салона, приоткрыл и, увидев плотные пачки валюты, изумленно присвистнул.

Вернувшись к Митиной «шкоде», он поспешно отвязал трос и, чтобы не тратить времени, вместе с сумкой закинул его в салон. Перед тем как сесть за руль, Аркадий еще раз оглядел «поле битвы», чтобы убедиться в том, что ничего не забыл. Ему удалось с ходу завести двигатель и тронуться с места, но, не проехав и десяти метров, «шкода» резко затормозила. Ругая себя последними словами, Аркадий выскочил наружу, подбежал к телу Брилы и, поспешно протерев пистолет платком, вложил его в быстро остывающую руку бандита.

Когда Аркадий наконец-то выехал на Ленинградское шоссе, стало стремительно темнеть. Он управлял машиной с большим трудом, поскольку старался использовать для этого только правую руку. Митя продолжал слабо стонать, а на губах его выступила розовая пена.

— Сейчас, Митя. Скоро уже приедем! — вытирая свое окровавленное лицо, успокаивал себя и друга Аркадий. — Терпи, морячок! Терпи! В Солнечногорске есть госпиталь, и нам уже не долго осталось.

Машина виляла по дороге, но Аркадий упорно продолжал движение в крайнем правом ряду. Некоторые автомобилисты предупредительно сигналили Аркадию, подозревая что-то неладное. Аркадий немного сбавил скорость и сказал:

— Я не буду гнать. Еще не хватало в аварию попасть.

— Аркаша… — прохрипел Митя.

— Что, родной? Говори, что?

— Я… кажется, умираю…

— Ты дурачок! Ни черта ты не умираешь! Сейчас уже приедем в больницу, и они все сделают. Они сейчас все сделают, — наигранно весело говорил Аркадий.

— Аркаш… если у меня сын родится… скажи Аленке, чтоб Аркадием назвала…

— Ты почему меня не слушаешь? Лежи молча! Не трать силы! Сейчас уже доедем. Разболтался здесь о всякой ерунде! — дрогнувшим голосом увещевал Аркадий.

— Обещай, что скажешь… — умолял Митя.

— Слышь, да перестанешь ты, наконец, или нет? Давай я тебе лучше песню спою, которую мы еще в детском садике пели! — изображал строгого старшего брата Аркадий.

Не дождавшись ответа, он оглянулся на друга и похолодел от ужаса — изо рта у Мити побежала струйка крови. Вдруг он издал последний хрипящий вздох, и его голова упала набок. Митя умер. Мити не стало. Он ушел навсегда…