Свидетель - Галина Манукян

— Сюда, — проговорил Валера, — нас ждет минивэн у входа. Я заказал трансфер.

Плосколицый стражник открыл дверь темницы, другой ударил копьем под колено арестованному, и Матхурава со всего маху полетел на пол.

Я потеряла равновесие. Ника и Сергей поймали меня буквально на лету. Я смутно поблагодарила. От подруги разлетелись в стороны красные искры гнева, и она завелась.

— Знаете, Валерий, вы меня не проведете! Тут что-то не так. Я Варю слишком давно знаю! Вот такого, — Ника перевела дух, — этой странной слепоты, отключек, шатаний на ровном месте… такого до встречи с вами не было!

— Не понимаю, что вы хотите сказать? — буркнул Валерий.

— А то, — на повышенных тонах ответила Ника, — что моя Варя — самый лучший, добрый и честный человек! Только у нее есть громадный по нашей жизни недостаток — слишком доверчивая: считает, что люди рядом такие же, как она… Угу, хрена с два! Вы складно пели про защиту, а на деле… Почему она ведет себя, будто пьяная, а?! Вы ей подсыпаете что-то? Как мне в шампанское? Что было в кофе? Выкладывайте!

— Вы с ума сошли?! — возмутился Валерий. — Мне больше делать нечего!

— Ника, не надо. Ты все неправильно поняла, — выдавила я, выскребая себя остатками воли из времен царя Ашоки. Ситуация накалялась. Хоть проси, чтобы мне стукнули промеж глаз и выбили из этой реальности Матхураву…

— Я требую объяснений! — гремела Ника. — Сейчас же, Валерий! Иначе я позову полицию.

Контуры людей вокруг обратились к нам.

— Прекратите скандалить. Это нам нужно меньше всего сейчас, — прошипел Валерий и подхватил меня под локоть.

Ника принялась вырывать мою руку.

— Вам! Вам это нужно, а не нам!

— Ника! — одернула ее я, предчувствуя, что они готовы подраться прямо здесь, на людях. — Ника, перестань! Я странно веду себя потому, что у меня видения после удара головой.

— Так он тебя еще и ударил?! — кипела Ника. — Я зову полицию…

— Нет! Не он… Я выпала из автомобиля. Из-за Шиманского. Теперь не могу контролировать то, что приходит. Прямо сейчас я чувствую себя в двух реальностях одновременно: здесь и в древней Индии, чтоб ее!

— Охренеть, — выдал Сергей и вдруг рявкнул на кого-то: — Эй ты! А ну-ка не снимай! Донт шут! Донт шут!^[16] Я тебе, гаденыш, сейчас камеру сломаю!

До меня долетели звуки потасовки, пятна и световые сферы замельтешили хаотично. Валерий потянул меня прочь из аэропорта, чертыхаясь и закрываясь рукой от обступившей толпы. Пока я бежала, выветрился из головы Матхурава.

Уже в машине Ника спросила дрогнувшим голосом:

— Варюнчик, солнце мое, ты скажи: как это — в двух реальностях?

Я вздохнула.

— В это сложно поверить, но я вижу прошлые жизни. Меня… точнее, ювелира, который преступил закон, арестовали и ведут в тюрьму. Я чувствую и вижу это прямо сейчас. Ощущения те еще… Давай я тебе позже подробно расскажу? Очень болит голова.

Валерий и Ника переглянулись, а Сергей назвал адрес русскоговорящему водителю. Автомобиль тронулся под неуместно веселую песенку Ива Монтана о мальчишке из Парижа.

* * *

Такси проехало мимо окаймленного пляжами и высотками берега. Средиземное море шумело, призывно искрилось на солнце, распространяло вокруг пронизанную негой атмосферу курорта.

Валерий мысленно поблагодарил Леночку, сумевшую в считанные минуты найти и забронировать белоснежный коттедж в американском стиле с верандой и щедро пропускающими свет панорамными окнами. Но ни роскошь интерьера, ни солоноватый привкус воздуха, наполненного ароматами южных растений, ни лазурный бассейн, продолжающий веранду с колоннами и плетеной мебелью, не развеяли гнетущего настроения Черкасова.

Он поторопился скрыться от спутников в первой попавшейся спальне. Валерий уже закрывал за собой верь, когда подбежала Ника. Хлопнуть бы перед ее носом дверью!

— Извините, я была неправа, — потупилась блондинка. — Просто я ничего не пойму, сумасшедший дом какой-то.

— Надеюсь, Сергей справился, и фото не выложат в сеть, — сухо ответил Валерий.

Ника виновато захлопала ресницами.

— Я слишком люблю Варю…

— Хорошо, что любите. Может, ваше присутствие поможет ей выправиться. И врачебная помощь.

— Да, только… Варе совсем не окулист нужен, а психиатр. Эти видения, это ненормально.

Черкасов удрученно кивнул:

— Слепота у нее тоже психическая, или, как профессор сказал, психогенная.

— Это ужасно, Варя такого не заслуживает, — Ника вздохнула, примирительно обвела глазами вокруг себя. — А тут красиво. Только я одета не по погоде…

— Ах да, ваш чемодан. Берите Сергея, купите все, что нужно, — желая поскорее от нее избавиться, сказал Валерий. — Он тоже без багажа.

Девушка раскраснелась от удовольствия, но благодарности от нее Черкасов выслушивать не стал, бесцеремонно закрыл дверь и щелкнул замком. Оставалось три часа до встречи с потенциальным покупателем. От мысли о продаже компании Валерия снова передернуло, но адвокат был прав: если тормозить, можно запросто остаться ни с чем.

Черкасов вывел телефон из «режима полета» и обнаружил семь пропущенных звонков от матери, десять от старшего менеджерского состава и один с неизвестного номера. Шиманский? Возможно.

Уже давно не десять утра, и без дани упырь наверняка загрустил. Валерий криво усмехнулся и показал воображаемому врагу средний палец: не видать ему ни денег, ни Вари. «Она восстановится, она даст свидетельские показания, и тогда посмотрим, кто окажется в ловушке», — подумал Черкасов.

Надо было объяснить матери, почему он уехал, но на плечи навалилась усталость. Мать подождет, ей не привыкать. Валерий в две минуты принял душ. Отбросив покрывало, завалился на постель и выключился.

* * *

Падая во сне с крыши огромного здания, он с размаху вдавил лицо в подушку и подскочил. С непониманием окинул взглядом светлые стены. Всё чужое. Пахнет пустой чистотой отеля. Откуда-то снаружи донесся вскрик и плеск воды. Варя! Черкасов бросился к двери, спросонья принялся дергать за ручку и только с третьего рывка вспомнил, что заперся сам. Провернул замок и выбежал в гостиную. Светловолосая фигурка в одежде барахталась в бассейне. В несколько прыжков Валерий оказался на веранде, сиганул в воду и подхватил девушку, беспомощно бьющую по голубой поверхности ладонями.

— Всё, всё, держу. Спокойно. Всё хорошо.

— Валера… — пробормотала она жалостливо, — Валера… Я не знала, что тут бассейн… Не знала… Я споткнулась…

— Всё хорошо, — проговорил Черкасов, прижимая ее к себе и ловя в душе теплый, почти отеческий прилив нежности. — Тут не глубоко. Ты просто испугалась.