Херувим. Книга I - Полина Дашкова

- Не-ет, солнышко, - Стас противно сощурился и помоталголовой, - не-ет, девочка моя. Ты не стала звонить в милицию потому, чтоиспугалась.

- Тьфу, черт! Какая же ты, Герасимов, редкостная скотина! Тычто, не понимаешь, я просто не хотела, чтобы у тебя были дополнительныенеприятности, а ты... Ну скажи, скажи, чего я могла испугаться?

- Вдруг все сложится так, что тебе не поверят, подумают,будто это твоя собственная пушка и после убийства моего шофера ты простоиспугалась, что она у тебя есть и решила таким вот оригинальным способом от нееизбавиться.

- Умный,- оскалилась Эвелина,- смотрите, Николай, какой увашего шефа генерала получился умный и сообразительный сынок, - она засмеялась.Смех у нее был приятный, низкий и мелодичный. - Но ты знаешь, дорогой, еще невечер. Я могу позвонить в милицию прямо сейчас.

- Так, давайте-ка мы все успокоимся, - встрял охранник. -Станислав Владимирович, как я понимаю, вы сегодня ночевали в этом доме?

- Да, - рявкнул Стас.

- В котором часу вы уехали отсюда?

- Не помню. Около трех. Слушай, Коля, а при чем здесь ты?Что ты мне допрос устраиваешь? По какому праву?

- Я сотрудник службы безопасности банка, СтаниславВладимирович, терпеливо объяснил Коля и обратился к Эвелине: - А когда вывернулись домой?

- В четыре.

- То есть вы разминулись примерно на час. И в течение этогочаса в квартире никого не было. Вы пришли и сразу занялись уборкой?

- Совершенно верно, - кивнула Эвелина.

- И потом уже из дома не выходили?

- Выходила. Мусор выносила.

- Его сто раз могли подбросить, - произнес Стас ужеспокойнее, - а то, что я ночевал здесь, им было отлично известно. Они мне сюдазвонили,

- Погодите, кто они? - спросил охранник.

- Люди, которые охотятся за мной. Вернее, один человек. Онманьяк. Он отсидел за убийство. Он сумасшедший пьяница, он...

- Одну минуточку, Станислав Владимирович, давайте попорядку. Кто именно вам сюда звонил?

- Убийца.

- Он что, так и представился? - с нежной улыбкой спросилаЭвелина.

- Нет. Он молчал.

- Как же вы поняли, кто это? - осторожно поинтересовался охранник.

Стас огляделся невидящим взглядом. Лицо его приобрелосиневатый мертвенный оттенок, глаза запали.

- Слушайте, что вам всем от меня нужно?- он уронил голову изакрыл лицо руками. - Я устал. Я больше не могу. Мне очень плохо.

* * *

Обрывки фотографии Анжела сгребла в кучку и сунула подподушку, приговаривая:

- Гадина похабная, подонок!

Юля молча на нее смотрела. Надо было попрощаться и уйти,ничего не спрашивая, но в этот момент дверь открылась и в палату влетела Вика:

- Юлия Николаевна, вам звонил какой-то Михаил Евгеньевич,просил вас срочно ему перезвонить.

- Странно, у него есть мой мобильный.

- Он сказал, мобильный у вас отключен. Юля достала изкармана телефон. Он был включен. Правда, батарейка садилась.

- Ну и бардак у тебя, - Вика оглядела палату и покачалаголовой, - неужели нельзя все сложить в одно место?

- Да, я сложу, - пообещала Анжела. Вика взяла огромныйрекламный снимок певицы, который валялся на тумбочке, прислонила его к стене,отошла на шаг и задумчиво произнесла:

- Надо же, прямо картина. Произведение искусства.

Снимок действительно был превосходный. Фотограф знал своедело. Он обыграл образ так, что отсутствие волос не уродовало Анжелу, наоборот,придавало ей нечто таинственное, инопланетное. Огромные ярко-зеленые глаза,крупный рот с пухлыми, яркими, как будто воспаленными губами, длинная тонкаяшея, острые худые плечи.

- Классный фотограф. Но и модель тоже ничего,-продолжалаВика, - форма черепа у тебя хорошая, правильная. Скажи, перед съемкой ты самагримировалась или с тобой работал стилист?

- Стилист, я сама так не умею.

- Да, отличная работа. Только один прокол. Вот эти зеленыестекляшки все портят, выбиваются из общего стиля. Здесь все очень тонко,изысканно, и такая дешевая бижутерия совершенно не к месту.

- Они настоящие, - сухо сообщила Анжела.

- Уа-у!- простонала Вика.- Неужели изумруды? Сколько жекарат?

- По два карата в каждой серьге. Оправа из платины. Вокругбриллианты. Тоже настоящие. У меня еще перстень такой есть. Это комплект.

- Наследство бабушкино?

- Нет. Один нежный мальчик подарил.

- Да, действительно нежный, - мечтательно улыбнулась Вика, -мне бы такого мальчика. Слушай, все забываю тебя спросить, зачем ты побриласьнаголо?

- Мы клип снимали. Стилист, который меня обрабатывал передсъемкой, был под кайфом. Вытягивал волосы горячими щипцами, что-то там напуталс температурой и сжег половину волос до корней. Юлия Николаевна, вы не могли быотвезти меня домой сегодня?

Просьба была неожиданной и странной. Юля хотела тут жеотказаться, но заметила несколько клочков от порванной фотографии на одеяле имолча кивнула.

- А что, больше некому?- ехидно спросила Вика.

- Именно сегодня некому, - промычала Анжела, - но оченьнужно. Я бы не просила...

- Ладно, не оправдывайся, отвезу, - вздохнула Юля, - начинайпотихоньку собираться, я зайду за тобой через час.

Она вышла из палаты, подняла голову и увидела на потолке, вуглу, небольшую толстенькую трубку с глазком видеокамеры. Камеры былиустановлены во всех коридорах, она привыкла к ним, давно перестала замечать,как и все прочие сотрудники клиники, но сейчас стало не по себе. Глазок былпозади, и казалось, в спину глядит дуло с красным лазерным прицелом.

- Мальчик подарил, - проворчала Вика, - вот почему мне непопадаются такие нежные мальчики? Это несправедливо. А может, мне побритьсяналысо, как вы думаете, Юлия Николаевна?

- Прости, Викуша, что?

- Представляете, я сбрею волосы, выйду в свет, вся из себялысая, загадочная, не такая, как все, и в меня сразу влюбится какой-нибудьмальчик, тоже загадочный и не такой, как все, и подарит мне изумруды по двакарата каждый. Или лучше сапфиры. Ужасно люблю сапфиры, особенно светлые.