Томится душенька на зоне - Владимир Колычев

— Отлично, — заключил он, глянув на себя в зеркало.

— Когда тебя ждать? — спросила она.

— Да не знаю… Пить я не буду, это факт. Так что, думаю, в одиннадцать буду…

Это был первый случай, когда он отправлялся в свою родную школу на встречу выпускников. Институт успел закончить, высшее образование получил. Можно сказать, состоявшийся человек.

Адам позвонил, когда он уже был в машине.

— Куда-то едешь? — раздраженно спросил он.

— Да, в школу. Сегодня же первая суббота февраля…

— Ну, давай, до десяти там, а потом в «Карамель» подтягивайся, я там с такими телками затусил…

— Адам, я же тебе говорил, что не могу пить, — уныло вздохнул Гена. — Хочу, а не могу… А может, и не хочу…

— Да кто тебя пить заставляет? Косяк взорвем, и все дела… А телки какие — полный отпад!..

— Э-э… Не хочу я, брат!

— Да какой ты мне к черту брат? — психанул Адам и отключил трубку.

Он один остался на плавучей и потому опасной льдине. Оттого и злится. Леха в учебе весь и в работе. Гена тоже забил на клубную жизнь; и хотя на работу его не тянет, но из дома при этом калачом не вытянешь. И если бы не школьный друг Витька Насонов, он бы никуда сегодня не поехал. Нравится ему с Ликой жить; хорошо с ней, одна только проблема — стряпня у нее настолько вкусная, что за каких-то три-четыре недели он набрал шесть килограммов лишнего веса…

С Адамом Гена сдружился в институте, к его школе тот не имел никакого отношения. И это радовало… Не так давно, но все же он стал догадываться, что дружба с Адамом ни к чему хорошему его не приведет. Правда, в хмельном угаре он мало думал о том, что беда может случиться скоро. И продолжал гулять. И анашой баловались, и с девками развлекались, некоторых даже насиловали, да и еще всяко-разно… По-скотски, короче, себя вели… Все, хватит, пора начинать новую жизнь, тем более что есть плацдарм для этого…

Гена опоздал. Торжественная часть уже отгремела. В актовом зале уже играл школьный ансамбль, народ танцевал. Но никого из своих одноклассников он не увидел. Нашел он их на третьем этаже в кабинете, который был закреплен за их классом в последнем выпускном классе.

— О, Генка! Ну, наконец-то!..

Витька стоял в обнимку с Ольгой Дмитриевной, их бывшим классным руководителем. Ей было двадцать шесть лет, когда они выпускались, сейчас чуть за тридцать. А Витьке, как всем, двадцать четыре года. Не такая уж большая разница в возрасте. Впрочем, Ольга Дмитриевна далека от того, чтобы увлекаться Витькой. Да и он казался не более чем благодарным учеником, и его любовь к учительнице можно было принять за субординационно-платоническое чувство. Но ведь Гена помнил, как страдал Витька… Нравилась ему Ольга Дмитриевна. И сейчас нравится. Но это его личное дело…

А Гене в школе нравилась Марина. Эта девочка училась у них до девятого класса, потом поступила в техникум, после чего след ее затерялся. Но в силу юного возраста нежное чувство не успело подняться до температуры страстного влечения. Поэтому время почти уже стерло из памяти образ Марины, белокурой большеглазой девочки с длинными и тонкими, как спички, ногами.

Сейчас же на него смотрела девушка или, лучше сказать, молодая женщина — невероятно обаятельная в своей зрелой красоте. Те же глаза, те же белокурые волосы… Но Марины не могло быть здесь. Обычно те, кто ушел после девятого, навсегда теряют связь со школой… Но все ж это она. Ее невозможно не узнать…

— Генка! Ты чего такой чумной?

Гена сначала подал руку, а потом только понял, кто с ним здоровается. Юрка Шлык. Спортсмен, заядлый футболист… Одно время Гена искал его в заявочных списках известных футбольных команд, полагая, что парень многого добился на этом поприще; но сейчас ему совсем неинтересно было знать, чем он и на каком уровне занимается. Сейчас его интересовала только Марина.

— Гена! Какой ты у нас… э-э, интересный…

Вика Гладилина была первой красавицей в школе, мечтала о карьере фотомодели. Она и сейчас выше всяких похвал. Стильная прическа, профессиональный макияж, грациозная осанка, подиумная пластика движений, но при этом в ней угадывалась некая вульгарная затасканность. Ее можно было принять равно как за элитную проститутку, так и за классическую содержанку под крылом богатого папочки. Хотя при этом она могла всерьез считать себя фотомоделью… Возможно, Гена ошибался, нехорошо подумав о ней, но ему было все равно, как сложилась у Вики судьба. Все внимание было сосредоточено на Марине, и это не укрылось от цепкого Викиного ока. С принужденно-слащавой улыбкой она взяла Гену за руку и, минуя всех остальных одноклассников, подвела его к Марине.

— Вы у нас одного поля ягоды, — сказала она.

— Почему? — смущенно глянув на Гену, спросила Марина.

Какой у нее голос… Какое все… Глядя на нее, он понял, что пропал… Одета она была не очень, серенько, невзыскательно, но Гене казалось, что этот невзрачный стиль, а вернее, его отсутствие — последний писк моды.

— Да потому, что и ты первый раз на встрече, и он… Кажется, у вас когда-то роман был? — с обескураживающей прямотой спросила Вика.

И, не дожидаясь, когда кто-то из них соберется с духом, чтобы ответить, покинула их.

— Разве у нас был роман? — удивленно и, как показалось Гене, с недовольством в голосе спросила Марина.

— Ну…

Он хотел сказать, что Марина всегда нравилась ему, но не хватило смелости. И вообще, он еще не поздоровался с Вовкой Бусаровым, с Митькой Антонцевым. И Галя Московкина смотрит на него с ожиданием и ностальгической улыбкой…

Гена с кем-то здоровался, что-то кому-то говорил, а сам, как потерянный, думал о Марине. Что, если она возьмет сейчас и уйдет. Хорошо, если он успеет ее догнать, а если нет?

Но Марина никуда не уходила. И в конце концов Гена снова оказался рядом с ней. Но поговорить на досуге не успел. Все испортил Витька.

— Предлагаю скинуться и отправиться в кафе. Здесь недалеко, я договорился…

Гена не растерялся.

— Зачем скидываться? Я угощаю.

— Это правильно, — кивнул Витька. — Тем более что с тебя не убудет, сын нефтяного магната.

— Какого магната? — удивленно и в меркантильном раздумье повела бровью Вика.

— Нефтяного. А ты что, не в курсе?

— Нет…

— Генка тебе все расскажет. Потом.

Вика была очень хороша собой, но Гена не хотел, чтобы она села к нему в машину. Еще займет переднее пассажирское кресло, на котором он хотел видеть Марину. Но, как оказалось, переживал он зря. У Вики была своя машина — изрядно подержанный, но неплохо выглядевший «Мерседес» «Е-класса». Она поманила Марину к себе, но Гена легонько взял ее за руку, показал на свой новенький «Ланд Крузер».

— Может, лучше со мной?

Марина неуверенно пожала плечами, но предложение приняла.